Армагеддон у Весты - Мёрдок Мелинда С. - Страница 9

— Курс по направлению 1—5—0, отметка 3, — приказал Бак.

Звено кораблей НЗО выполнило еще один разворот по дуге, уходя от кромки планеты.

— Не думал, что у них так много кораблей в Системе, — произнес Вашингтон. Похоже, он был подавлен.

— Чем они громадней, тем больнее им будет падать, — с усмешкой процедил Бак. — Мы должны их перехитрить. Я думаю, что нужно выманивать их по одному, но достаточно быстро, иначе у венерианцев не останется шансов. И до поры, до времени мы будем держаться подальше от Кейна.

— Что? Но ведь только наши корабли могут его уничтожить! Он будет резать венерианцев на кусочки!

— Как насчет этого, Док? — Бак хотел найти у компьютерного советчика поддержку своим мыслям.

— При преимуществе «Крайтов» в скорости и скрытности лучшей тактикой является быстрый удар — отход, — отвечал компьютерный эксперт. — Если венерианцам удастся взять эскадрилью Кейна в котел — а благодаря тому, что они находятся на расстоянии видимости, у них такая возможность есть — преимущества «Крайтов» будут потеряны наполовину.

— «Пеннант», ответьте! Это «Повстанец-1», — вызвал Бак.

— Это «Пеннант», «Повстанец-1», — голос Маракеша был почти лишен интонаций. Вне сомнения, его внимание было приковано к силам противника.

— Вы сможете удерживать Кейна между собой и армадой? — спросил Бак. — Это позволит нам кое-что предпринять. Только что компьютер сообщил мне, что эффективность его кораблей на близкой дистанции будет сильно снижена.

— Зайди к спруту сзади, и поближе, — и он не сможет избежать пинка, — Маракеш несколько секунд анализировал ситуацию, потом ответил: — Сделаем все, что сможем, капитан.

— А мы сделаем все, что сможем, с их флотом.

— Доброй охоты, — пожелал Маракеш.

— Ну? — спросила Вильма. — И что же ты надумал?

Бак объяснил свой план всего одним словом:

— Павонис.

Хотя он и не мог видеть, Вильма улыбнулась за прозрачным пластиковым щитком шлема. Павонис был наиболее блестящим достижением марсианской технологии. Это был космический подъемник, постоянно действующая линия связи между поверхностью планеты и космосом. С постройкой космического лифта отпала необходимость запускать грузы на орбиту. Челноки обходились дороже и действовали медленнее подъемника.

Лифт Марс—Павонис служил мостом между потухшим вулканом Павонис и орбитальным спутником, носившим то же имя. Спутник представлял собой целый город, с верхними двенадцатью этажами, заселенными людьми. Каждый уровень представлял собой самостоятельную часть города. Являясь одним из крупнейших торговых центров, город был комплексом распределения экспортируемых марсианских товаров и внемарсианского импорта. Его эффективная работа и не поддающиеся учету прибыли вносили немалый вклад в процветание РАМ.

В отличие от станции Хауберк Павонис не имел военного оборудования. Он был оснащен лишь защитным оружием, состоящим из защитных экранов и пылевых пушек, предназначенных для маскировки в случае нападения. Как торговая база и космический док, он находился в ведении местной полиции. Одноместные капсулы патрулировали его по окружности, готовые к неожиданностям. В случае возникновения осложнений местные власти обращались за помощью к военным. Марсианская военная машина была отличной машиной, и помощь поспевала в считанные минуты.

Хьюэр, в ответ на запрос Бака, выдал эти данные со всей доступной ему скоростью. Бак прервал поток данных, обратившись к сопровождающим:

— Мы должны ударить быстро и сильно. Их датчики не заметят нашего приближения, но когда мы окажемся в пределах видимости, их защитные устройства сведут результативность нашего огня до минимума. Нужно выйти на них, выжать из лазеров, что только можно, и уйти. Нападаем с двух сторон. «Повстанец-2», возьмите на себя фланг.

— Поняла вас, «Повстанец-1».

Вильма в паре с Риверой и Вашингтон с Иерхарт во втором эшелоне ушли в сторону от Бака и его людей. Оба звена нырнули в разреженную атмосферу Марса, ложась на курсы, пересекающиеся на Павонисе.

— Вот он, — сказал Бак.

Сенсоры поймали изображение, и система начала покрывать экран столбцами полученных данных. С приближением к Павонису спутник постепенно вырастал из искорки в смотровом окне в громадный орбитальный мир — систему платформ-уровней, связанных между собой фермами и растяжками. На поверхности спутника посверкивали огни. Вскоре он заполнил собой весь экран.

— Финальное сближение, — скомандовал Бак. — Помните, поражаем подъемник. Спутник оставьте, несмотря на оборону.

Полицейская капсула метнулась в сторону с их пути. Они приближались к поверхности спутника, направляясь ниже, к гибкой трубе космического подъемника. Бак дал залп из лазеров, скорее для эффекта, чем для чего-нибудь другого, потому что он не собирался менять траекторию, да и капсула была теперь вне пределов досягаемости. Облака зеленой пыли вырвались из распыляющих реактивных камер, расположенных на гранях спутника. Каждая распорка на конце была оснащена таким распылителем.

— Капсула прошла насквозь, — прокомментировал Дулитл.

— Мгм, — согласился Бак.

На смотровой палубе Павониса началась паника. Когда полицейская капсула доложила о появлении кораблей НЗО, старший наблюдатель Чарльз Эмиси воскликнул, не в силах поверить:

— Они не посмеют!

— Почему нет? — отозвался другой. — Посмели же они похитить наш Совет директоров.

— Пыль! — скомандовал Эмиси. — Немедленно.

Он был потрясен, но быстро взял себя в руки.

— Координаты? — спросил техник.

— Все распылители! — в ярости воскликнул Эмиси.

— Сэр, их курсы выходят на параллель с подъемником. Вы думаете, они собираются его перерезать? — в голосе техника звучал ужас. Он вырос на Павонисе в твердом сознании того, что спутник прочно связан посредством лифта с поверхностью материнской планеты, который как трос соединял их воедино. Мысль об утрате этого якоря вызывала в нем страх. Павонис, свободно плывущий на орбите, — был образом из детских кошмаров.

— А что бы ты сделал? — спросил Эмиси. — Запускай спирали с интервалом в тридцать секунд.

— Слушаюсь, сэр.

Плавающие пылевые бомбы, известные под именем спиралей, были разработаны специально для защиты подъемника. Запускаемые с нижнего уровня спутника, они опускались вниз, описывая вокруг подъемника винтообразную траекторию и непрерывно распыляя защитную пыль.

Бак направил свои лазеры на защитные щиты лифта в тот момент, когда была выпущена первая бомба. Лазеры дали залп по обшивке, но мощность их рассеивалась в облаке изумрудной пыли. Их лучи тонули в спиральном облаке, бесполезно расходуя мощность. Бак изменил положение, снова прицелился в корпус подъемника. Другие члены команды сделали то же самое.

— Комары, на двенадцать часов сверху, — сообщила Иерхарт. Ее голос заставил Бака бросить взгляд на датчики.

— Они с ума сошли, — прокомментировал он. В облаках дыма двигались восемь кораблей. Скрытые в густом изумрудном облаке, они двигались как раз навстречу кораблям НЗО.

— Это те, что я думаю, Док? — спросил Бак.

— Я не умею читать мысли, — едко ответил Хьюэр. — Тем не менее это полицейские капсулы.

— У них нет шансов против наших пушек.

— Несомненно.

— Есть данные по их оружию?

— Да. У них микролазеры, но они бесполезны против защиты «Крайтов».

Бак тихо зарычал. Мужественный рейд был трогателен. Но и резня никогда не была ему по душе.

— Док, сейчас Павонис вышел на связь с флотом. Что ты можешь сообщить на этот счет? Что там творится?

Хьюэр отключил свои сенсоры от спутника, прощупывая ими пространство. Он поймал отголоски битвы гигантов. Венерианская и марсианская армады вступили в бой, их стройные ряды смешались в грандиозной пространственной свалке. Он просканировал расположение кораблей и обнаружил пять марсианских крейсеров, выбирающихся из гущи конфликта.

— Это они! — воскликнул Бак, когда Хьюэр доложил ему о своей находке. — Необходимо немного отойти. «Повстанец-2», что у вас с горючим?