Путь силы - Катюричев Михаил Сергеевич - Страница 94

Я действительно не чувствую себя виноватым за ту вспышку. А переживания Тин – это переживания Тин. Пусть с ней Софья возится. Они друг друга лучше понимают. Посидят, поболтают о своем, о женском. А о временной слабости Тианы командиру знать незачем. Я считаю инцидент улаженным.

– Если ты думаешь, что у тебя в спальне надежный замок, то ты ошибаешься, – невозмутимо произносит Эл, спускаясь по лестнице. – Так что продолжим. Дарри, поведение Тианы явно связано с тобой. – Пока я задыхаюсь от возмущения, лучник продолжает: – Поэтому решать эту проблему должен ты. Учти – я не поведу в бой команду, пока не буду уверен в каждом ее члене! И Софья меня поддержит, если вдруг ты попытаешься поставить вопрос на голосование.

Ответить не успеваю, так как мое внимание привлекает хлопанье входной двери и возмущенный вскрик Лиз.

– О, ты это слышал? – Элеандор отодвигает засов, собираясь выглянуть в коридор.

Дверь резко распахивается, и мимо опешившего лучника проносится невысокая черноволосая фигурка.

– Вот! – Ирма бросает на стол передо мной несколько исписанных цифрами листов. Глаза ее возбужденно горят.

– Добрый вечер, сеньорита Шаби. – С интересом рассматриваю девушку. – Рад видеть вас в своей скромной обители. Это что?

– Ваша задача. – Наставница, кажется, начала приходить в себя, даже попыталась пригладить растрепанные ветром волосы.

Прах и пепел! Чувствую, что краснею. Я ведь неоднократно собирался зайти в пансионат, и всякий раз что-то мешало. А девушка мучилась! Зачем нужна абсолютная память, если ей не пользуешься? Элеандор выскальзывает за дверь. Ирма его так и не заметила.

Когда мы наконец отрываемся от квадратных уравнений, за окном уже ночь. Провожаю девушку до дома, выбирая самый длинный маршрут, чтобы насладиться пейзажем. Сегодня полнолуние, и залитый холодным светом Киан похож на декорации к волшебной сказке. Правда, сказка могла бы закончиться плохо – пару раз я слышал в подворотнях шебуршение «ночных братьев», но все обошлось. Ирма, очарованная таинственным великолепием ночного города, вообще ничего не заметила.

Маленькая фигурка завороженно смотрит в пламя, что пытается вырваться из гранитных объятий камина. При моем приближении Тин пытается подняться, но я кладу руки ей на плечи, заставляя сесть обратно на пол. Вдыхаю запах волос, сажусь сзади.

– Тин, что происходит? – Я за спиной демонессы и не вижу глаз, но мне вполне достаточно пляшущих огней ауры и закаменевших мышц под ладонями.

– Ничего, – снова отстраненная покорность.

– Ты прячешься от меня, никогда не начинаешь разговор первой, даже если отвечаешь, не смотришь в глаза. За две недели мы даже в тренировочных поединках не сходились!

– Рабыни не участвуют в поединках.

– Кто? – Я слегка опешил.

– Вы вполне ясно обозначили мой статус. Видимо, убить вы посчитали… недостаточным. Я не вправе спорить, – и снова смыслы закручиваются так, что я понимаю разве что верхний слой.

– Ты стояла в стороне во время битвы с демоном. Ты обокрала раненого товарища, бросив без помощи. – Голос спокойный. Я на самом деле объясняю, а не предъявляю претензии. – Наказание за такое – смерть. Для человека, для демона, для раба. Ты сама это сказала. Ребенка нужно наказать, но можно и не убивать.

Некоторое время Тин молчала. Наблюдать за ее аурой было интересно.

– То есть я для тебя не рабыня, а ребенок? – уточнила демонесса, выворачиваясь из моих рук.

– А разницы-то? – Я пожимаю плечами. – Лиз – моя рабыня, Ниа – дочь. Ну и кому из них достается чаще?

– Рахуден не наказывают детей, – пояснила Тин и, заметив мой удивленный взгляд, пояснила: – Физически.

Пожалуй, разумно. Оплеуха нашего болотного друга будет в жизни юного демона последней.

– А если серьезно – то не ребенок, а что-то вроде дальней родственницы, – напрягаю память об иерархической структуре общества рахуден. – Младший родич моего клана. То есть вроде и не родня, но все равно нужно заботиться, раз уж оказалась рядом.

– О-ля-ля! – Вскочив на ноги, Тин изображает какой-то дурацкий танец. – У меня теперь есть новый папочка, который будет меня воспитывать и наказывать!

Ей кажется это смешным? Рывком оказываюсь рядом и, схватив за горло, поднимаю на уровень глаз.

– Я уже дважды должен был убить тебя, – тихо рычу я. – В следующий раз я поступлю так, как должен, а не как хочется. Ты поняла?

Разжимаю пальцы.

– Сиэ, тан. – Тиана присмирела, опустив глаза. Так-то лучше.

Стоп! Как она меня назвала? Оборачиваюсь, но вредной демонессы уже и след простыл.

– Я смотрю, вы уладили свои разногласия? – Элеандор вопросительно смотрит на бархатку с криво вышитыми крылышками, что снова украшает шею Тин.

– Конечно! – Подкравшись сзади, срезаю украшение и развеиваю в воздухе.

Под перекрестьем недоуменных взглядов невозмутимо сажусь на свое место и начинаю завтракать.

– Точно?

Киваю с набитым ртом. Но Элеандор не успокаивается:

– Тиана, я могу рассчитывать на твою помощь в бою? Любом бою.

Ага, бездействие демонессы заметил не только я!

– Да, в любом. – Тин слегка краснеет.

– Мэтр, я могу надеяться, что ты не ударишь Тиану в спину?

– Конечно! – Я энергично киваю. – Если что, разверну лицом к себе и вырву сердце.

– Дурацкая шутка, – хмурится Эл. – Ну да ладно. Рад, что вы помирились. Итак, господа и дамы, у нас есть заказ…

Мысленным приказом выгоняю Лизбет из комнаты. Та делает вид, что не услышала. Добавляю направляющий импульс пониже спины. Печать раба позволяет даже сердце остановить ментальной командой, не то что послать легкий болевой сигнал. Подействовало.

Глава 7

Весь следующий год мы, по меткому выражению Мэта, «чистили стену». То есть брались за самые сложные, необычные и высокооплачиваемые заказы. За это время в шкатулке Ниа появились: зуб людоеда, хвост волка, веточка гуляй-дерева, чешуйка каменного червя, перо гарпии, клык вампира (собственно, вампирам мы помогали охотиться на разбойника-виесхатта, а клык я купил в сувенирной лавке), фероньерка, сплетенная из гривы мантикоры, и еще кое-что по мелочи.

Эл обзавелся тростью. Левую бровь Мэта перечеркивает теперь аккуратненький шрам, хотя после удара людоеда я думал, что парню придется всю жизнь маску носить. Ничего подобного – Софья сработала просто замечательно. Мэт и шрамик-то оставил больше для красоты. Да и нога Элеандора давно срослась, а трость он таскает для импозантности. Или это месть такая – сделать тросточку из того самого дерева, что переломало тебе ноги?

Тиана нашла-таки своего крайса. В первый раз видел, как самый опасный хищник Черного леса бежит с поля боя. Правда, и рахудени пришлось собирать чуть ли не по частям. Софья убила шесть часов только на то, чтобы сложить все, как было. Еще два месяца демонесса валялась в кровати и потихоньку восстанавливалась. В общем, боевая ничья. Как у нас с Дайреном. Только Тиана восстановилась гораздо быстрее фрайхера.

А вот мне больше всего запомнилась охота на василиска, что перекрыл караванный путь через Харшад. Заказ шел непосредственно от правителя Сенара. За время охоты я выяснил две вещи: я ненавижу пустыню и василиск не превращает людей в камень. На самом деле эта ящерица, напоминающая варана, – сильнейший менталист и попросту парализует свою жертву, а потом уже поедает. Я чуть было не поплатился за самоуверенность – моих талантов мага разума хватило только на то, чтобы продержаться секунд семь. Хорошо, что за это время перепуганная моей странной реакцией Тин буквально вплавила бедное животное в песок. Даже на трофеи забирать было нечего, пришлось покупать в подарок Ниа большую расписную шкатулку.

Все эти приключения принесли нам не только немалые деньги (ребята, например, полностью вернули мне долг), но и громкую славу. Последнему особенно способствовал маэстро Котик, который превратился чуть ли не в нашего официального летописца. Даже Мэт в итоге признал его полезность. О нас пели и в Эрании, хотя мы, по понятным причинам, никогда не брались за заказы на ее территории.