Сафари для победителей - Каменистый Артем - Страница 78

— Увести его, — вздохнул Граций. — Да не мальчика! Жреца, идиоты!.. Простите, господин Энжер, но ни ваши слова, ни слова этого сбрендившего жреца меня не убеждают. Мальчик, ты кто?

Одарив советника наивно-прекрасным взглядом (боги — какие же у него глаза!), ребенок начал с того, что извинился за речь грубияна-спутника:

— Простите Ххота — он болтун и его часто несет не туда.

— Уже забыли. Так кто ты?

— Не перебивайте меня. Понимаете, Ххот должен был вас морально подготовить к будущим негативным эмоциям.

— Мальчик, ты о чем вообще? Кто ты?

— Я к тому, что когда вы меня дослушаете, то, думаю, настроение ваше может ухудшиться. И не только ваше. Давайте заранее все к этому приготовимся — я не хочу, чтобы кто-то начал стрелять из-за моего поведения. А такое желание может возникнуть у многих — я ведь сейчас совершу очень нехороший поступок.

Советник все еще не мог вести себя адекватно — находился под гипнозом великолепных глаз, захлебываясь слюной при одной мысли о ложке с заточенным краем. И плохо понимал, что за бред несет этот странный ребенок. А остальные не смели вмешиваться в диалог — даже Энжеру надо соблюдать субординацию, не вламываясь в огород советника у всех на глазах.

— В общем, так — мы сейчас вас покинем. Уйдем. Давайте договоримся сразу: не надо стрелять. Это может навредить не только нам. Смотрите: я очень медленно распахиваю куртку. Видите, что у меня здесь есть? Это граната — простая пехотная граната. У нее больше нет предохранителя — если я сейчас ее уроню, произойдет взрыв. Причем произойдет он мгновенно — я вытащил из запала замедлитель. Если произойдет взрыв, господин Энжер получит множественные осколочные ранения и контузию. В его возрасте это может серьезно повлиять на здоровье. Господин Энжер, не дергайтесь! Не возражаете, если я постою рядом с вами?

Вопрос был риторический — возражай прогрессор во все горло, негодный мальчишка слушать не станет. Граций, заворожено уставившись на гранату, зажатую в хрупкой руке и подрагивающую в считанных сантиметрах от горла творца «молниеносного прогресса», воочию представлял огромный кол, смазанный дешевым жиром. Именно на такой посадят советника, если произойдет взрыв. Ненадолго посадят — на полчаса или чуть больше. Потом снимут, и лучшие светлые жрецы поспешно восстановят ему здоровье. А потом — опять на кол. И так много-много раз, пока он не превратится в развалину похуже Энниля.

Грация такие перспективы не устраивали.

— Всем стоять! — крикнул он напрягшимся солдатам.

— Правильный приказ, — иронично похвалил мальчик.

— Тебя не спрашивают, крысиное отродье! Убери гранату! Отойди от Энжера!

— А то что? Накажете?! Ой, как страшно — сейчас уроню!

— Не вздумай!!!

— То-то!

— Ну почему все такие идиоты! Трудно было обыскать пленных?!

— Не кричите на солдат — они нас обыскали. Все отобрали. Кстати, пусть вернут мешочек, что был у меня на поясе. Вон он на седле лежит, вместе с остальными вещами! Быстрее! Ххот, ты как? Больно?

Омр, поднимаясь, потер спину, ответил:

— Южане все поголовно бабы — бить не умеют. Вот если я бью, то мне винтовки не надо.

Развернувшись, Ххот с резким выдохом вбил кулак в челюсть солдата, который до этого приложился по нем прикладом. Стрелка будто порывом урагана смело — оторвавшись от земли, жестко приземлился на спину в нескольких шагах.

— Передай привет своему зубодеру, — буркнул ему вслед омр, подходя к мальчику. — А ты обманщик! У тебя было золото — целый кошелек!

— В нем не золото — просто несколько камешков, которые ничего здесь не стоят. Ххот, забери у этого гвардейца пулемет. Он ведь тяжелый — зачем ему с такой тяжестью стоять.

— И то верно: отдавай мне его. Чего вытаращился? Слышал, что пацан сказал? Учти, он два раза не повторяет. Гранаты я у тебя тоже прихвачу — гранаты, оказывается, очень полезная вещь. А вы все положите свое оружие на землю! Вот сюда положите, куда я показываю! И в сторону сразу отходите! Иначе будете собирать своего Энжера по всему двору! Бегом все!

Граций, закипая от беспомощности, смотрел, как наглый дикарь деловито разоружает гвардейца, а остальные солдаты покорно бросают винтовки и ручные пулеметы в одну кучу.

Завершив грабеж, омр нервно поинтересовался:

— Дальше что? Так и будем до ночи стоять?

— Сдайтесь, пока не поздно, — обещаю сохранить вам жизнь, — с максимально честным видом соврал Граций.

— Неужели мы так похожи на дураков? — удивился мальчик. — Стойте на месте, пожалуйста, а мы с господином Энжером совершим небольшую прогулку. Если кто-нибудь пойдет за нами, я могу случайно уронить гранату.

— Оставьте Энжера — возьмите меня! — умоляюще выкрикнул Граций.

— Мы подумаем над вашим заманчивым предложением, — спокойно ответил мальчик. — Энжер, не стойте. Идите за мной и не пытайтесь от меня отделаться.

Лейтенант Литтс, склонившись к уху Грация, зашептал:

— Граната — полное дерьмо, такие, бывает, под ногами рвутся, и солдаты отделываются легкими ранениями. Можно попытаться…

— Попытаться? — прошипел советник. — Да вы хоть представляете, что с нами всеми будет, если хоть один осколок угодит ему в грудь или голову? Для нас новую казнь придумают — старые способы слишком гуманны для идиотов, рискнувших жизнью Энжера!

Мальчик, подойдя к танку, легонько постучал по броне гранатой:

— Есть здесь кто-нибудь?

Никто, естественно не отозвался — экипаж частично стоял во дворе, боясь шелохнуться, частично отправился к захандрившему грузовику — помочь с ремонтом и взять необходимые для танка запчасти.

— Значит, никого, — логично предположил мальчик. — Ххот, забирайся внутрь. И затаскивай Энжера. Потом я зайду. Удачно, что двигатель работает — насколько я знаю, эти машины не так-то просто заводить.

— Ты собрался ехать на драконе?! — Изумление омра было дичайшим.

— Ну не пешком же идти! Не забывай — у нас пострадавший есть. Давай, забирайся.

— Да в тебе наглости больше, чем во мне!

Перед тем как закрыть люк, мальчик еще раз продемонстрировал зрителям гранату и предупредил:

— Если я ее уроню в танке, могут взорваться снаряды — их здесь много на полу. Придется после этого хоронить вашего Энжера в закрытом гробу. Стойте здесь — не вздумайте нас преследовать. Иначе гроб у Энжера будет очень легким.

Захлопнув люк, разобрался с несложным замком — закрыл. Подобрался к Энжеру, сиротливо пристроившемуся на снарядном ящике.

— Теперь вам придется поработать — выведите танк со двора и далее поворачивайте направо. Потом все время прямо — там единственная улица. Только не говорите, что не умеете управлять танком, — я в такое не поверю.

— Зачем мне вам помогать? — напряженно поинтересовался Энжер.

— Хотя бы затем, что мы сохраним вам жизнь, если удастся уйти отсюда.

— Простите, не верю.

— Придется поверить — в противном случае вы действительно умрете. Причем быстро — эти люди, что толпятся во дворе, наверняка попытаются вас выручить. И тогда я уроню гранату. Посмотрите под ноги — снарядов здесь очень много. Представляете, что будет?

— При чем здесь снаряды? В замкнутом пространстве одной этой гранаты хватит на всех нас.

— Вот и отлично — давайте просто отсюда уедем, и тогда никто не умрет.

— Вы обещаете, что сохраните мне жизнь?

— Даю слово.

— Ну что ж… проверим, так ли вы благородны, как говорите… Пропустите меня — отсек водителя в передней части машины.

Когда танк, заскрежетав железом, тронулся с места, Ххот от радости испустил дикий вопль:

— Да мне в борделях все бесплатно давать будут, когда узнают, что я катался на королевском драконе!

Танк, сорвавшись с места на повышенной передаче, дико заскрежетал многострадальными шестернями — неопытный водитель обращался с коробкой передач, будто палач с кандидатом на виселицу. Разломав изгородь импровизированного загона, распугал лошадей — и без того нервничающие животные рванули кто куда. Прокатившись по куче сложенного оружия и снеся кусок стены, дракон вырвался со двора, неуклюже развернулся, помчался куда-то в сторону Тропы.