Сказочная фантастика - Желязны Роджер Джозеф - Страница 171

Они не собираются убивать Трента! Бинк чуть не запрыгал от радости. Но тут же понял: они введут строгие ограничения, чтобы Трент и в будущем не смог притязать на трон.

Хамфри говорил, что Трента следует ослепить: тогда он не сможет пользоваться своей магией. Бинк имел представление о том, что такое жизнь без магии. Трент будет вынужден заняться каким-либо ремеслом и зарабатывать на хлеб тяжким трудом.

Старейшины, как правило, были пожилыми, но далеко не все — снисходительными. Ни одному хитрецу не удавалось обмануть их дважды.

Трент склонил голову.

— Сердечно благодарю вас, Старейшины. Я принимаю ваши условия. Каковы они?

И это все, что он может сказать? Обращаться с таким прекрасным человеком, как с преступником, вынудить его принять ужасное наказание. И Трент даже не протестует!

— Первое, — произнес Роланд, — ты женишься. Трент вскинул голову от удивления.

— Я мог бы понять требование исправить все прошлые трансформации и воздержаться в дальнейшем от использования своего таланта. Но при чем тут это?

— Ты начинаешь спорить! — Роланд помрачнел. А Бинк подумал: Трент ни о чем не догадывается.

У них нет необходимости ограничивать его, если они его ослепят. Он станет беспомощным.

— Извини меня, старейшина! Я женюсь. Какое второе условие?

Сейчас это случится! Бинку хотелось бы ничего не слышать, словно так он мог отменить приговор. Но подобным талантом он не обладал.

— Ты примешь трон Ксанфа.

От удивления Бинк разинул клюв. Открылся и алый ротик мисс Хамелеон. Трент застыл, словно его вновь поразил паралич.

Потом Роланд медленно опустился на одно колено. Его примеру в полном молчании последовали остальные Старейшины.

— Видишь ли, Король умер, — пояснил Хамфри. — Для страны важно, чтобы на троне был хороший человек и сильный Волшебник, сочетающий способность командовать со сдержанностью и умом, но умеющий быть жестоким, когда это необходимо для защиты Ксанфа. Как, к примеру, в случае вторжения вихляков. Кроме того, этот человек должен иметь возможность дать стране наследника престола, чтобы Ксанф не оказался вновь в столь трудной ситуации. У нас должен быть такой монарх, хотя любить его вовсе не обязательно. Я не подхожу абсолютно, так как вряд ли смогу с должным вниманием отнестись к управлению государством. Волшебница Ирис не годится из-за своей несдержанности. По этой причине Ирис не подошла бы, даже не будь она женщиной. Есть еще один человек, чья магия соответствует по силе магии Волшебника, но он не обладает ни необходимыми для Короля личными качествами, ни талантом, отвечающим нуждам короны. Следовательно, Ксанфу нужен ты, Волшебник Трент. Отказаться ты не можешь! — И Хамфри тоже опустился на колено.

Злой Волшебник — бывший Злой! — склонил голову в молчаливом согласии. В конце концов он завоевал Ксанф.

Церемония коронации была роскошнейшей. На ней присутствовали люди и разумные существа со всего Ксанфа. Волшебник Трент, с этого момента — Король-Трансформатор, принял сразу и корону, и невесту, и все было великолепно.

Конечно, не обошлось без насмешливых замечаний, высказанных украдкой, но большинство сошлось во мнении, что Король мудро выбрал невесту.

— Если она слишком стара, чтобы родить наследника, то они могут усыновить мальчика-Волшебника.

— В конце концов, он — единственный, кто может с ней справиться и контролировать ее действия.

— И это устранит последнюю реальную угрозу королевству…

Они еще не подозревали о других, не менее ужасных, внутренних и внешних угрозах.

Бинк, которому Трент вернул человеческий облик, стоял один, разглядывая место, где раньше росло Дерево Джустина. Он радовался за Трента и был уверен, что из Волшебника получится прекрасный Король. Хотя он испытывал определенное разочарование и страдал от этого. Что ему теперь делать?

Мимо, понуря головы, прошли трое юношей — Зинк, Джама и Потифер. Они знали, что их дерзким проказам пришел конец. При новом Короле придется вести себя хорошо, иначе он их трансформирует.

Затем подошли два кентавра.

— Я так рада за тебя, Бинк! — воскликнула Чери. — Разве не чудесно, что тебя в конце концов не изгнали! — Она подтолкнула своего спутника. — Правда, Честер?

Честер изобразил вымученную улыбку.

— Да, конечно, — пробормотал он.

— Ты должен нас навестить, — оживленно продолжала Чери. — Честер о тебе часто вспоминает.

Непроизвольно мощные руки Честера сжались так, словно он душил кого-то.

— Да, конечно! — Он несколько оживился.

Бинк сменил тему.

— Знаете, в джунглях я встретил Германа-отшельника. Он умер героем. Он воспользовался своим талантом… — Бинк осекся, вспомнив, что кентавры рассматривали наличие магии у своих сородичей как верх неприличия. Вероятно, это мнение изменится, когда Трент опубликует труды, найденные в архивах библиотеки в Ругне. — Он собрал, кого только мог, и его войско уничтожило вихляков, не позволив им заразить весь Ксанф. Я надеюсь, что в будущем имя Германа будет окружено почетом.

К его удивлению, Честер улыбнулся.

— Герман был моим дядей, — сказал он. — Это великий кентавр! Меня всегда дразнили из-за того, что он был изгнан. Ты говоришь, что теперь он — герой?

— У нас не заведено говорить о неприличном в присутствии девушек! — Губы Чери неприязненно сжались. — Идем, Честер!

Честер был вынужден уйти. Но он обернулся:

— Навести нас поскорее, Бинк! Расскажешь всем, что сделал дядя Герман для Ксанфа.

Они ушли. Неожиданно Бинк почувствовал, что к нему вернулось хорошее настроение. Он никак не мог предположить, что у них с Честером будет что-либо общее, но радовался, что так случилось. Бинк очень хорошо знал, что это такое, когда тебя дразнят за какой-то предполагаемый недостаток. И ему действительно захотелось рассказать подходящей аудитории о герое Германе, кентавре-отшельнике, обладавшим магическим талантом.

Теперь к нему приблизилась Сабрина. Она была такой же красивой, как и раньше.

— Бинк, я сожалею о том, что произошло… — сказала она. — Но сейчас, когда все образовалось…

Она была привлекательна так же, как мисс Хамелеон в фазе красоты. Но она была, кроме того, и умна. Подходящая невеста почти для любого мужчины. Однако Бинк слишком хорошо знал ее теперь. Его талант, не выдавая никак своего присутствия, предотвратил женитьбу Бинка на ней. Хитрый талант…

Он оглянулся и увидел телохранителя Короля, которого Трент взял к себе на службу по его рекомендации. Это был человек, который мог определить местонахождение чего угодно; он мог даже указать, где или в ком затаилась не проявившая еще себя опасность. В форме королевской гвардии солдат был потрясающе великолепен, и осанка его весьма впечатляла.

— Кромби! — позвал Бинк. Солдат подошел к ним.

— Привет, Бинк. Я сейчас на службе, поэтому не могу задержаться и поболтать. Что-то срочное?

— Я только хотел представить тебя этой красивой леди Сабрине, — сказал Бинк. — Она создает в воздухе очень красивые голограммы. — Он повернулся к Сабрине. — Кромби хороший человек и прекрасный солдат. Ему покровительствует сам Король. Но он не слишком доверяет женщинам. Наверно, он просто не встречал подходящей. Мне кажется, вы должны познакомиться…

— Я думала… — начала Сабрина.

Кромби разглядывал ее с вполне определенным, несколько циничным интересом. Она ответила ему взглядом. Его интересовали ее физические данные, а они были превосходны. Она же обдумывала, каково его положение во дворце, и оно тоже казалось превосходным. Бинк не был уверен, правильно ли он сделал, познакомив Кромби и Сабрину, или он просто уронил в унитаз мешок с ягодами-бомбами, то есть свалял дурака. Ну, время покажет.

— Прощай, Сабрина, — сказал Бинк и отошел.

Трент вызвал Бинка на королевскую аудиенцию.

— Извини за задержку с вызовом, — сказал Король, когда они остались одни. — Было невпроворот всяких формальностей.

— Коронация, свадьба… — согласился Бинк.

— Это тоже. Но в основном я занимался саморегулированием. Корона легла на мою голову довольно неожиданно, как ты знаешь.