Золотая судьба - Мэтьюз Патриция - Страница 60

Хартер слез с лошади, стараясь выглядеть более немощным, чем был на самом деле. Его раны очень быстро заживали, и он чувствовал себя довольно сносно, но из осторожности не хотел показывать этого Пью. Он знал — наступит момент, и довольно скоро, когда толстяк попытается отомстить ему за предательство, и Хартер хотел получить все возможные преимущества.

Они были уже недалеко от Чилкутской дороги, и, насколько мог судить Хартер, преследователи теперь наверняка не смогут догнать их. Они беспрепятственно доберутся до Дайи и отплывут оттуда с первым же судном.

Из слов Пью он сделал вывод, что тот больше не намерен держать Аннабел в качестве заложницы. Толстяк собирался оставить ее здесь. Но живую или мертвую — неизвестно. И этот вопрос весьма занимал Хартера.

Да, Лестер Пью, этот жирный ублюдок, очень удивится, когда обнаружит, что у Чета Хартера имеются собственные планы.

Во-первых, надо постараться, чтобы здесь осталась не Аннабел, а Пью. Губы Хартера растянулись в жестокой усмешке. Это будет неприятным сюрпризом для ублюдка, сюрпризом, который он готовил уже давно.

Кроме всего прочего, Аннабел весьма устраивала Хартера. Она его слушалась, легко подчинялась давлению и была хороша в постели. И еще — такой красивой женщины у него никогда не было, и ему нравилось показываться вместе с ней в обществе.

Да, она выглядела потрясающе, когда шла с ним под руку, и другие мужчины завидовали ему. Она была ценным приобретением, более ценным для него, чем для Пью, который сам теперь превратился в обузу.

Нет, рассуждать тут не о чем. Пью помог им выбраться, и теперь он больше не нужен.

Кроме того, Хартер знал о деньгах Пью, тех, которые были с ним, и тех, что хранились в сейфе салуна в Дайе. Пью не подозревал, что Хартер знает о них. Но Чет знал не только о деньгах — ему был известен и шифр сейфа! Там хранилась изрядная сумма — достаточная, чтобы открыть маленькое прибыльное дельце в каком-нибудь тихом местечке, где никогда не слышали о Чете Хартере.

Хартер согнул руку. Мышцы немного ослабли, но сил хватит, чтобы нажать на спусковой крючок висевшего у него на поясе пистолета. Да, сегодня ночью старину Эл Пи ждет самый большой сюрприз в его жизни!

Пью растянулся на широкой спине и положил под голову седло, чтобы иметь возможность наблюдать за Хартером и его женщиной. Желудок его был полон, мозг усиленно работал. Он был доволен собой. Все обошлось, и в основном благодаря его изобретательности и уму.

Скоро он будет в Дайе, где сможет без помех купить какое-нибудь судно, которое увезет его от этой замерзшей пустынной земли назад, к цивилизации. Хватит этой примитивной жизни! Все равно «золотая лихорадка» скоро сойдет на нет.

Он с нежностью подумал о грудах банкнот и золота, запертых в сейфе в Дайе. Этих денег ему хватит надолго, пока он не создаст новую организацию.

А теперь ему нужно покончить с кое-какими делами. Из-под низко надвинутой на лоб шляпы он пристально посмотрел на Хартера и девчонку. Хорошенькая. Такая юная и нежная! Даже теперь, после нескольких недель дороги, она все еще была чертовски привлекательна.

Пью ощутил легкое волнение внутри и улыбнулся. Его не часто посещали плотские желания, но сегодня, подогреваемый близкой свободой и предвкушением расплаты с Хартером, он почувствовал возбуждение.

Возможно, он развлечется с девчонкой, прежде чем избавится от нее. А почему бы и нет? В конце концов он заслужил немного удовольствия после этих жутких дней. Да, он может попользоваться этой девицей. Ему полезно немного расслабиться.

Он перевел взгляд на Хартера, растянувшегося на своем одеяле. Очевидно, Чесли еще не оправился от ран. Ну и ладно, скоро он вообще перестанет страдать. Ему не нужна девчонка, и Хартер тоже не нужен. Настало время избавиться от обоих, и ему доставит истинное удовольствие наблюдать удивление и ужас на лице Хартера, когда тот увидит, что Лестер Пью решил расплатиться по счету.

Он сел, с хрустом потянулся и позвал Хартера:

— Чет, ты не подойдешь ко мне? Нам нужно кое-что обсудить.

Хартер посмотрел на него усталым взглядом, и Пью улыбнулся. Наконец Хартер поднялся и направился к нему. Пью тоже встал. Он был доволен, что Хартер оставил ремень с кобурой на одеяле. Хорошо! Сам он предусмотрительно оставил трость с вложенной шпагой на виду, рядом с седлом.

Пью ласково подхватил Хартера под здоровую руку и повел в сторону от лагеря.

Хартер не сопротивлялся, а только спросил:

— В чем дело, Эл Пи?

— Это насчет девчонки, — прошептал Пью.

Теперь они удалились достаточно, чтобы Аннабел не могла услышать их. Хартер остановился и повернулся к нему:

— Да, думаю, пора поговорить о ней. Что ты задумал?

— А ты что предлагаешь? — Пью дернул себя за нижнюю губу.

— Не знаю, — пожал плечами Хартер. — Я хочу оставить ее при себе — по крайней мере на время. Она меня вполне устраивает.

— Меня удивляют твои мысли! А что ты скажешь, если я сообщу тебе следующее: я считаю, что мы должны убить ее? — произнес Пью с деланным спокойствием.

Ответ Хартера тоже был сдержанным, что очень удивило Пью, ожидавшего, что Чет выйдет из себя.

— Ну, я бы сказал, что нам нужно это обсудить, Эл Пи. Я бы сказал, что так было бы демократично.

Пью засмеялся:

— Демократично! При чем здесь демократия, Чосли? Я здесь главный, и так было всегда. Ты на меня работаешь! Я принимаю решения и отдаю указания, И я говорю что она умрет!

Лицо Хартера, которое до этого момента оставалось бесстрастным, исказилось в ухмылке, и Пью увидел, как дернулась его раненая рука. Через мгновение он увидел приставленное к его горлу длинное сверкающее лезвие ножа.

Пью похолодел и выругался. Идиот! Он сделал то, против чего так часто предостерегал Хартера, — недооценил противника. Его мозг, подхлестываемый сознанием близкой смерти, лихорадочно работал, рассматривая и отбрасывая прочь различные варианты спасения.

Ухмыляющееся лицо Хартера теперь было так близко, что Пью ощущал запах его дыхания.

— Значит, ты большой босс, а, Эл Пи? Ты отдаешь приказы, а я марширую, да? Нет, на этот раз, дружище, тебя перехитрили. Ты думаешь, что я настолько туп, что пойду с тобой, не позаботившись о собственной безопасности? Нет, теперь моя очередь, толстяк, и я собираюсь выпустить немного воздуха из твоего жирного брюха. Я давно ждал этого момента. Только давай сначала отойдем подальше от лагеря. Я не хочу расстраивать Аннабел. Я хочу, чтобы она была милой и спокойной, когда я вернусь, и чтобы мы могли отпраздновать конец Лестера Пью!

Он грубо подтолкнул Пью, и толстяк, ощущая холодное лезвие ножа на горле, не сопротивлялся.

Они двигались друг за другом. Одной рукой Хартер обхватил Пью за плечи, а другой держал нож у его горла. Пью споткнулся, и давление ножа на мгновение ослабло. Его рука нырнула в карман куртки и сжала спрятанный там «дерринджер».

На таком расстоянии он не мог промахнуться, и пуля попала Хартеру в живот. Пью с отвращением почувствовал, как кровь хлынула ему на руки и грудь.

С циничным любопытством он наблюдал, как Хартер, на лице которого отразилось комичное недоумение, выронил нож и обеими руками зажал дырку в животе. Пью повернулся и посмотрел в сторону лагеря.

Услышав звук выстрела, Аннабел вскочила и теперь стояла, пытаясь что-нибудь разглядеть в темноте. Она сделала шаг, а затем остановилась в тревожном ожидании, как дикое животное, которое вспугнули шаги охотника.

«Конечно, — радостно подумал Пью, — ей есть чего ждать!»

Он усмехнулся и носком сапога ткнул Хартера, чтобы убедиться, что тот мертв.

Глава 22

Аннабел почувствовала, что Чет встал и ушел со своего одеяла, но не придала этому особого значения. Она была расстроена гибелью лошади, и ей хотелось поскорее заснуть, чтобы по крайней мере на несколько часов забыть обо всех бедах и хоть немного отдохнуть.

Она уже почти спала, но звук выстрела вывел ее из дремотного состояния. Аннабел вскочила, испуганно озираясь, но в первый момент ничего не увидела. Через некоторое время она разглядела темную неясную фигуру, двигавшуюся в ее сторону. Кто это — Чет? Что означает этот выстрел и кто стрелял?