Золотая судьба - Мэтьюз Патриция - Страница 51

Она знала, что ей делать.

Подождав, пока Белинда удалится на достаточное расстояние, она поспешила в спальню и схватила фотографии в серебряной рамке. Задержав на них взгляд, Аннабел поставила рамку на туалетный столик и направилась к чулану, где отыскала старую соломенную шляпку от солнца, которая скроет ее разукрашенное синяками лицо от случайных взглядов.

Завязав ленты шляпки под подбородком, Аннабел выскользнула за дверь, спустилась по лестнице и быстро пошла в сторону «Золотого кошелька».

Хождение по магазинам заняло у Белинды несколько больше времени, чем она рассчитывала. В магазинах оказалось на редкость много народу, и ей пришлось обойти несколько мест, прежде чем она смогла купить все необходимое. Когда она наконец подошла к своему новому дому, то увидела высокую фигуру отца, спешившего ей навстречу.

Белинда остановилась у подножия лестницы и подождала его. Морган Ли широко улыбался, и лицо его раскраснелось от волнения.

— Они нашли тело, — без предисловия сообщил он, и Белинда поняла, что речь идет об убитом мужчине.

— Где? — спросила она, начиная волноваться.

— На дне оврага, в полумиле к югу от города. Он был заколот ударом в грудь, как я и говорил. Хартер или кто-то еще попытался прикрыть тело ветками и землей, но труп учуяли волки. Полицейские сейчас везут его в город, и сегодня Пью и Хартер будут арестованы. — Он помассировал себе шею и потянулся. — Ну и денек, черт возьми! Послушай, ты не откажешь старому человеку в чашечке кофе и сандвиче? Я не осмелюсь приблизиться к «Золотому кошельку», пока эта парочка не окажется в тюрьме.

Белинда улыбнулась ему. Он был ее отцом, но своей восторженностью напоминал мальчишку-переростка.

— Конечно, папа, с удовольствием! Пойдем наверх. Аннабел дома.

Морган забрал удочери большую часть свертков и стал подниматься по лестнице вслед за ней. На площадке Белинда открыла ключом дверь и вошла. За ней последовал Морган.

Она попросила отца положить покупки на деревянный стол в кухне и позвала сестру:

— Аннабел, мы пришли!

Ответа не последовало.

— О нет! — вскрикнула она и побежала в спальню.

Кровать была аккуратно застелена, на туалетном столике стояли фотографии. Где же Аннабел? Белинда знала ответ, но боялась признаться себе в этом. Она медленно вернулась в гостиную.

— В чем дело? — спросил Морган, взглянув на ее лицо.

— Она ушла, папа! — Белинда задыхалась от сжавшего ей горло страха. — Боюсь, что с Четом Хартером.

— Нет! — изумленно воскликнул Морган. — Она не могла так поступить! После того, что он с ней сделал? Зачем ей возвращаться?

— Вчера вечером она получила от него записку, — глухо ответила Белинда. — Он умолял ее вернуться. Аннабел сказала, что не вернется, но, похоже, она испытывала к нему какие-то теплые чувства из-за того, что он нуждался в ней. Может, она считала, что должна предупредить его? Не знаю, папа, просто не знаю!

— Боже мой, ты понимаешь, к чему это может привести? Если она предупредит его, то он и Пью приготовятся к встрече, и начнется стрельба. Погибнуть может не только она, но и бог знает сколько других людей!

— Понимаю, — вздохнула Белинда. — И Аннабел окажется в самой гуще этой заварушки.

Морган подошел к дочери.

— Может, он все же позволит ей уйти? Если у него есть хоть капля порядочности…

Белинда рассмеялась, и в ее смехе слышалась горечь.

— Я бы не рассчитывала на это, папа. Ты же знаешь, что это за человек. Скорее всего он возьмет ее в заложницы. Почему-то я не могу представить, что он вспомнит о порядочности, когда его жизни угрожает опасность…

— Боюсь, ты права, и мы можем только молиться, чтобы все оказалось не так, — Плечи Моргана поникли. — Мне лучше пойти в участок, к Маккензи, и предупредить их. Полиции следует знать это, прежде чем они отправятся в салун.

Он повернулся, чтобы уйти, но потом вернулся и поцеловал Белинду в щеку.

— А ты оставайся здесь. Хватит того, что одна моя дочь в опасности. Я вернусь к тебе, как только смогу, в зависимости от того, как пойдет дело. И постарайся не волноваться. Все обойдется — я знаю. С Аннабел все будет в порядке.

Он произнес эти слова так твердо и уверенно, что Белинда почти поверила ему.

В комнате над салуном, которую занимали Аннабел и Хартер, царила суматоха.

Чет Хартер, обливаясь потом и рыча от боли, пытался натянуть на себя одежду. Повязка на ноге очень мешала ему, и в конце концов Аннабел пришлось разрезать его штанину до самого колена. Когда процедура одевания наконец закончилась, Хартер был весь в поту.

Крошка Мэг, которую тоже заставили помогать, собирала чемодан Хартера, который он, грубо выругавшись, вырвал из рук девушки, когда она закончила.

Мэг и Аннабел переглянулись, и Аннабел увидела вопрос в глазах Крошки — вопрос, на который она не знала ответа. Зачем она пришла? Она думала, что Чет будет благодарен ей за то, что она предупредила его, и что он тепло попрощается с ней, прежде чем они с Пью уедут. Но он избавил ее от этого заблуждения.

Как только Аннабел увидела лежащего на кровати Чета, угрюмого и злого, она поняла, что не нужно было приходить. Тем не менее она не повернула назад, а предупредила его о возможном аресте, считая своим долгом отблагодарить его за проведенное вместе время. Но Чет, не выказав ни малейшей признательности, со злобой набросился на нее, обвиняя в том, что она сбежала к сестре и Джошу Рогану и выдала им его местонахождение.

Он с трудом встал и потребовал принести одежду. Аннабел беспрекословно выполнила его просьбу. Не переставая сыпать проклятиями, он сказал ей, что они уезжают немедленно и что ей лучше надеть что-нибудь подходящее для путешествия.

— Нет, я не еду с тобой! Я пришла предупредить тебя, и ты не можешь требовать от меня большего. Я остаюсь здесь, в «Золотом кошельке», где я смогу петь.

Аннабел бросилась к двери, но он грубо схватил ее за руку.

— И ты будешь тут петь для полиции, да? — Голос его звучал зловеще. — Нет, ты поедешь со мной, глупая сучка! Ты будешь моим пропуском из Канады. Они не посмеют тронуть меня, если я буду держать тебя как заложницу!

— Нет! Пожалуйста, Чет! — вскрикнула Аннабел.

Хартер поднял тяжелый кулак, и она, задрожав, сдалась. Поспешно открыв шкаф, она принялась переодеваться. Переполненная страхом и отчаянием, она с трудом сдерживала слезы.

Наконец они были готовы. Хартер оперся на ее руку и захромал к выходу.

Но не успели они дойти до двери, как она с треском распахнулась и в комнату ворвался Лестер Пью; лицо его было пунцовым от ярости.

— Хартер, мне нужно кое-что тебе сказать… — Увидев Аннабел, он умолк. — А что она здесь делает? Ты говорил мне, что она ушла!

— Я вернулась, чтобы предупредить… — выдавила из себя Аннабел.

— И вы хотели убежать без меня, так? — Пью не спускал глаз с Хартера, презрительно усмехаясь. — Такая преданность достойна вознаграждения!

Хартер попятился и опустился на кровать; лицо его побелело.

— Минутку, Эл Пи! Мы как раз собирались к вам, правда, Крошка?

Крошка Мэг вздрогнула и поспешно кивнула.

— Совершенно верно, мистер Пью. Чет попросил меня позвать вас, — тихо сказала она. — Я как раз собиралась уходить, когда вы вошли.

Пью не удостоил ее взглядом. Он продолжал пристально смотреть на Хартера.

— Так уж случилось, что твое предупреждение опоздало. Мои источники сообщили, что этот федеральный агент и сержант Маккензи везут сюда останки нашего старого друга Карла Добера.

— Какого черта! — перебил его Хартер. — Ну и что с того? Они не смогут ничего доказать.

— Один из твоих недостатков, Хартер, заключается в том, что ты недооцениваешь противника, — фыркнул Пью. — Мои источники также сообщили, что у полиции есть свидетель и зовут его мистер Монтана Лидс. Еще один пример необыкновенной преданности.

Когда прозвучало имя отца, Аннабел непроизвольно вскрикнула, но мужчины, казалось, этого не заметили.