Всем сердцем - Мэтьюз Патриция - Страница 48

– Боже всемогущий, – Спенсер Хард, недоумевая, покачал головой, – Серена, почему ты не пришла ко мне и не рассказала об этом похищении? Господи, как ужасно!

– Судья, я думала об этом, но в конце концов решила, что не стоит вас беспокоить. Я решила, что стала случайной жертвой обстоятельств.

– Вряд ли. Учитывая то, что произошло впоследствии, очевидно, что это не так! Кто-то хотел убить тебя, кто-то местный, из Вирджиния-Сити. У тебя нет никаких предположений на этот счет?

– Ни малейшего. Единственное обстоятельство, за которое можно зацепиться, – мужчина, насиловавший меня в доме Ли По, как и убийца моих родителей, был в золотой китайской маске.

– То есть ты хочешь сказать, что это был один и тот же человек? – Хард замолчал, задумавшись. Он настолько погрузился в свои мысли, что даже закурил сигару, не спрашивая позволения Серены.

– Единственный человек в Вирджиния-Сити, у которого, возможно, есть какой-то интерес убивать тебя, – это Брэд Страйкер. Но это же нелепо!

Серена встревожилась:

– Почему нелепо, судья?

– Потому что, черт возьми, у него нет никакого мотива! Да, в случае твоей смерти он – следующий наследник Хетти. Но что он наследует? Пять тысяч долларов, которые ты уже получила и потратила. И этот дом. Несмотря на всю его подлость, вряд ли он убил твоих родителей и пытался убить тебя только ради этого особняка. Нет, должна быть какая-то еще причина. – Судья задумчиво стряхнул пепел в блюдце. – А эти детективы... ты говоришь, их нанял какой-то человек?

– Я предполагаю, что их нанял человек, а не компания. Это все, что мне известно.

– Я телеграфирую в Сан-Франциско. Все-таки я юрист – может быть, мне они сообщат больше подробностей.

Он замолчал и опять задумался. Серена нетерпеливо спросила:

– Что же теперь будет со мной, судья?

Он посмотрел на нее и вздохнул:

– В этом-то и вопрос. Мы не сможем долго скрывать твое присутствие в городе. Ведь ты пришла сдаваться на милость суда добровольно, и это пока единственный аргумент в твою пользу.

– Меня посадят в тюрьму? – встревоженно спросила Серена.

– Боже всемогущий, – вздрогнул адвокат, – надеюсь, что нет. Я постараюсь, чтобы этого не произошло. Единственная тюрьма в городе – это грязная помойка. В ней сидят в основном пьяницы, дебоширы и мелкие преступники.

– Но как можно этого избежать?

– Внесем за тебя залог. Элмо Андервуд, занимающий пост городского судьи, может, и не очень талантлив, но он хороший человек, южанин, как и я, и обладает врожденным чувством уважения к прекрасному полу. Если мы будем вести себя правильно, я думаю, он отпустит тебя под залог.

– То есть это возможно, но вы в этом не уверены, судья? – с нажимом спросила Серена.

– Конечно, не уверен, – с раздражением ответил Хард. – В таком месте, как Вирджиния-Сити, ни в чем нельзя быть полностью уверенным.

Глава 19

Судья Элмо Андервуд был тучным человеком примерно одного возраста со Спенсером Хардом. Его округлое лицо украшали гигантский красный нос и длинные обвислые усы. Поношенный сюртук, заляпанный пятнами, неизменно украшал его фигуру. В качестве судейского молотка он использовал обычный плотницкий.

В небольшой комнате, служившей в качестве зала для заседаний суда, было душно и жарко оттопившейся в углу печки. Двенадцать скамеек предназначались для зрителей. За длинным столом обычно располагались представители защиты и обвинения.

В этот момент перед судьей Андервудом стояли только трое: Спенсер Хард, Серена и Джейк Барнз, к которому по дороге зашел Хард.

У помощника шерифа при виде Серены отвисла челюсть. И всю дорогу он, брызгая слюной, требовал, чтобы Серену взяли под арест и немедленно посадили в тюрьму.

– Всему свое время, Джейк, – увещевал его Спенсер Хард. – Скоро ты сможешь ее официально арестовать. Но не забудь, что она пришла по собственной воле и...

– Пришла к вам, а не к властям!

– Это одно и то же, Джейк, – спокойно ответил Хард. – А теперь сдержи свои чувства, пока мы не выслушаем, что скажет судья Андервуд.

Серена надела самое строгое платье и выглядела очень скромно. Хард сказал ей накануне вечером:

– Элмо Андервуд – человек старой закалки и придерживается несколько старомодных взглядов. Если ты будешь выглядеть слишком привлекательно и ярко, он сочтет тебя распутницей.

Судья Андервуд поднял голову и, легко постучав молотком, наклонился вперед.

– Что все это значит, судья? – прогромыхал он.

– Судья, я здесь с... – Хард прервался на полуслове и улыбнулся. – Элмо, тебе не кажется, что мы запутаемся, если будем называть друг друга судьями?

Судья Андервуд улыбнулся ему в ответ и громко, раскатисто засмеялся.

– Ты прав. Как мы поступим?

– Как насчет «вашей чести» и «адвоката»?

– Хорошо. С этим... – судья Андервуд почесал нос, – мы не запутаемся. Мне нравится, когда ко мне обращаются «ваша честь». Меня называли гораздо менее вежливо. – Он откашлялся и внезапно стал совершенно серьезным. – Продолжайте, адвокат.

– Ваша честь, леди рядом со мной – Серена Фостер. Вы, я уверен, осведомлены, что она разыскивается по обвинению в убийстве.

– Припоминаю, слышал об этом. – Судья Андервуд строго оглядел девушку.

– Судья... ваша честь, сэр, – сердито проговорил Джейк Барнз, – она еще даже не арестована!

Судья Андервуд перевел взгляд на помощника шерифа:

– Кто вы такой, сэр? И с какой целью пришли в суд?

– Вы же знаете меня, судья!

– Все, кто предстает перед судом, должны представиться, чтобы это было занесено в протокол.

Барнз вздохнул:

– Я Джейк Барнз, помощник шерифа здесь, в Вирджинии.

– Занесите это в протокол. Итак, с какой целью вы пришли сюда, Джейк Барнз?

Серена не смогла сдержать улыбки. Она видела, что никто в комнате не вел никакого протокола. Спенсер Хард толкнул ее локтем, и она сразу перестала улыбаться.

– Судья пришел ко мне в контору полчаса назад, – ответил Джейк Барнз, – и заявил, что эта женщина – Серена Фостер. Шериф отсутствовал, и мне пришлось пойти сюда вместо него. А судья даже не позволил мне арестовать ее!

– Такие вещи требуют осмотрительного подхода, – заметил Спенсер Хард, – всему свое время.

– Но если она еще не арестована, что заставило вас побеспокоить меня, адвокат? – спросил судья Андервуд.

– Я хотел бы, чтобы мою клиентку выпустили под залог, ваша честь.

– Черт, нет, вы только послушайте! Она же обвиняется в убийстве!

Раздался стук молотка.

– Помощник шерифа! В зале суда запрещено ругаться. Тем более в присутствии женщины. Я предлагаю вам извиниться перед юной леди.

– Леди? – усмехнулся Джейк Барнз. – Я бы назвал ее не леди, а...

Молоток снова застучал.

– Сэр, либо вы извинитесь, либо вам придется покинуть зал суда!

Джейк Барнз наклонил голову и нелюбезно проговорил:

– Прошу прощения за свои выражения, мэм.

– Вот это уже лучше. А теперь, адвокат, что вы говорили насчет залога? Вам не кажется, что это вопрос немного преждевременный, учитывая, что подозреваемая еще не арестована?

– Арест– простая формальность, ваша честь. Мне бы хотелось избежать ее пребывания в нашей тюрьме. Вы сами знаете, в каком она состоянии и какие личности там содержатся.

– Адвокат, у вас есть какие-либо возражения против того, чтобы взять вашу клиентку под официальный арест до того, как мы продолжим обсуждение? Чтобы все было по закону.

– Никаких возражений, ваша честь. – Спенсер Хард торжественно отступил в сторону. – Исполняйте ваш долг, помощник шерифа.

Джейк Барнз шагнул к Серене:

– Я должен арестовать вас, Серена Фостер, по обвинению в убийстве Мадлен Дюбуа, которое произошло... – Он запнулся, забыв число.

– Число не так важно, Барнз, – проговорил судья Андервуд. – Чтобы сократить процедуру, суд объявляет, что Серена Фостер с этой минуты находится под официальным арестом. – Он кивнул Харду: – Продолжайте.