Портрет прекрасной принцессы - Чиркова Вера Андреевна - Страница 42

— Ну? — нетерпеливо дернул меня за рукав Зигель. — Это она?!

И как я должен ему отвечать?

— Да что же ты молчишь, в самом-то деле, Тай?

— Что вам сказать… этот портрет необычайно правдив… но… тем не менее именно этой девушки на свете не существует.

— Как это? — немедля возмутился Зигель. — Такого не бывает.

— Бывает, если художника зовут Макквин. Он умудрился втиснуть в один портрет черты всех шести принцесс. Вот, например, ротик явно принадлежит Тине, волнистые волосы Эни или Ниле, они близнецы, а глаза — несомненно Элессит.

— А что здесь от Лесы?

— Вот эта лукавая складка возле губ, еще изгиб шеи и, пожалуй, вот эта удивленно выгнутая бровь. — Я попытался помочь другу, прекрасно понимая, как горит его душа в стремлении узнать хоть немного больше о своей возлюбленной. — Но если бы портрет мог говорить и двигаться, ей бы принадлежал самый звонкий голосок и самая гибкая фигурка. Еще самый живой и непосредственный характер.

— Грег… а ей понравились мои цветы?

— Она была так счастлива, словно получила первый букет в жизни. Хотя… возможно, он действительно первый… кроме нескольких старых слуг, девочки ни с кем не общаются. Однако пора бежать, на празднике мне положено быть рядом с ними, а я вообще ушел без спроса. Думаю, сегодня мы еще встретимся, Рамм, ты же сможешь провести Зигеля как дальнего родича? И в последний раз предупреждаю: меня зовут Тай!

И пока Ивар бегал за извозчиком, я все же, несмотря на то что время действительно поджимало, успел выдать вновь обретенным сообщникам самые важные инструкции и задать Рамму несколько интересующих меня вопросов, касающихся лордов, входящих в золотой круг двенадцати. Да пополнить заимствованный у оружейников кошель парой золотых шладбернских кругляшков, изъятых у Рамма.

Возле ворот, широко распахнутых по случаю праздника, уже стояла небольшая очередь из карет и колясок, но знакомый мне стражник никуда не делся, и я ловко проскользнул во двор, показав ему свою изрезанную щеку и сунув в руку греющий сердце золотой кружок.

Около калитки во дворцовый парк тоже было очень оживленно. Как мне пояснил Рамм, морская лестница дворца ведет на широкую террасу, с которой за морским праздником традиционно наблюдает правитель и лорды золотого круга. Вместе с семьями и самыми важными лицами герцогства. И теперь под неусыпным оком начальника стражи и двух монахов сдают на хранение различного размера ножны, украшенные камнями и золотом. Вместе с оружием, разумеется.

Остальные знатные жители и гости Кольдна размещаются на похожих террасах, вырубленных в склонах соседней скалы. Той самой, на вершине которой так любит в последнее время гулять по утрам Зигель.

Я еще несколько мгновений понаблюдал издали за процедурой обезоруживания гостей и, саркастически ухмыляясь, как можно незаметнее проскользнул к обшарпанной двери в оружейную. Мне ли не знать, что иногда отсутствие кинжала не решает вовсе ничего?

— А, господин служитель, проходи, — еще с порога приветствовал меня старший мастер, — но тебе придется подождать немного, я как раз заканчиваю твой заказ. Жак, проводи заказчика в мою комнату, там есть удобное кресло. Да отнеси ему кувшинчик эля, чтоб не скучал.

Двое парней, копающихся в куче оружия, вроде и не обратили на мой приход никакого внимания, но уж слишком показное это было безразличие, чтоб не насторожить. Значит, неопытные еще соглядатаи, так это и понятно, самые ушлые уже небось заняли все подходы к замку и террасам.

Жак послушно провел меня в уже знакомую комнатку, но решительно остановил, когда я направился к дверце в чуланчик. Многозначительно вытаращил глаза и показал пальцем в сторону мастерской. Значит, правильно я угадал насчет соглядатаев, и придется немного подождать, пока мастер их выставит. А пока можно отдать долг. Я достал из кармана кошель и подал Жаку, и тот без стеснения немедленно развязал завязки. Высыпал монеты на широкую ладонь и иронично приподнял бровь, сразу обнаружив прибавление в золотом семействе. Однако сказать ничего не успел: дверь без стука приоткрылась, и в нее просунулась голова одного из шпионов.

— Жак, не посмотришь кинжал, мне кажется, его нужно подточить, — просительно протянул соглядатай, в то время как его глаза жадно обшарили углы комнаты.

— Сейчас приду, не тут же смотреть, — недовольно нахмурился Жак, ссыпая монеты с ладони в кошель, — все верно, в расчете, господин служитель. Отдыхайте, вон кувшин с элем, вон кружка. Идем, чего застрял в дверях?!

Оружейник вытеснил мощным телом наглеца из спальни, и мне ничего другого не осталось, как ждать. Нервничая и подсчитывая бесцельно утекающие минутки. Наконец дверь распахнулась, и в комнату скользнул Жак. Стремительно шагнул к шкафу, что-то покрутил в его глубине и кивнул мне на распахнувшуюся потайную дверцу.

— Уф, еле отделались, иди.

— А не вернутся проверить? — просто чтоб поддержать разговор, спросил я, ныряя в чуланчик и хватая с полки лампу.

— Вернутся — скажем, уже ушел. Проверить-то не получится, не зря у нас все вокруг кустами засажено, пусть думают, что знаешь зеленый путь.

В лампе вспыхнул веселый язычок, и дверца немедленно захлопнулась, оставив меня наедине с потайным ходом и новой загадкой. Что он имел в виду, говоря про знание зеленого пути?

Я проскочил потайной ход едва ли не вдвое быстрей, чем пару часов назад, и крутнул заветный подсвечник, надеясь, что в предпраздничной суматохе никто не вспомнил обо мне за это время. Однако, выскочив в грот, в который раз убедился, как легко иногда разбиваются человеческие надежды.

— Ну и куда же ты ходил? — с недобрым спокойствием поинтересовался такой знакомый голос, а светло-зеленые глаза впились в мое лицо колючими льдинками, ища на нем проявления смятения или испуга.

А вот это он зря. Не чувствую я себя настолько виновным, чтобы начинать оправдываться, как нашкодивший мальчишка. Тем более и к нему самому поднакопил немалую кучку претензий и вопросов.

— Очень рад вас видеть, ваша светлость, — вежливо кивнул я, рассмотрев его парадный зеленый балахон, богато вышитый переплетающимся растительным орнаментом, — у меня тоже появилось к вам несколько очень важных вопросов по существу нашего соглашения. Надеюсь, тут нас никто не подслушает?

— Не подслушает, — мрачнея, буркнул герцог, — но уходить без спроса ты все же не имел права.

— Я предупредил одного из охранников, не может быть, чтоб они не донесли.

— Каких охранников?

— Элитных. Тех, что играют роли лекарей и гувернанток. — Непонятно, зачем уж теперь-то делать удивленное лицо, ведь зайцу ясно, что они согласовывают с ним каждый шаг.

— Предупредить и спросить — это разные… впрочем, ты прав, так что ты хотел узнать?

— Что такое зеленый путь? — Сам не знаю, почему это так заинтересовало меня, но все остальное я худо-бедно еще мог себе объяснить, а вот на этот вопрос не находил сколько-нибудь внятного ответа.

— Скоро же ты докопался до главной тайны моего монастыря, — слегка ошарашенно протянул герцог, — но это далеко не короткий рассказ. Давай отложим на вечер. А сейчас я хотел бы тебя предупредить… на празднике будет много различных… гостей, и необходимо…

— Не нужно, — перебил я его, не желая выслушивать излишние указания. — Я и сам намеревался проследить, чтоб никто не причинил принцессам никакого вреда. Не забывайте, они теперь мои ученицы, а защищать своего ученика священный долг учителя.

— Спасибо, — коротко кивнул герцог-консорт, внимательно вглядевшись в мое лицо, — позже я постараюсь выбрать момент, и мы поговорим обо всех интересующих тебя вещах. А сейчас нужно идти, торжественный выход на лестницу через полчаса.

Ловко выкрутился, хмыкнул я вслед стремительно удаляющемуся монаху, явно не хочет, чтобы я что-то сообразил раньше времени. Вот только не догадывается, что источников информации у меня прибавилось, а уходить от ответа — значит заинтриговать еще более.

Мне даже не пришлось особо торопиться, чтобы к назначенному для выхода часу успеть спокойно умыться и переодеться. Тот дешевый невзрачный костюм, в котором я гулял по городу, несомненно, сошел бы и для учителя обороны, но надеяться на небрежность видевших меня шпионов не стоит. Я лично знаком с сыскарем, опознавшим беглого преступника по сапогам.