Дверь в лето (сборник) - Хайнлайн Роберт Энсон - Страница 95

— Верно, — он взял сумки. Миссис Мегит, кажется, удовлетворилась его объяснением, что Миди хочет посетить тетку (вымышленную) в Бейкерсфилде, прежде чем присмотреть себе новую работу. И все же он очень смутился, когда она обняла его, поцеловала и попросила позаботиться о “ее маленькой девочке”.

Бульвар Санта-Моника был перекрыт. Пока они двигались в потоке машин по Биверли-Хиллс, он включил приемник, раздались квакающие и щелкающие звуки, потом, наконец, стала слышна одна из местных станций:

— …нас Кремль, — сказал высокий, резкий голос. Итак, действительно, до захода солнца нужно покинуть город. — Вот наш нью-йоркский корреспондент, который в заключение хочет сказать лично вам, что в такое время, как это, каждый сам должен выбирать, где ему быть. А теперь сообщение о…

Брин выключил приемник и быстро взглянул на Миди.

— Не беспокойся, — сказал он. — Они говорят это уже целый год.

— Ты думаешь они блефуют?

— Не то. Я же сказал тебе: не беспокойся.

Но то, что он сам собрал с ее помощью, было похоже на отчаянную попытку взять все необходимое для выживания: все консервы в доме, все теплые вещи, спортивное ружье, из которого не стреляли больше двух лет, аптечку первой помощи и все, что было в медицинском шкафчике. Он просто бросил все мелкие вещи в картонную коробку, сунул в нее ящички и пальто и накрыл крышкой. Потом они еще раз поднялись по шаткой лестнице наверх, чтобы проверить, все ли взяли.

— Потти, а где твоя диаграмма?

— Скатана и убрана на заднее сидение. Кажется, теперь у нас есть все. Хотя, нет! Минутку! — он подошел к своему письменному столу и стал вынимать маленькие, тонкие журнальчики.

— Тут остались почти все мои подшивки “Западной астрономии” и “Сообщений о деятельности Общества Падающих Звезд”.

— Зачем они тебе?

— Зачем? Я собирал их почти целый год. Теперь у меня, может быть, будет время прочитать все это.

— Смотреть, как ты читаешь научные журналы… Не особенно приятное занятие во время отпуска.

— Тише. Ты взяла с собой Винни, а я беру эти журналы.

Она замолчала и помогла ему. Он долгим взглядом посмотрел на счетную машинку и решил, что в данное время она нужна ему, как елочная гирлянда. Он сможет обойтись и счетной линейкой. Когда машина выехала на улицу, Миди сказала:

— Потти, у тебя есть деньги?

— У меня? Есть.

— Я имею в виду не в банке, а здесь, у тебя, — она вытащила свой кошелек. — Мой банк здесь. Это немного, но нам они могут понадобиться.

Он улыбнулся и слегка похлопал по карману.

— Да, девочка! Мой банк всегда со мной — я еще в январе забрал все деньги.

— О! А я забрала все после того, как мы встретились.

— В самом деле? Ты действительно серьезно восприняла мои предсказания?

— Я всегда воспринимала тебя серьезно.

Минт-Каньон был кошмаром со скоростью пять километров в час и с обзором, ограниченным задними фонарями грузовика.

Когда они съехали на боковую улицу, чтобы выпить по чашечке кофе, подтвердилось то, что до сих пор было очевидным: выезд из каньона закрыт и движение к государственному шоссе номер шестьдесят шесть направлено по другому пути. Спустя бесконечное время они достигли ответвления на Викторвилль и поток транспорта стал меньше. Все было бы хорошо, но “дворник” с его стороны сломался и он вел машину только по указаниям Миди, которая незадолго перед Ланкастером вдруг спросила:

— Потти, у твоей машины есть обогреватель?

— Нет.

— Тогда остановимся. Я вижу свет возле дороги.

Это был мотель. Миди повела разговор сдержанно и вежливо, и сама сделала запись в гостевой книге. Они получили одну комнату. Миди со своим плюшевым мишкой отправилась в постель, лишь только поцеловав его и пожелав спокойной ночи. Снаружи повисли серые, мокрые сумерки.

Встали они далеко за полдень и решили остаться здесь еще на одну ночь, чтобы потом отправиться на север, в направлении Бейкерсфилда. Область высокого давления, вероятно, была на юге и вытесняла теплые влажные массы облаков, что нависли над Южной Калифорнией. Они хотели отправиться к этой области. Брин отремонтировал “дворники” и купил две новые покрышки, добавил к своему багажу предметы для разбивки лагеря, а для Миди купил тридцатидвухкалиберный дамский пистолет для повседневных нужд. Он чувствовал себя довольно глупо, отдавая его Миди.

— Зачем он мне?

— Ну, потому что у тебя с собой много денег.

— Тогда, мне кажется, я должна поручить тебе управляться с этой штукой.

— Но, Миди…

— Все равно. Большое спасибо, Потти.

Покончив с обедом, они начали собираться, а во второй половине дня, когда покупки были погружены в машину, началось землетрясение. Тринадцать сантиметров осадков в течение двадцати четырех часов — свыше трех миллионов тонн обрушились на западный разлом, который и так уже был нестабилен. Все вокруг потонуло в одном единственном, переворачивающем все внутри, громыхании почти на нижней границе слышимости.

Миди внезапно рухнула на землю, а Брин остался стоять, стараясь удержаться на ногах и шатаясь, как во время качки. Когда тридцать секунд спустя земля успокоилась, он помог ей встать.

— Все в порядке?

— Мои брюки промокли, — сказала Миди и добавила с досадой:

— Но, Потти, земля же в дождь никогда не трясется. Никогда!

— Она только что тряслась в дождь.

— Но…

— Она успокоилась, да? — он открыл дверцу машины, включил радио и с нетерпением стал ждать, когда оно прогреется. После этого он пробежался по всей шкале.

— Ни одного проклятого сообщения из Лос-Анджелеса! — Может быть, сотрясение повредило лампы?

— Прекрати! — он выключил кваканье и начал искать снова.

— …ваш передатчик в Риверсайде, Калифорния. Оставайтесь на приеме. В коротких сообщениях мы будем передавать сводку событий. В настоящее время размеры катастрофы еще неизвестны. Резервуар Рио-Колорадо разрушен. Как велик ущерб, как долго могут продлиться восстановительные работы, неизвестно. Как нам сообщили, резервуар Оуэнс-Валли не поврежден, но все жители Лос-Анджелеса и окрестностей должны немедленно запастись водой. Мой личный совет: выставьте все емкости для воды наружу, под дождь, он не будет продолжаться вечно. Если бы у нас было время, мы теперь передали бы “Кол Уотер”, но вместо этого процитируем всеобщие инструкции на случай катастрофы. Кавычки: Всегда кипятите воду. Оставайтесь дома и сохраняйте спокойствие. Держитесь подальше от дорог и государственных шоссе. Работайте вместе с полицией и оказывайте помощь там, где она необходима. Не звоните зря по телефону, а звоните только… Кровавое сообщение! По непроверенным данным из Лонг-Бич, стало известно, что берег в Вашингтоне и Сан-Педро оказался под водой на глубине одного метра шестидесяти сантиметров. Я повторяю, сообщение еще не подтверждено. Теперь обращение командующего, генерала из Марг-Филд: служебное — все военные обязаны немедленно сообщить…

Брин выключил радио.

— Залезай.

— Куда мы теперь поедем?

— На север.

— Мы еще не рассчитались за комнату и не должны…

— Залезай!

Он остановился в первой же деревне, достал двадцатилитровую канистру и бак от джипа, наполнил доверху бензином и поставил их в багажник, а сверху прикрыл дюжиной емкостей с моторным маслом. Потом они поехали дальше.

— Что мы теперь будем делать, Потифар?

— Я хочу отправиться на запад по дороге в долине.

— У тебя есть определенная цель?

— Я думаю, да. Мы посмотрим. Послушай сообщения по радио, а я не должен отвлекаться от дороги. Эта прорва бензина в багажнике нервирует меня.

Они проехали через селение мохаве по шоссе номер четыреста шестьдесят шесть в горы Техачапи. Прием на перевале был плох, но то, что Миди удалось поймать, подтверждало самые скверные предположения: хуже, чем землетрясение 1906 года, хуже, чем Сан-Франциско, Манагуа и Лонг-Бич вместе взятые.

Когда они поднялись в горы, погода чуть улучшилась. На небе появилось несколько звезд. Брин свернул с дороги налево и достиг шоссе номер девяносто девять южнее Гринфилда. Как он и опасался, шоссе было забито беженцами, и Брин был вынужден тянуться в общем потоке несколько километров, прежде чем смог свернуть около Гринфилда на запад, в направлении Тафта. Они остановились на западном краю деревни и поели в ночном ресторанчике для водителей грузовиков.