Пылающий рассвет - Мэтьюз Патриция - Страница 35

Марси была ненасытна, казалось, удовлетворить ее невозможно. Он делал все, что она просила, требовала, о чем молила. Они упивались друг другом до полного изнеможения.

Позже, отдышавшись, Клинт закурил свою неизменную сигару.

– Клинт! – позвала Марси.

– Да, любовь моя?

– Ты мне так и не сказал, чем занимаешься. Все еще скупаешь хлопок и играешь в покер?

– Ничего подобного. Я в табачном бизнесе.

– Как? – Она приподнялась на локте. – Что же ты делаешь?

– Езжу по Югу и торгую табаком.

– Торгуешь? – Марси покатилась со смеху. – Клинт Девлин – обычный разносчик товара!

Он не обиделся.

– Вовсе не разносчик, дорогая. Я являюсь третьим компаньоном в фирме, недавно открывшейся в Дареме. В мои обязанности входят реклама и организация поставок товара.

– Компаньон? Ничего себе! – Она даже присвистнула. – Да ты, оказывается, пошел в гору. Как тебе удалось?

– Все благодаря моей трудоспособности, деловому чутью и личному обаянию, – с улыбкой ответил Клинт.

Марси легонько стукнула его по плечу.

– Ну, ты совсем, как вижу, не изменился. Брось свои шутки!

– Я вполне серьезно. Мне крупно повезло, можно только мечтать о таких возможностях. Погоди, я еще стану настоящим магнатом. Возможно, во мне есть такие способности, о которых не то что ты – я сам не знаю.

Марси помолчала, потом проговорила совсем другим тоном:

– Я предчувствовала, что из тебя выйдет толк, Клинт. – Затем спросила осторожно: – А почему ты меня бросил?

– Ты же не дура, дорогая, и сама все прекрасно понимаешь. Возомнила, что я принадлежу тебе. Запомни: Клинт Девлин никому никогда не подчинялся. Иду своей дорогой и ни перед кем не отчитываюсь.

– Я не нарочно, честное слово! Просто... – Она не закончила фразу, положила ладонь ему на грудь и погладила нежно. – Клинт, можно я еще немного побуду с тобой? Пожалуйста.

– Посмотрим, – ответил он и остановил ее руку. – Мне надо подумать. Все будет зависеть от того, как ты поведешь себя.

– Клинт, обещаю быть примерной девочкой, – с чувством проговорила Марси. Я не буду предъявлять на тебя никаких прав!

– Послушай, девочка, а не подбросить ли тебе работу?

Она даже подпрыгнула от удивления.

– Работу? Какую работу? Уж не сутенером ли ты решил заделаться? А?

– Что за глупости вечно приходят тебе в голову! При чем тут сутенер! – возмутился Клинт. – Мне хотелось бы, чтобы ты помогла мне продавать сигареты «Кинг».

– Торговать я не буду!

– Я сам буду это делать, дорогуша. От тебя требуется одно – оставаться самой собой, эдакой притягательной красоткой.

– А что я должна делать?

– Если у меня все получится, то ты будешь участвовать в театрализованном представлении. Пока я не хочу вдаваться в подробности, но вот что наверняка: ты прямо сейчас получишь деньги на пропитание и новую одежду. А что касается театра... – Он усмехнулся. – Иди лучше сюда, ко мне.

Она бросилась к нему в объятия, и они продолжили сладострастные игры.

Но при всем при том у Клинта не выходил из головы образ Шарлотты...

Наступило время просушки табака.

Так как Клинт отсутствовал, а Шарлотта была уверена, что он нарочно уехал в эти дни, она попросила Бена сопровождать ее на ферму Холлистеров, где Брэдли приготовился сушить табак.

Бен с, готовностью согласился ехать с ней.

– С удовольствием посмотрю, как это происходит, Шарлотта, – сказал он. – Мне очень интересно.

Процесс сушки начинался обычно ночью и, как всегда, в присутствии соседей. К тому времени как Шарлотта с Беном приехали, все уже собрались во дворе возле сарая и разожгли костры. Люди сидели у огня, готовили еду, маленькие дети бегали и играли с собаками.

– Рад, что вы смогли приехать, – сказал им Брэдли. – А где Клинт?

– Ездит по штату, организовывает торговлю сигаретами «Кинг», – со смехом ответила Шарлотта. – Говорит, что в прошлый раз узнал о табаке больше, чем нужно.

– Ну, ладно, присоединяйтесь к нашей компании. Бен, если хочешь выпить, у нас есть и виски, и бренди. Один сосед даже зарезал свинью, чтобы нажарить для всех мяса. Найдите место у костра и присаживайтесь, а я пока схожу в сарай.

Шарлотта и Бен сели у небольшого костра рядом с двумя женщинами – женами соседей Холлистера, которые обжаривали на вертеле большие куски корейки. Ночь была прохладной, Шарлотта закуталась в шаль и грелась у огня, вдыхая дразнящий аромат запекавшейся свинины.

– Скажи, Шарлотта, – обратился к ней Бен, – а не может там, в сарае, произойти пожар? Все-таки листья сушатся над огнем. Разве табак не сухой сам по себе?

– Все правильно, но ему все равно требуется хорошая просушка. А за огнем обязательно кто-нибудь присматривает. Сейчас там Джимми, и он будет следить внимательно, чтобы пламя стелилось низко и не касалось подвешенных связок табака. Если хоть один лист загорится – все пропало.

– Какое, однако, нелегкое дело – выращивать табак, – задумчиво произнес Бен. – Не могу не восхищаться фермерами, которые трудятся круглый год без устали, а урожаю все время что-нибудь угрожает: то вредные насекомые, то град. Теперь вот процесс сушки...

– В этом году беда может оказаться непоправимой, – со вздохом сказала Шарлотта. – Ведь это первый послевоенный урожай. Если, например, у мистера Холлистера с табаком что-то случится, вся его семья будет голодать. У них больше ничего нет, и придется продать ферму. Понимаешь, почему фермеры боятся угроз Латчера?

– А он все еще запугивает их?

– Не знаю. Ничего пока не слышно, но мерзавец уже сделал все, что мог. Люди этого не забыли.

– Не нравится мне все это. Он, по-моему, затаился и выжидает. Ты не встречала его за последнее время?

– Нет. С самого Рождества не видела. Тогда мы столкнулись с ним на балу у мэра, и Клинт здорово осадил его. Но Латчер не сдался, уж будь уверен. Слоуд Латчер не прощает никому и никогда.

– А как... – Бен слегка замялся, но все же задал вопрос: – Как твой брат? Ты его видела?

– Нет, и о нем ничего не знаю. Думаю, он продолжает работать на Латчера, а раз так, я и не хочу его знать.

– Сдается мне, ты готова простить его, – сказал Бен, внимательно глядя на Шарлотту.

Она только рукой махнула в ответ.

– Даже не знаю... Возможно, и простила бы, если бы он ушел от Латчера. Все-таки Джеф – мой родной брат, чего бы там он ни сделал.

Одна из женщин, сидевших у костра, протянула им с Беном две тарелки, на которых дымились аппетитные куски мяса и свежие горячие лепешки.

Свинина оказалась сочной, вкусной и такой нежной, что отделялась от кости без усилий. Корейка всегда была любимым блюдом Шарлотты, но как давно она не ела этого лакомства!

Тогда еще был жив отец... Он заколол свинью, и в доме Кингов состоялся настоящий пир, позвали соседей, мама готовила вкуснейшие блюда...

– Шарлотта, – услышала она голос Бена. – Ты так опечалена. Что с тобой?

– Да так, затосковала немного по прошлому, – ответила она с грустью в голосе. – Вспомнила отца и маму, как мы тоже жарили на костре свинину.

– А я думал, ты грустишь потому, что Клинта здесь нет.

Она чуть не подавилась от неожиданности.

– Почему я вдруг стану скучать по Клинту? – спросила Шарлотта, стараясь быть спокойной.

– Да ладно тебе, Шарлотта. Думаешь, я слепой? Неужели считаешь, что я про вас с Клинтом ничего не знаю?

– Если между нами что-то и было, то это тебя не касается, Бен Ашер, – заявила Шарлотта ледяным тоном, а потом уже мягче добавила: – Кстати, все уже кончено.

Бен бросил на нее осторожный взгляд:

– Тогда я могу надеяться?

– Бен... – Она улыбнулась ему. – Ты мне очень нравишься, и я считаю тебя своим другом и надежным деловым партнером. Давай оставим все, как есть, ладно? Более близкие отношения только все осложнят.

Он весь напрягся и посмотрел на нее. Взгляд его был очень серьезным.

– Это нелегко. Я же сказал тебе, что чувствую... Но он не договорил – из сарая для просушки раздался страшный крик. Шарлотта вскочила и посмотрела в ту сторону. Ей даже показалось, что у сарая мелькнула чья-то фигура, но она тут же забыла об этом, увидев всполохи огня.