Гражданин Галактики (сборник) - Хайнлайн Роберт Энсон - Страница 200

Хотя — не стоит предаваться пустопорожним мечтам. Доверят ли Подди Фриз такой корабль? Он же стоит сто тысяч миллионов куч денег…

Вот у Декстера шансов раз в сто больше. Он не глупее меня (ну, может, только капельку), да еще получит самое лучшее образование, какое только можно получить за деньги. При всем моем почтении к Аресскому Университету, я прекрасно понимаю: с теми заведениями, где будет учиться Декстер, ему не равняться. Вдобавок вполне возможно, что папа Декстера способен просто купить ему корабль «Звездный бродяга». И, самое главное, Декстер — мужчина, и вдвое крупнее меня. Даже если забыть про богатство его отца — кого из нас двоих предпочтут?

Ладно, не все еще потеряно. Вспомнить хотя бы Феодору и Екатерину Великую. Пусть мужчины правят миром; мы будем править мужчинами. Я вовсе не против замужества, но если Декстер хочет на мне жениться, ну в общем быть со мной, пусть едет в Марсополис, а там у нас в подобных вопросах полное средневековье. Не то что все эти венусбергские амуры-тужуры. К замужеству должна стремиться всякая женщина, только не нужно забывать, что жизнь на этом не кончается. Я лично считаю брак чем-то вроде смерти.

Герди всегда говорит: «Будь такой, какая ты есть». Ладненько, поглядим в зеркало, посмотрим, какая я есть, позабыв на время про капитана-первопроходца. Что же мы наблюдаем?

Ага, намечается у нас некоторая «широкоплечесть» в бедрах, так? Теперь уже в любом тумане никто за мальчишку не примет! Да нас, можно сказать, специально сконструировали, чтобы рожать детишек! А что, разве плохо? Особенно если выйдут такими же куколками, как Дункан. На самом деле, все дети — просто замечательные, даже когда их нет.

И те восемнадцать ужасных часов на «Трайкорне», в радиационную бурю, разве не были самой грандиозной забавой в моей жизни? Нет, дети гораздо интереснее дифференциальных уравнений!

Кстати, на любом космолете имеются ясли. Так, может, мне лучше выучиться на ясельного инженера и педиатра? И возглавить эту службу на каком-нибудь из кораблей? Или все же просочиться в летное, закончить его и стать женщиной-пилотом, которую никто не захочет нанимать?

Слава богу, пока можно не торопиться с выбором.

Все чаще и чаще думаю: скорее бы на Землю! Венусбергские притоны — на мой здравый (ну, пускай ограниченный) вкус — слишком однообразны, денег на магазинничанье больше не осталось, надо ведь и на Париж что-нибудь приберечь, а играть не хочется, и прекрасно: такие, как я, всегда проигрывают и компенсируют выигрыш типов вроде Кларка. Да еще постоянный шум и свет обеспечат-таки мне морщины вместо симпатичных ямочек. А Декстеру, похоже, начинает надоедать мое провинциальное «непонимание», к чему он клонит.

Что я поняла в мужчинах за мои восемь с половиной лет — прекращать отношения надо, пока еще друг другу не надоели. Я с нетерпением жду одной-единственной встречи с Декстером — прощание со слезами как раз перед тем, как я сяду в капсулу и поеду на посадку, и с поцелуем — таким взрослым, страстным и всеобещающим, что он потом всю жизнь думал бы, как все могло бы быть, поведи он себя правильно. За город я выезжала лишь раз, в герметичном туристском автобусе, и с меня лично хватит. Вообще, этот затуманенный и заболоченный шарик лучше отдать обратно туземцам, только они, поди-ка, не возьмут. Один раз нам показывали летящего эльфа, но я, кроме тумана, ничего не разглядела.

Увидеть бы хоть одного — все равно, летящего, сидящего… Декстер говорит, что знает, где их целое поселение, не меньше тысячи, и всего километрах в двухстах, и что он мог бы свозить меня на своем «роллсе» — но это мне как-то не по душе. Шофера он брать не хочет, а в машине есть автопилот. Вот если с нами поедет Герди или хоть Кларк — то пожалуй.

Нет, Венера меня многому научила. Особенно искусству давать на чай. Я теперь — путешественник бывалый. Чаевые, конечно, не слишком хороший обычай, но и не столь плохой, как считается на Марсе. Без них не получишь качественного обслуживания.

Будем откровенны: в Марсополисе обслуживание варьируется от безразличного до ужасного, только раньше я не понимала этого. Чиновники обслуживают посетителей, когда сами пожелают, а нет — отправляются трепаться с другими чиновниками, а посетителей словно не замечают.

В Венусберге все обстоит иначе. Причем дело не только в деньгах, и в этом — Величайшая Тайна Удачных Путешествий. Я не сильна в португальском, а орто здесь понимают не все, но полиглотом быть вовсе не обязательно, достаточно знать на всех доступных языках, сколько запомнишь, одно-единственное слово. И слово это — «спасибо».

Меня на эту мысль натолкнуло общение с Мариями. Раз по сто на дню говорила я им это «абрабабра», так выходит obrigado,[10] если говорить быстро. На качество обслуживания влияет не столько размер чаевых, сколько простое «спасибо».

Итак, я выучила «спасибо» на десяти языках и теперь всегда благодарю на родном языке того, с кем имею дело, если удается угадать. Кстати, как правило, удается. Впрочем, если и ошибешься, большой беды нет. Портье, клерки и таксисты обычно знают по нескольку слов на разных языках и уж «спасибо»-то поймут, если даже больше ничего не уловят. Я себе записала для памяти:

Или «money tock»; Кларк говорит, это значит «money talks», то есть «деньги говорят», но, кажется, врет. Кларку всегда приходится слишком много давать на чай, а все потому, что ленится лишний раз сказать «спасибо». О, чаевые — его больное место, он их как от сердца отрывает с тех пор, как выяснилось, что он не может поймать такси, и даже автоматы с газировкой ему хамят при малейшей попытке восстать супротив отлаженной системы. Эта система братца так раздражает, что его уже не хватает на вежливость, и потому он за все должен платить вдвойне.

Если сказать финну «tock» вместо «key toss», он все равно поймет. Если спутать японца с кантонцем и сказать вместо «arigato» «m’goy», это как раз будет единственным знакомым ему словом из кантонского диалекта. A «obrigado» понимают все.

Но если угадать родной язык — все! Перед тобой ковровую дорожку раскатают и, преклонив колена, будут улыбаться — шире некуда. От меня несколько раз вообще на чай не брали — и это в городе, где Кларкова алчность в порядке вещей!

Остальные советы «Как вести себя в путешествии», которые я так старательно заучивала перед отлетом, не пригодились. Одно только «спасибо» заменяет их все. А дядя Том чем-то здорово встревожен. Рассеянный стал… Если мне и удается обратить на себя внимание, он улыбается, но вскоре улыбка блекнет и вновь сменяется морщинами тревоги. Может, на него Венера так действует и, когда мы полетим дальше, все пройдет? Скорее бы обратно, на родимый «Трайкорн»… Следующая станция — Луна-Сити!

Глава 11

Да, дело плохо. Кларк уже двое суток не ночевал дома. Дядя Том с ума сходит. И с Декстером я поругалась. По сравнению с пропажей брата это, конечно, ерунда, но ведь надо же кому-то в жилетку поплакаться…

Дело в том, что дядя рассорился с господином председателем; из-за этого и мы с Декстером поцапались. Я хоть и не знала, в чем дело, сразу встала на сторону дяди. И тут выяснилось, что Декстер так же слепо верит отцу, как я — дяде. Я оказалась свидетелем только кусочка из дядиного с председателем разговора. Такие формально вежливые, холодные взрослые ссоры неизбежно приводят к дуэлям на рассвете.

По-моему, они к этому были очень близки. Председатель, уже ни капли не похожий на Санта-Клауса, приехал к нам, и я услышала, как дядя сказал:

— Я предпочел бы видеть ваших секундантов, сэр.

Председатель ничего не ответил, и тут дядя обнаружил меня. Я притаилась за роялем и старалась сделаться поменьше. Он мне велел идти к себе — пришлось подчиниться.