Миры Королева (Вся серия с 1-13 книги) - Бессонов Алексей Игоревич - Страница 465

на небольшом, затерянном в океане островке, где располагалось родовое имение

леди Коринны Андерсон. Фортуна наконец-то повернулась к друзьям своим

прекрасным ликом: леди Коринна находилась в отпуске, и проводила она его

отдельно от Меландера, который из-за служебных дел не смог покинуть столичный

Бредхэм. Операция выглядела дерзкой, атакующим требовалось с ходу смять

недремлющую охрану, которая всюду сопровождала высокопоставленного офицера

службы безопасности Объединенных Миров - рыжая Кори пребывала в полковничьем

чине - и разогнаться в планетарной системе Покуса раньше, чем поднятые по

тревоге легионы сумеют обнаружить крохотный корабль. Оперативные тылы

прикрывала "Валькирия", на предельной скорости выдвинувшаяся в район Покуса:

ее жуткие орудия готовы были отогнать возможных преследователей и обеспечить

"Пуме" спокойное возвращение на Бифорт. К тому моменту, когда рейдер

приземлится на острове, она уже займет позицию неподалеку от системы, и сотни

мрачных каверн орудийных клюзов уставятся в пространство безразличными

жерлами смертоносных имперских "зонтиков", способных перемолотить любого

противника, который может встретиться в этом районе. "Пуму" вел Баркхорн:

поняв, что из "темной истории" ему уже не выпутаться, прославленный ас сам

вызвался сесть за штурвал рейдера. Роберт не возражал, прекрасно понимая, что

даже с незнакомым ему типом корабля лорд Артур справится лучше их штатных

пилотов. Никто не знал, как ляжет карта, а в возможной "дуэли убегания"

искусство Баркхорна могло спасти всех. "Валькирия" несла флаг Арифа

Кириакиса. Гигантский линкор стартовал на четыре часа раньше и сейчас летел

по пологой дуге генерального курса, огибая тяжелые водородные облака петли

Тартануса, слишком опасные для звездоплавания. "Пума" шла напрямик:

невообразимая удельная мощность при очень малом весе вполне позволяла ей

проскакивать через гравитационные поля без особого риска.

 - Вы позволите, милорд? Появление в тесной каюте Баркхорна вырвало Роберта

из пелены раздумий. Встряхнув головой, он улыбнулся и приглашающе повел

рукой:

 - Присаживайтесь, Артур. Выпить, сами понимаете, не предлагаю - разве что

кофе... Как вам корабль?

 - Замечательная игрушка, ваша милость! С управлением, кажется, разберется

даже ребенок. Скорость, правда, несколько пугает, но ваш штурман знает свое

дело и, похоже, вполне доверяет работе своего вычислителя. Ближайший маневр у

нас через два часа: честно говоря, я был почти что шокирован, когда увидел

расчеты скорости поворота.

 - Привыкнете, старина. Ваше мастерство позволяет вам вести любой корабль -

и на любых скоростях. Итак: кофе?

 - С удовольствием, - Баркхорн опустился в узкое кожаное кресло и расстегнул

нагрудный кармашек форменного комбинезона. Золотые орлы легион-генерала

тускло блеснули на его погонах; окинув аса коротким взглядом, Роберт

незаметно улыбнулся и потянулся через полированный столик за кофейником.

 - В мундире вы смотритесь гораздо лучше, заметил он, наливая в чашку густой

темно-коричневый напиток, - веселее, что ли...

 - Благодарю за комплимент, - усмехнулся генерал, неторопливо раскуривая

сигару. - Знаете, вы правы, и в нашем сегодняшнем мире нелепо прятаться от

всякого рода закулисных спектаклей. Моя упертость - я имею в виду этику

"честного воина" и все такое - это, вероятно, и в самом деле какой-то

комплекс, укоренившийся во мне еще в юношеские годы.

 - С эрекцией, надеюсь, у вас все в порядке? деловито поинтересовался

Роберт.

 - Что? - не понял Баркхорн. - Вы о чем? Или вы хотите сказать, что

подсознательные барьеры и страхи, даже страхи подобного типа - формируются

разного рода личными неудачами?

 - Я просто пошутил, - успокоил его Роббо, но, с другой стороны, привел вас

к некоей здравой мысли... э? Они расхохотались. Роберт последовал примеру

пилота и вытащил из камзола толстую сладко пахнущую сигару - могучие

вентиляторы моментально уносили любой дым, не давая ему заполнить тесный

пенал каюты, и курить в ней можно было без каких-либо проблем.

 - Но все равно, - сказал Баркхорн, - если бы не безумная скорость нашей

скорлупки, я вряд ли решился бы участвовать в этом рейде. Какие, кстати, силы

базируются в данный момент на Покусе?

 - Два штурмовых легиона дальнего радиуса действия, дивизион ракетоловов

заграждения. - Роберт небрежно махнул рукой и скривился: - Даже если они

рванутся в погоню. Ара на "Валькирии" размолотит их в пыль.

 - Если только мы успеем оторваться на приличное расстояние...

 - Вздор, Артур. Скорость - наш главный козырь, причем я имею в виду не

только скорость самого корабля. Если все будет нормально, операция займет

считанные минуты. Вам даже не придется глушить двигатели: мои ребята прошли

лучшую в мире подготовку, и любую охрану они раздавят моментально. Баркхорн

покачал головой. Перед стартом он видел команду лорда-наследника - щуплые

невысокие парни мало походили на грозных воинов. Правда, их готовили не где-

нибудь, а на Орегоне. Орегонские рейнджеры традиционно наводили страх на

враждебные ему миры: невидимые, неуловимые, оснащенные совершенно

невообразимой техникой, они были стремительны и смертоносны.

 - Будем надеяться... - генерал натянуто улыбнулся и подлил себе кофе.

 - Что же до ваших комплексов, Артур... - Роббо прикрыл глаза, задумчиво

покатал в зубах сигару и пристукнул пальцами по столешнице, - то они, как мне

кажется, являются следствием элементарного непонимания той чрезвычайно

странной ситуации, в которой оказалось человечество - все человечество,

Артур! - после завоевания Бифорта и реставрации на нем давно забытых порядков

и традиций. Человек рождается свободным. Рабом он становится уже потом, в

процессе осознания окружающих его реалий. Мы хотим видеть человека сильным и

свободным, как это было раньше. И для этого не может быть средств хороших и

средств плохих - я думаю, вы это понимаете. Допив свой кофе, генерал

распрощался и покинул каюту. Роберт остался в одиночестве. Следовало поспать,

но сон отчего-то не шел, и он продолжал сидеть в узком неудобном кресле,

меланхолично пыхтя сигарой. Отца обвиняли в ностальгии по Империи, думал он.

По имперским амбициям, имперской милитаризации, при которой каждый пятый

-.a(+ военный мундир и громадные налоги обдирали бедных несчастных

землевладельцев. Нет. Во-первых, все было не так, а во-вторых, отнюдь не

ностальгия по былой славе заставила Торварда Неукротимого лить кровь и жечь

аристократические замки. Сначала может быть и да, но вот потом! Потом они -

его окружение - поняли, что судьба предоставила им удивительный, уникальный

шанс возродить из пепла веков былое могущество еще относительно молодой

человеческой расы. Странно, подумал он, разгромив всех своих врагов, мы вдруг

ввергли самих себя во тьму давно пройденного, едва ли не феодального этапа,

растеряли добрую половину высоких некогда технологий, привели социум к

странной и необъяснимой деградации, усиливавшейся год от года. Да, лорд

Торвард переколошматил немало народа, да, он действовал и продолжает

действовать откровенно гангстерскими методами, но если бы не он?.. Лет через

двести мы перестали бы строить звездолеты - а дальше? Назад, в пещеры? Это

уже тоже было - в окраинных мирах, растерявших в изоляции последние крохи

культуры... В чем же причина этого кошмара? В том, что победа Империи была

пирровой, в том, что в Войне пали все лучшие представители человечества,