Безумное обещание - Мэтьюз Патриция - Страница 83

— Нет, не вызываешь. В этом нет твоей вины, Сара.

Мне просто очень жаль… — Он коснулся ее руки.

— Я не нуждаюсь в твоей чертовой жалости! — Она отдернула руку. В глазах ее полыхал гнев. — Мне всегда была нужна от тебя любовь, а не жалость!

— Я имел в виду совсем другое… — В его голосе зазвучал металл. — Похоже, нынешняя жизнь сделала тебя грубой. Раньше я никогда не слышал от тебя ругательств.

— Ругательства! Мне довелось слышать и кое-что похлеще. — Она горько усмехнулась. — А эта жизнь совсем не изменила меня. По крайней мере в том смысле, о котором ты говоришь.

— Кстати, о твоем игорном доме. Откуда у тебя взялись деньги, чтобы открыть его? Это же стоит целого состояния.

— Да, стоит. Конечно, это тебя совсем не касается, но я скажу: деньги мне оставил Шон Фланаган. Он завещал свой капитал, который хранился у Фортьера, мне. Эти деньги я и вложила в дело. Я безмерно благодарна Шону.

— Я в этом и не сомневаюсь. Впрочем, не важно. Я рад, что дела у тебя идут хорошо. И все же скажи, почему ты вложила деньги именно в казино?

— А что в этом плохого?

— Леди не пристало управлять подобным заведением.

— Потому что азартная игра — грех, да?

— Да. — Джеб смущенно переминался с ноги на ногу. — В Библии так сказано.

— Неужели! И тем не менее в любом городе на реке есть игорный дом. Разве твои матросы не играют?

— Конечно, играют. И еще посещают бордели. Но я говорю не об этом. Женщине, тем более леди, не следует заниматься таким бизнесом!

— А что в Библии сказано о том, как должна женщина, оказавшаяся в чужом краю без гроша и помощи, зарабатывать себе на жизнь? Как, по-твоему, я должна была использовать деньги Шона?

— Например, ты могла открыть ателье…

— Ателье! — Сара расхохоталась. — Новый Орлеан — большой город, а не забытая Богом деревушка. Сколько женщин, по-твоему, одеваются здесь в ателье? Ничтожно малое количество. Я еле сводила бы концы с концами. Конечно… — Она усмехнулась и добавила с издевкой:

— Конечно, я могла бы заняться и другим ремеслом. Тем, для которого подручные Брока схватили меня на лондонской улице. Я ведь должна была стать проституткой в солдатском борделе. Так бы и случилось, если бы Брок не захватил «Северную звезду». Одному Богу известно, сколько я натерпелась за три года, которые прошли с тех пор. Кстати, совсем недавно один пьяный клиент заявил, что это ремесло мне под стать. А ты разве так не считаешь, Джеб?

Если бы я использовала деньги Шона, чтобы открыть бордель, ты бы чувствовал себя более раскованно во время встречи со мной?

Джеб побагровел. Он размахнулся и ударил Сару по щеке. Она отшатнулась, не сводя с него пылающих яростью глаз.

— Сара Мади, которую я знал раньше, никогда не произнесла бы таких слов, — сказал Джеб раздраженно. — Все же ты изменилась.

— Конечно, изменилась, чертов идиот! Неужели ты до сих пор этого не понял?! — воскликнула она. — Но это не означает, что я стала блудницей, какой ты меня считаешь!

Она была великолепна, с румянцем на щеках и горящим взором фиалковых глаз. В памяти Джеба всплыла картина: обнаженная Сара лежит на постели в его каюте на барже. Воспоминание оживило его чувства и воспламенило плоть. Джеб понимал, что теряет контроль над собой, и не хотел бороться с этим ощущением.

— Если я действительно считаю вас блудницей, мадам, значит, вы на самом деле таковой являетесь! Проверим?

Он стал медленно наступать на нее. При виде его горящих страстью глаз и насмешливо искривленных чувственных губ Сару обдало холодом, и она невольно попятилась.

Несмотря на то что она была раздражена и немного напугана, порыв Джеба не оставил ее равнодушной. Ее тело сладостно затрепетало и наполнилось жаркой тяжестью.

Однако она была преисполнена решимости не допустить, чтобы Джеб овладел ею без любви, подчиняясь животной похоти. ;

Джеб схватился за вырез ее платья и сильно рванул вниз.

Его взору открылась ее грудь — белая и округлая, с темными сосками, похожими на розовые бутоны.

Тяжело дыша Джеб сорвал с нее платье. Сара стояла перед ним полностью обнаженная, если не считать туфель, чулок и подвязок.

— Где ваш будуар, мисс Мади?

— Джеб, я не уступлю тебе при таком отношении! — ответила Сара, борясь с внутренней дрожью.

— Клянусь Богом, уступите, мадам! Ты стоишь здесь, издеваешься надо мной, разыгрываешь из себя распутницу, упрашиваешь меня взять тебя!

— Я не упрашиваю, черт бы тебя побрал! Я…

Без лишних слов Джеб схватил ее и отнес на руках в соседнюю комнату, где бесцеремонно бросил на кровать.

Сара сделала попытку подняться, но он грубо толкнул ее назад и придавил всей тяжестью своего тела.

— Не провоцируй меня больше, Сара!

Она вдруг перестала сопротивляться и затихла. Джеб пристально посмотрел на нее, ожидая подвоха, но в следующий момент поднялся и стал раздеваться.

— К чему мне бороться с тобой за свою честь? — сказала вдруг Сара устало. — Ты уже позаботился о том, чтобы отнять ее у меня на борту «Северной звезды». С тех пор очень многие использовали меня. Ты уже брал меня силой однажды. Так стоит ли переживать, если это случится вторично? Ведь ты называешь меня шлюхой за то, что я выжила в условиях, в которых любая другая женщина погибла бы, поэтому поступай как знаешь. И будь ты проклят!

Джеб перестал раздеваться и удивленно воззрился на нее.

— Что же ты остановился, Джеб Хоукинс? Продолжай!

Изнасилуй меня! Что заставляет тебя колебаться? Или ты смущен роскошью обстановки? Но ведь ты считаешь, что я достигла такого положения, продавая себя, разве не так?

Не смущайся!

Выражение ужаса застыло на лице Джеба.

— Господи, что я делаю! — прошептал он и стал торопливо натягивать брюки. — Примите мои извинения, мадам, — сказал он сухо. — Я уважаю ваши желания и не доставлю вам беспокойства. Вы меня больше не увидите.

Джеб развернулся и вышел из комнаты, не добавив ни слова. Он стал спускаться по лестнице, когда увидел, что навстречу ему поднимается тот человек, на которого он обратил внимание в зале. Он держал в руке пистолет и шагал через две ступеньки, так что буквально налетел на Джеба.

— Что здесь происходит? — ледяным тоном спросил мужчина. — Я слышал крики. Сара…

— Успокойтесь, приятель, — усмехнулся Джеб. — Уверяю вас, что мисс Мади в полном порядке.

— Откуда мне знать? Вам придется вернуться со мной к ней в комнату, чтобы я в этом убедился.

Он поднял пистолет. Накопившаяся в Джебе за последние несколько часов ярость нашла наконец выход. Джеб изо всех сил ударил кулаком по руке, в которой незнакомец держал пистолет, и выбил его. Но этим Джеб не ограничился. Второй сокрушительный удар его мощного кулака отшвырнул противника к стене, Джеб стал спускаться по ступеням с большой осторожностью, подозревая, что внизу может быть засада.

Но, войдя в зал, он успокоился. Игра за столами продолжалась, никто не обратил на него внимания. Джеб прошел через зал, отодвинул портьеру и оказался в холле.

Швейцара Жана на месте не было. Джеб открыл входную дверь и вышел на улицу.

После того как Джеб удалился, Сара еще некоторое время лежала на кровати, глядя в потолок и размышляя. Она все еще была рассержена и чувствовала себя униженной тем, как Джеб обошелся с ней. В ушах снова и снова звучала его последняя фраза: «Вы меня больше не увидите».

Ее охватило чувство невосполнимой потери. Никогда прежде ею не овладевали одновременно такие противоречивые эмоции: ненависть к человеку, который повел себя с ней как грубое животное, и болезненное ощущение утраты. К чему обманывать себя! Несмотря на то что Джеб унижал ее, она его любила. Она всегда будет любить его. Но это противно всякой логике! Как можно любить человека, который так обращается с тобой?

Сара внезапно рассмеялась. В любви нет места логике, теперь она это знает наверняка. Разве она давала Шону повод любить ее?

К черту Джеба Хоукинса! Любит она его или нет, не важно. Она прекрасно обойдется без него. Жила ведь раньше, значит, и дальше сможет. Время сотрет из ее памяти Джеба Хоукинса, превратит кровоточащую сердечную рану в уродливый рубец, в воспоминание, возможно, болезненное, но с этим можно жить.