Миры Королева (Вся серия с 1-13 книги) - Бессонов Алексей Игоревич - Страница 509

у него уже просто не было сил, хотелось войти в спальню, кое-как содрать с

себя одежду и рухнуть в постель, забывшись хотя бы до утра. Он не думал, что

сегодняшний день будет так тяжел - слишком долгое заседание с бесконечными

докладами, да еще и вечерняя, переходящая в ночную, встреча с "королями

информации". Он устал отвечать на бесконечные вопросы, устал извиваться в

поисках обтекаемых ответов - этому искусству он так и не научился за все

годы, проведенные им на вершине власти. Он даже не чувствовал вкуса тлевшей в

углу рта сигары. Дворецкий встречал его на верхней ступеньке широченной белой

лестницы; коротко кивнув, лорд Торвард прошагал мимо него и повернул в холле

направо, двигаясь в спальные апартаменты супруги. Он вовсе не собирался

проводить эту ночь в ее постели, но тон, которым блистательная леди Энджи

просила мужа навестить ее по прибытию домой, не оставлял ему выбора. Она

ждала его в просторном угловом кабинете на третьем этаже здания. Войдя, лорд

Торвард устало коснулся губами сухой ладони своей супруги и вопросительно

поднял глаза. - Сядь, - мягко приказала она, - сейчас я закажу ужин. Нам

надо поговорить. - Боюсь, у меня нет сил, - выдохнул Торвард, но раз ты

настаиваешь... Он отцепил от пояса меч и тяжело рухнул в ближайшее кресло.

Энджи протянула ему пару тонких листков с каким-то текстом. - Прочитай пока

вот это. Лорд-владетель потер виски и впился глазами в бумагу. В первом

прочтении смысл доклада не совсем дошел до него, и он, досадливо морщась,

поспешил закурить новую сигару. Проглядев текст вторично, лорд Торвард

отшвырнул документ в сторону и тяжело вздохнул: - Ты считаешь, что это

связано с Робертом? - Я не считаю, я знаю, - улыбнулась леди Энджи. - Эта

следователь, Кэтрин Раш, - его новое увлечение. - Случай беспрецедентный, -

произнес Торвард. - Такие партии зелья нам в руки еще не попадали. Галланд,

вероятно, на седьмом небе от счастья?.. - Я приказала остановить

расследование. Ты должен понимать - Роббо подбросил нам этот материал

специально. Мы должны выяснить, что он хочет этим сказать. Лорд Торвард

задумался. Игры его сына, не всегда невинные, но достаточно остроумные, вдруг

приняли в его глазах несколько иной оборот. Если охламон в самом деле

подбросил ему это дерьмо, то для чего? Или... или игра перестала быть игрой,

и парень всерьез схватился за что-то такое, о чем ни он, лорд-владетель, ни

его посвященное окружение не имеют пока представления? - Роббо влип в дела с

теми ублюдками, что толклись на Бифорте, - решился он. - Я имею в виду

сволочей, которые были как-то связаны с горган. Я же говорил тебе, что

публика с Тротиуса шляется у нас под носом, но пока еще ни разу нам не

удавалось прихватить кого-либо из них. - Роббо с Кириакисом вполне могли

оказаться проворнее, - кивнула Энджи. - Что ты предлагаешь? - криво улыбнулся

лорд-владетель, провожая взглядом молоденькую служанку, которая принесла в

кабинет хозяйки заказанный ужин. - Что, вызвать его милость лорда-наследника

на ковер? Х-гм... он должен прийти сам. - Это слишком рискованно, -

взволнованно дернула плечами леди Энджи. - Ты слишком много ему позволяешь...

- Прости, а что я могу ему запретить? - удивился Торвард. - Что, Энджи? Он

делает то, что не могут сделать все мои разведки вместе взятые - и никогда не

смогут. Так что же, я должен призвать его к порядку? Но тогда его нужно гнать

на рудники, предварительно обвешав орденами. - Но из-под контроля он вышел

далеко не вчера! Лорд Торвард устало вздохнул и поковырялся вилкой в своей

тарелке. - Да дело все в том, дорогая, что он и не был под контролем.

Никогда, понимаешь? Роббо - это не тот человек, которому можно что-либо

разрешать или запрещать. В любом случае он найдет возможность наплевать на

все запреты и жить по-своему. - Торвард, мы говорим о нашем сыне! - Энджи

выскочила из кресла и заходила по комнате. - О сыне, который вмешивается в

тайную политику государства. Чем это для него кончится? - Я подозреваю, что в

нашей политике он разбирается куда лучше меня, - усмехнулся лорд-владетель, -

тем более что она находится в крайне запущенном состоянии. Роберт -

прирожденный фокусник, понимаешь? Он крутит этот мир в своих пальцах и ничего

не боится - и слава Богу! И вообще, - он отложил вилку в сторону и поднял

глаза на жену, застывшую посреди комнаты, - могу ли я, воин, запретить своему

сыну вести собственную войну? - Какое у вас всех идиотское мышление! -

воскликнула леди Энджи. - "Я - воин". Ты глава государства! Ты монарх, он

твой единственный наследник - на проблему нужно смотреть только так, и никак

иначе! Хорош принц, который с детства шляется в компании воров и сутенеров!..

- Сейчас не двадцатый век, - привычно усмехнулся Торвард, - несмотря на все

твои старания его воспроизвести в натуре. Лорд, не державший в руках оружия,

никогда не сможет повести за собой людей. Мне казалось, что за тридцать лет

ты могла это понять. Или тебе было мало этого срока? - Ты должен принять

какие-то меры, - упрямо повторила Энджи, не глядя на него. - Хорошо, -

успокаивающе произнес лорд-владетель. - Мы подумаем об этом... "Думать надо

было раньше, - размышлял он, лежа в своей постели. - Но что я мог придумать?

Связать парня жестким родительским контролем? И кем бы он вырос?.. Сегодня я

имею сына, вполне способного на самостоятельное решение самых сложных

вопросов, и я искренне рад, что он вырос именно таким. Сопляк и плейбой,

прыгающий из постели в постель, никогда не смог бы принять на себя этот

c!(" ni() пресс ответственности, ответственности за каждое слово и за каждый

жест. Ему предстоит еще раз перевернуть все с ног на голову, ибо другого пути

у нас нет: либо мы станем не просто сильны, а сильны все вместе, либо, не

найдя способов объединения, навсегда растаем в пыли равнодушных бездн.

Сегодня мало кто отдает себе отчет в безжалостной неизбежности новых

сражений, но он, лорд Роберт, справится - его рука не задрожит, принимая

тяжкий отцовский меч"." Сон отчего-то не шел: то ли беседа с Энджи слишком

растормошила его, то ли усталость была сильна настолько, что не оставляла сил

даже уснуть. Торвард выбрался из-под одеяла, плотно закутался в теплый халат

и вышел на широкий балкон своей башни. Он частенько сидел здесь по ночам -

неспешно попивал виски, курил и думал, глядя в бездонное бифортское небо,

давно ставшее для него родным. Небо, право на которое он завоевал незадолго

до рождения сына. "Тогда мы все были пьяны, - подумал он, опускаясь в

глубокое кожаное кресло. - Пьяны от крови и небывалых, невозможных удач -

сегодня мы совсем другие. Власть затянула нас в свои сети, задушила

необходимостью ежедневных решений, и я, лорд Торвард Бифортский, едва ли могу

назвать себя счастливым человеком. Я добился всего, чего хотел от меня

таинственный предок, затеявший всю эту игру с наследством в виде

несокрушимого имперского линкора и проснувшимися во мне родовыми амбициями -

а в итоге зачем?" Торвард налил себе рюмку темного ароматного виски, привычно

пригубил и достал из лежавшей на столе коробки толстую аврорскую сигару. Нам

так не хочется думать о висящей над нашими головами опасности, подумал он,

прикуривая. Мы стараемся не вспоминать - ни о ней, ни об Ахероне с его

немыслимыми представлениями о грядущей судьбе человеческих миров. Что же нам

делать? Играть друг с дружкой в прятки, просыпаясь по ночам от ужаса ожидания

чужого десанта? Решение примет только Ахерон - но когда? Лорд Торвард залпом