Т. 12 Фрайди - Хайнлайн Роберт Энсон - Страница 165

— Этого я не понимаю, советник. По-моему, все, в об-щем-то, просто: люди — они хорошие, и даже тот дурак кэп — тоже хороший. Просто не нужно их нагружать сверх того, что они могут выдержать. Как эту посудину: рассчитана на три тонны. Без проблем выдержит пять. Но уже не шесть…

— Мы говорим об одном, только разными словами.

— Возможно, сэр… Кстати, раз уж заговорили о яхте: в носовой части среднего корпуса открылся свищ. Хочу его поискать. Разрешите идти?

Он надел фуражку, откозырял и вышел.

Джейк надвинул свою фуражку на глаза и, полузажму-рившись, замурлыкал себе под нос:

— Это о ком же ты поешь? — его собственная жена подкралась сзади и обхватила за шею. — Не о Нэнси Ли, случаем?

— Я не называл никаких имен! Никаких имен, дорогая.

— Это точно. Всех своих женщин ты называешь «дорогая».

— Но ведь так оно и есть! Впрочем, твое имя я помню: миссис Джейк Сэлэмэн.

— Льстец! Наверное, ты был главной ударной силой, когда служил на флоте. Со своей еврейской льстивостью ты мог скользнуть в любую щель — и без труда смыться.

— Нет, мэм. Я был милый невинный ребенок, я честно исполнял морской закон: «Когда якоря подняты — все счета оплачены».

— Вот-вот. А через девять месяцев акушеры в портовых городах начинают удивляться: чего это все деточки такие черненькие и носатенькие? Ладно, замнем. Не пора нам взять координаты?

— Хочешь пальнуть по беззащитному солнцу?

— По солнцу, по Луне, по Венере — сделаем триангуляцию.

— Определимся с точностью до пятидесяти миль?

— Ты животный. Чудовищ. Змей. Такое говорить беременной женщине! Да я вдесятеро точнее против тебя! Вспомни, вчера вечером…

— Юнис, а зачем? Мы же не в первобытном море. Куча спутников, радиомаяков…

— Мне просто нравится, вот и все. А потом — вдруг война? И надо будет прокладывать курс… Думаешь, зачем я покупала все эти старинные лоции, карты, лаги, секстанты?..

— Надеюсь, они нам не пригодятся.

— Надежда умирает последней, нет? И вообще — если я запаслива, как крыса, то ты — как целая крысиная семья. Этот карманный родильный дом там, внизу… и полные под завязку кладовые — о чем это говорит? Молчишь, да? Это говорит о том, что мы оба — старые запасливые крысы… и поэтому жутко подходим друг другу. Вот Гиги, скажем, тебе так не подходит…

Хочешь устроить ему скандал?

Ни боже мой!

— Это ты о чем?

— Джейк, а почему у тебя забегали глазки? Или ты забыл, что перед тобой твой старый друг Йоханн? А как бы поступил твой друг Йоханн, если бы узнал, что ты переспал с юной и красивой женщиной?

— Я думаю, он воткнул бы мне в задницу длинную иголку — и обломил бы ее.

— Что-о?! Я когда-нибудь такое делал?!

— А ты просто не залавливал меня.

— Интересная мысль. Не помнишь ли ты такую милую девушку по имени Мэриэн? Фамилия начиналась на Ч, а звал ты ее «Сдобочкой».

— Ч как в слове «черт»? Да, помню. Чертовски хороша.

— Точно. Это было шестнадцать лет назад, и я готовился посвятить тебя в… м-м… интимные подробности жизни корпорации. Поэтому собирал кой-какой материал… Ах, Джейк, я почти плакал, когда огонь пожирал ваши с ней фотографии! Вы были такие… одухотворенные! А некоторых поз я не нашел даже в Камасутре.

— Что-о?

— Целую. Успокойся, негатив я тоже сжег. И пригрозил ребятам, которые для меня все это сделали, что за один-единственный оставшийся в природе отпечаток я сотру их в порошок. Поскольку они живы и здоровы… ты, я помню, хвастался перед Юнис, что можешь их нанять… снимки в ванной… помнишь? Так распушил хвост, так ворковал… Неужели ты думаешь, что я настолько изменился с годами?

— Внешне, пожалуй, да… и внутренне тоже — в определенном смысле.

— Уходишь от ответа. Короче, я надеюсь, что Гиги тебе понравилась не меньше, чем Винни и Эстер…

— Гркхм! И как это тебе могло в голову прийти…

— Расскажу позже. Вот идет Гиги. Привет, сладкая! Поцелуй меня, а его не надо, он на вахте.

— Э, нет, это дискриминация. Юнис, подержи штурвал…

— Ты мокрая, ты купалась?

— Да. Джоан, прошу тебя — на минутку. Мистер Сэлэмэн, извините…

— Эй, что это еще за кличка? Тебя за это следовало бы отодрать… в смысле — линьками! Меня звать Джейк, и все тут.

— Спокойно, Джейк, не возбуждайся. Гиги пришла обсудить со мной наши маленькие лесбиянские проблемы. Мы отойдем в сторонку, а ты постарайся не скомандовать по ошибке «срочное погружение»…

Они забрались в спасательную шлюпку.

— Есть проблемы, Гиги?

Никогда не поверю, что на Джейка можно пожаловаться.

Тут что-то другое… Они уже две недели соображают на троих, и до сих пор все трое были довольны.

— Проблемы?.. Да, наверное. Если прямо… на следующей стоянке мы покинем судно…

— Гиги! О боже! Что-то случилось?

— Ну да. Меня укачивает… а Джо не может работать, ему не подходит свет…

Врет.

Врет. Но почему?

— Гиги, посмотри мне в глаза. Ты не договариваешь.

— Океан… — Гиги моргнула. — Он такой большой… Я думала, он мне понравится. Но я… боюсь. Он смотрит, качает… Джоан, ты так добра, но я больше не могу. Я устала. И Джо — он тоже устал. Мы помойные кошки, а не рыбы. Мы живем в городе. А здесь… слишком тихо. Оглушает просто, как тихо. Я по ночам просыпаюсь от тишины…

Джоан поцеловала ее.

— Понятно, сладкая. Я чувствовала, вам здесь не слишком нравится — но не могла понять почему. Теперь поняла. Или есть еще причина? Почему ты назвала Джейка «мистером»?

— Ой, это я просто от расстройства… мне ведь жаль уходить…

— То есть у вас с ним все в порядке?

— Конечно.

— Значит, нам можно будет навестить вас и пожить несколько деньков?

— Вчетвером? Квартетом?

— Нуда.

— Конечно, можно! Но как отнесется Джейк?..

— Вот это ты мне скажи.

— Знаешь, с нами он спокоен. Но подбирается, когда ты где-то рядом.

— Это похоже на Джейка. Он старомоднее меня, хотя гораздо младше.

— Никак не могу в это поверить.

— Думаешь, я могу? Просто привыкла, и все. Гиги, а ведь нет никакой необходимости терпеть до стоянки. Я могу вызвать коптер, и после обеда он вас заберет, доставит в аэропорт — и к ужину вы с Джо будете дома. Хочешь?

— О боже, Джоан! Я так соскучилась по дому!

— Ну и все. Так и сделаем. Ладно, я сейчас растолкую это Джейку — а потом пришлю его к вам. И вы попрощаетесь с ним как следует. И вот еще что, Гиги. Та картина с Евой… я должна ее купить.

— Мы ее дарим тебе.

— Гиги, ты забываешь наш уговор. Вы можете дарить мне что угодно, кроме картин. За картины я плачу — а в особенности за эту, потому что хочу подарить ее мужу.

«Кошечка» лежала в дрейфе, а над ней, рокоча винтами, висел коптер. Том с кормы командовал погрузкой. Супруги Бранка уже забрались в кабину, а багаж все еще частично оставался на палубе.

Джоан, приглашая Джо в круиз, велела ему брать как можно больше холстов и красок, потому что натурщиков будет много, «а если кто не пожелает позировать — отведает соленых линьков». Пиратские сцены, а? Мышцы, абордажные ножи, пистолеты и попугаи? Джо сдался.

Поэтому теперь было много хлопот с погрузкой: софиты, фотолаборатория, свертки полотен, что-то еще, еще, еще… можно сказать, вся студия Джо вдруг оказалась на палубе. Наконец коптер втянул в себя тяжелую корзину с багажом, опорожнил, опустил пустую. Фред и юнга Хэнк, шестнадцатилетний сын кухарки Деллы, стали забрасывать в нее последние вещи.

Когда остался один большой чемодан, налетел ветер. Яхту качнуло, тяжелая корзина вырвалась из рук Фреда. Хэнк бросился на палубу, чтобы избежать удара. Опомнившийся Фред догнал зависшую корзину и вновь зафиксировал ее — футах в десяти от места погрузки. Джоан ухватилась за ручку чемодана, но даже не смогла шевельнуть его.