Трудный выбор - Мэтьюз Патриция - Страница 31

— Домика… из дерна? — Рейчел вспомнила, что видела такие хибарки из окна вагона по пути сюда, и настроение у нее испортилось. — Мы собираемся жить в доме из дерна, который ты еще не построил?

Услышав расстроенный голос Рейчел, Уилл ободряюще сжал ее руку:

— Здесь можно построить только такой дом. Бревен тут нет, а привозные стоят целое состояние.

— Понимаю, — упавшим голосом сказала она. Уилл засмеялся:

— Не волнуйся. Когда он будет закончен, ты будешь гордиться им и созреешь для новоселья, потому что те две или три недели, которые мне потребуются, чтобы построить его, мы будем спать на открытом воздухе. По ночам над нашими головами не будет ничего, кроме звезд.

— Я не сомневаюсь, что буду гордиться им, — покорно кивнула она. Что она еще могла сказать? Его переполняла гордость от того, что он совершил и что собирался совершить. Но… «Райский уголок»? Уилл Симмонс оказался большим мечтателем, чем она думала. Рейчел обвила его руки своими и прислонилась к нему. — Ты мой муж, Уилл, и что бы ты ни делал, я с радостью приму это.

Уилл просиял:

— Не думаю, что во всей Небраске найдется человек счастливее меня. Что еще может желать человек?

— Я рада, что ты счастлив, Уилл.

— Я и правда счастлив! Все, что мне остается делать, — это считать свалившиеся на меня блага. У меня есть два участка собственной, свободной от долгов земли. Это тысяча двести восемьдесят акров. Рейчел! У меня есть упряжка отличных мулов, корова, семена кукурузы и пшеницы, плуг. Стальной плуг, а не чугунный. И в довершение всего у меня самая лучшая жена во всей округе!

— Думаю, я должна быть тебе благодарна, что ты поставил меня в один ряд с плугом, — насмешливо сказала она.

— Что? — Он явно смутился.

— Ерунда, Уилл. Я пошутила.

— О… Но ведь не только у меня есть все, чтобы начать новую жизнь. Угадай, что я купил тебе сегодня утром в Коннерсвилле?

— Что, Уилл?

Может, она действительно недооценила его. Может, он все-таки понял, что ей иногда нужно что-нибудь просто красивое, какая-нибудь безделушка.

— Это там, сзади, под брезентом.

— Что это? — Она повернулась и наклонилась назад, чтобы приподнять брезент, которым были прикрыты их вещи.

— Не нужно, не возись с этим чехлом. Я прикрепил его на случай дождя. Лучше я расскажу тебе, что купил.

— Расскажи, Уилл! Ты же знаешь, какие женщины любопытные.

— Ладно уж. — Он поджал губы. — Давай посмотрим. Я купил тебе печку, жестяной бак для кипячения, два железных котелка, чайник, две формы для выпечки, пароварку, кофейник, жаровню с решеткой, четыре жестяные кружки, четыре тарелки и четыре вилки. Это на тот случай, если у нас будут гости. Помимо всего этого я купил умывальник, ящик для мусора, лампу и ведро. — Закончив перечислять, он улыбнулся, ожидая слова одобрения.

Первым чувством Рейчел было разочарование. Она ожидала нового платья или чего-нибудь такого же легкомысленного. Затем она выругала себя. Ей не нужно новое платье, а предметы, которые он перечислил, были гораздо нужнее для их благополучия. Она догадывалась, что через месяц жизни в качестве жены поселенца она не променяет ни одну из перечисленных Уиллом вещей на все платья из «Паровозного депо» Эвелла Рэнкина. Почему-то ей это показалось смешным, и она громко рассмеялась.

Уилл не правильно истолковал ее смех.

— Я так и думал, что ты обрадуешься, — сказал он, обнимая ее одной рукой за плечи и привлекая к себе.

Рейчел ощутила силу его руки и снова вспомнила сцену на железнодорожном вокзале — поселенца и его жену. Теперь она сама попыталась испытать те же чувства, что и та женщина, и ее охватило удовлетворение. Уилл действительно любит ее, и, несмотря на долгое путешествие в фургоне, его волнение по поводу постройки «Райского уголка» заразило и ее самое, вызвав прилив энтузиазма.

Вскоре усталость одолела ее, и Рейчел задремала, прислонившись к Уиллу. Дело шло к осени, и погода поэтому была довольно приятная: они не страдали от безжалостного пекла летнего солнца. Рейчел дремала, но мысли о предстоящей ночи не оставляли ее. Они с Уиллом еще не занимались любовью. У них не было такой возможности, потому что, обвенчавшись в «Конечном пункте», они всю ночь ехали в поезде. Она не сомневалась, что муж не будет таким опытным любовником, как Рэнкин. Но то, что Уилл отлично сложен, будило ее чувственность, и она уже мечтала об их первой ночи под звездным небом.

Когда солнце скрылось на западе, прерия очень быстро остыла, и стало холодно. Рейчел что-то прошептала и задрожала во сне, и Уилл, вытащив одеяло, заботливо укутал ее.

Теперь она спала безмятежно, и ей снилось место, совсем не похожее на то, где она сейчас находилась. Это был приятный сон, неожиданно прерванный голосом Уилла.

— Рейчел! — Он осторожно потряс ее за плечо. Она протестующе забормотала, и он потряс ее снова:

— Рейчел, мы приехали!

— Что? — Она с неохотой открыла глаза, села и оглянулась по сторонам.

Смотреть было почти не на что. Стояла ночь, и тонкий серп луны едва освещал прерию. Тут не было ни холмов, ни деревьев, ни скал, на которых мог задержаться взгляд, — только бескрайняя тьма, простиравшаяся во все стороны.

И ветер. С тех пор как они покинули Коннерсвилл, ветер дул непрерывно, но теперь его низкое, монотонное завывание казалось громче, чем днем. Этот звук угнетающе действовал на Рейчел.

— Это и есть твой «Райский уголок»? — спросила она.

Да, Рейчел. Мы дома. Наконец-то мы дома.

Уилл слез с сиденья фургона. Тот заскрипел и накренился под его весом. Рейчел подумала, что Уилл обойдет вокруг и подаст ей руку, чтобы помочь сойти, но вместо этого он принялся распрягать мулов.

— Иди назад и отвяжи корову! — крикнул он ей. — Ярдах в двадцати справа от нас протекает ручей. Отведи ее туда и дай хорошенько напиться, а затем возвращайся и привяжи ее на ночь к фургону. Я не хочу, чтобы она бродила тут одна, пока не привыкнет к новому месту.

— Уилл… а где мы будем спать?

— Спать? Я уже тебе говорил — под звездами. Я расстелю под фургоном бизонью шкуру, а накроемся мы двумя одеялами. Но это будет не очень скоро. Сначала нам нужно переделать кучу дел. Иди и напои корову, как я сказал.

Рейчел слезла с сиденья. Все мышцы ее ныли, и холодный ветер обдувал ноги, поднимая платье. Она отвязала корову и повела животное куда-то во тьму. Корова обнаружила ручей раньше Рейчел и замычала, почувствовав запах воды.

Корова еще не успела напиться, а из темноты уже вынырнул Уилл, ведя за собой пару мулов. В одной руке он держал пустое ведро.

— Вот, — сказал он, — наполни его и возьми с собой. Утром нам понадобится вода. В фургоне есть небольшая миска для маленьких цыплят. Некоторые из них, возможно, издохли, но так и должно быть. Напои их. Я поищу вокруг бизоний помет, а потом вернусь к фургону. Он нам понадобится утром, чтобы разжечь огонь.

Рейчел убрала прядь волос, упавшую на глаза.

— Бизоний помет?

— Точно. Это самое лучшее топливо, которое здесь можно найти. Я даже предлагал, чтобы «Юнион пасифик» использовала бизоний помет вместо дров. Так было бы гораздо дешевле.

— Да, наверное, — безучастно произнесла Рейчел. Она так устала, а им, похоже, предстоит всю ночь заниматься хозяйственными делами. Наполнив ведро, как сказал Уилл, она двинулась обратно к фургону, ведя за собой корову.

— Рейчел! — крикнул ей вслед Уилл. — Мука и питьевая сода лежат в ларце с краю фургона. Если мы хотим поесть хлеба на завтрак, ты должна сегодня вымесить тесто.

— Хорошо, Уилл, — тупо произнесла она. Рейчел привязала корову к фургону, нашла муку, соду и принялась замешивать тесто для хлеба. Было так темно, что она с трудом видела, что делает, но упрямо продолжала месить. Уилл не возвращался, и она начала уже беспокоиться, когда он наконец появился, неся в руках охапку бизоньих лепешек.

— Я обнаружил настоящую золотую жилу, — радостно сообщил он; — У нас теперь собственный источник этих штук.