Золотая судьба - Мэтьюз Патриция - Страница 40

— Я пришел у вас кое-что узнать, мисс Ли. О вашей сестре…

— Вы просто ужасный человек, — кокетливо надула губы Аннабел. — Приходите ко мне только затем, чтобы поговорить о Би! Ну, что случилось на этот раз?

Джош тяжело вздохнул:

— Я только что проходил через палаточный городок и заметил, что ее палатка исчезла. Вы не могли бы сказать, почему и куда она уехала?

Аннабел вздохнула и быстро прошла к столику с чайным сервизом. Там она аккуратно налила себе чашку чаю.

— Она отправилась путешествовать. Вместе со своим индейцем. Ониспускаются вниз по реке, чтобы фотографировать индейцев или чего-то там еще. Она убрала палатку и сдала ее на хранение вместе с остальными вещами, потому что строит в городе постоянную студию. Она переедет туда, когда вернется.

— О!

Джош почувствовал, что его захлестывает радость. С Белиндой не случилось ничего плохого, и он вновь свалял дурака, беспокоясь о ней.

Аннабел повернулась, чтобы взять фотографию с туалетного столика.

— Смотрите, этот мой портрет Белинда сделала перед самым отъездом. Правда, неплохо?

Джош мельком взглянул на фотографию.

— Да, — ответил он. — Очень здорово.

— Но может, мне не нужно было его вам показывать, — печально усмехнулась Аннабел. — Вчера я показала снимок Чету и с тех пор больше его не видела. — Она поставила портрет на столик. — А мы собирались с ним пообедать в этом новом ресторане. Ох уж эти мужчины!

— Что? — переспросил Джош, пытаясь найти крупицы смысла в этом потоке слов.

— Он просто исчез, — сердито сказала Аннабел. — Я оделась, а он не вернулся и даже не оставил для меня записки. Я не представляю, где он!

Джош неожиданно вспомнил, как Белинда потерялась во время метели на озере Кратер, и внутри у него все похолодело. Тут что-то не так.

— Говорите, это случилось вчера? Сразу после того, как вы показали ему вашу фотографию, которую сделала Белинда?

Аннабел кивнула, и ее завитые локоны подпрыгнули.

— Я показала ему фотографию, и мы говорили о том, чтобы поместить один из моих снимков на рекламный щит перед салуном. — Она хихикнула. — Знаете, он понятия не имел о том, что с пленки можно сделать не один, а много отпечатков. — Лицо ее стало задумчивым. — Он вел себя немного странно, когда я сказала ему об этом, хотя я совсем не смеялась над ним. А потом он убежал, даже не сказав куда. — Она пожала плечами. — Это возмутительно!

Джош схватил ее за руку.

— Когда уехали Белинда с индейцем?

Аннабел задумалась.

— Три дня назад.

— А Хартер исчез вчера? В какое время?

— Кажется, около полудня. Во всяком случае, именно тогда я видела его в последний раз.

— Благодарю вас, Аннабел, — сказал Джош, надевая шляпу. — Надеюсь, ваш друг Хартер скоро вернется.

— Я тоже надеюсь, — улыбнулась Аннабел. — Мне тут ужасно скучно одной, — добавила она, а затем ее лицо просияло: — Правда, у меня есть мои выступления.

— Это хорошо, — рассеянно ответил Джош.

Мысли его уже были заняты Белиндой и неожиданным исчезновением Хартера.

Джош был уверен, что Хартер бросился в погоню за Белиндой и Чарли. Пока, правда, он не мог себе представить зачем.

Несомненно одно — намерения Хартера были недобрыми, совсем недобрыми!

Во время торжественного обеда в индейской деревне, устроенного в их честь, Белинда радовалась, что они привезли с собой продукты. Мясо, которое тушили в котле индейцы, выглядело протухшим и червивым, а другие ингредиенты были еще менее аппетитными.

Во время трапезы она делала вид, что ест, в то время как Чарли поглощал еду с завидным аппетитом — к большому удовольствию хозяев.

Потом были танцы, в которых участвовал и Чарли, и Белинда, спросив разрешение у вождя, снимала танцоров, самого вождя и его многочисленных жен. Она не забыла совет Чарли и щедро раздавала всем подарки.

Они оставались в индейской деревне два дня, и все это время Белинда не расставалась с камерой, фотографируя индейцев во время работы и отдыха. Среди стариков и старух она обнаружила несколько на редкость выразительных лиц.

Утром на третий день Чарли упаковал их вещи, и после долгого и церемонного прощания они направились к следующей деревне, которая, по словам Чарли, находилась не очень далеко.

Когда они двинулись вниз по течению реки, небо заволокли тучи и подул холодный ветер.

Белинда, замерзшая в продуваемой ветром тонкой куртке, окликнула чилкута:

— Скажи, Чарли, будет еще хуже?

— Не знаю, — пожал плечами индеец. — Это странное время года, точно. Скоро погода начнет сильно меняться. Зима. Бр-р!

Белинда засмеялась:

— Но ведь еще только август!

Чарли вновь пожал плечами.

— Тут короткое лето. Всего несколько месяцев. Потом все замерзает. Как железо. Золотоискатели в Доусоне уже уезжают назад, в Дайю, за припасами на зиму. Вернутся как раз к тому времени, когда пойдет снег.

— В таком случае и нам нужно запастись продуктами, не так ли? Как только мы вернемся, да?

— Да, — кивнул Чарли. — Но мы останемся в городе. Так проще. Но все равно нужно сделать запасы на зиму. Зимой поставки уменьшаются. Запасы кончаются. Лучше подготовиться. Чарли уже сделал заказ мистеру Хуперу в универсальном магазине, зимний заказ. Все предусмотрено, будьте уверены.

Он с сияющей улыбкой взглянул на Белинду, и она уже не в первый раз ощутила прилив симпатии и благодарности к этому коренастому смуглому человеку. Когда-нибудь она сделает для него что-то действительно важное, чтобы выразить свои чувства к нему, но пока…

— Ты просто чудо, Чарли! — улыбнулась она ему в ответ. — Мне так повезло, что ты работаешь у меня.

Чарли смущенно опустил голову, но Белинда видела, что он польщен.

Время шло, и небо все темнело, а ветер усилился до такой степени, что Белинда заставила Чарли остановиться и достать из вьюка ее теплую куртку.

После краткой остановки и холодного ленча они продолжили путь, двигаясь навстречу приближающейся буре.

К удивлению Белинды, Чарли все время подгонял животных и сам быстрой рысью бежал рядом с мулом. Глядя на его озабоченное лицо, Белинда предположила, что он торопится найти удобное место для ночной стоянки.

Но время шло, они миновали уже несколько, казалось бы, подходящих местечек, и она начала беспокоиться. Наконец, устав от долгой тряски в седле, она не выдержала:

— Чарли, мы не могли бы сделать привал на ночь? Я ужасно устала!

— Нам нужно пройти еще немного, миз Белинда, — серьезно сказал Чарли, и на его всегда веселом лице появилось озабоченное выражение, которого Белинда у него никогда не видела. — Пожалуйста, заставьте свою лошадь бежать быстрее.

Обеспокоенная его настойчивостью, Белинда не стала задавать вопросов. Чарли занял позицию позади ее лошади. Впервые она видела Чарли, не похожего на то жизнерадостное дитя природы, каким она привыкла его считать. Кроме того, она удивлялась, почему он едет сзади. Раньше они с мулом всегда задавали темп.

Она заставила лошадь ускорить шаг, и та неохотно подчинилась, перейдя на рысь, и немилосердная тряска отозвалась болью во всем теле Белинды.

С такой скоростью они проехали около мили и приближались к участку тропы, проходившему у самой реки, когда прозвучали выстрелы. Два выстрела подряд, один за другим. Белинда успела лишь бросить быстрый взгляд через плечо, когда второй выстрел заставил ее лошадь пуститься неровным галопом.

Но то, что она успела увидеть, поразило ее в самое сердце. Она заметила, что Чарли схватился за грудь и, пошатываясь, попятился к кромке воды; на лице его были написаны удивление и боль. Он начал падать, но в этот момент резкий рывок лошади заставил ее посмотреть вперед, а потом она уже ничего не видела, кроме мелькания зеленых и коричневых пятен, — лошадь свернула с тропы и вихрем понеслась к деревьям. Ветки свистели у нее над головой, а одна из них, как гигантская рука, грубо вырвала ее из седла и ударила о землю. Острая боль захлестнула ее тело, притупив все остальные чувства.