Сказка о голубом бизоне - Хабаров Станислав - Страница 20

На нас двинулась вращающаяся стена. Паруса в мгновение были разорваны, наш корабль закружило и понесло. Драгоценный груз был вышвырнут из трюмов. И позже разные драгоценные камни находили в приморских странах на берегу.

Из экипажа спаслись только двое: я и корабельный повар-кок, которого вместе с каютой забросило на верхушку пальмы одного из необитаемых островов. Кок обычно страдал морской болезнью и пережидал шторм на койке в каюте. А когда, наконец, качка закончилась, он открыл дверь каюты и упал с пальмы, сломав ногу. Но, конечно, сами понимаете, ему всё-таки повезло.

Повар-лягушка открыв рот слушал Моряка Ловилу. И ему казалось, что он сам и есть – этот повар-кок, путешествующий и страдавший морской болезнью. При рассказе о качке его даже чуточку затошнило, а в конце рассказа повару показалось, что болит его старый перелом.

Между тем птица-секретарь, не мешкая, принялась за дело. Ею было объявлено, что отобранные в экспедицию, будут до окончания ремонта вне очереди приняты в Стране Насмешливых Колдунов. И желающих стало поэтому хоть отбавляй. Однако опытная птица-секретарь поначалу отобрала только руководителя экспедиции – бывалого Моряка Ловилу, а затем рыжего лекаря и повара, без которых по существующим правилам путешествовать было воспрещено.

А затем устроили испытания. Повару-лягушке птица-секретарь предложила червивое яблоко. Повар объел червивое место и выпустил на землю маленького зеленого червячка. И когда подошла очередь повара, его не стали проверять, потому что яблоко и было его проверкой. И потому, как он поступил с червячком, решили, что он добрый и внимательный человек. А он просто не хотел червивого и ему было жаль выбросить огрызок, потому что он жаден был до невероятности.

Моряка Ловилу проверили, как он ориентируется по странам света, для чего был напущен густой туман, и он находил в тумане дорогу, а Рыжего Лекаря проверили на знание следов, и он отличал следы снежного барса от следов леопарда, рыси, пантеры и подражал звериным голосам.

Затем птица-секретарь провела требуемый инструктаж. Она рассказала о ядовитых мокрицах и уховертках, о сладкоголосых муравьях, которых заслушиваются путешественники, о злопамятности и коварстве ушастой совы, о несдержанной выпи, пронзительный крик которой не отличают от гиканья ведьм, о семижальных скорпионах, водяных пауках, прожорливых тигровых акулах, обитающих в глубоководных лужах, в которые опускают усталые ноги неопытные путешественники и нередко лишаются ног. На этом их путешествие и заканчивается. Но особо предупредила она об опасностях, подстерегающих путников в Стране Грез.

– Это особенная страна, – наставляла, потряхивая хохолком птица-секретарь. – Её называют также Страною Сказок, а ещё и Кукольной страной, но Страна Грез – её настоящее научное название. – В ней невозможно отличить настоящее от кажущегося и многое – из придуманного, из сказок и снов. Там можно запросто отыскать и даже поймать Голубого Бизона, только по возвращению окажется, что это был сон. Там нет ни Солнца, ни Луны, а звери-насекомые. Крылатые слоны, жирафы, бегемоты порхают среди цветов. Там можно путешествовать точно по сказочной книге, переходя со страницы на страницу и верить, будто это в действительности. Вам непременно нужно разобраться, не попали ли вы в Страну Грез. Одуряющие ароматы там кружат голову. Но к ароматам быстро привыкают и не замечают их, и в этом – главное коварство Страны Грез.

И ещё многое объясняла птица-секретарь отправляющимся в путешествие, пока у всех не стали слипаться глаза. Тогда, сводив путешественников на склад за провизией, птица-секретарь отправила их спать, потому что экспедиция начиналась рано утром.

В Стране Грёз

Наступила ночь. Где-то в стороне ухали филин и ушастая сова. Но все в гостинице спали. Вдруг Художник проснулся, потому что кто-то дергал его за ногу.

– Вставай, – зашептал ему в ухо Моряк Ловила.

Художник спросонья ничего не понимал. Он тер глаза, с удивлением слушая Моряка.

– Понимаешь, – говорил Моряк, – отправляться в путь без сапог-скороходов – дохлое дело.

– Но у меня есть скользящие шлепанцы, – возразил Художник.

– Шлепанцы не годятся. Они для скользящих дорог и их придётся оставить здесь.

– Но в чём я тогда пойду?

– Придется вначале идти босиком, – сказал Ловила и сам начал разуваться. – Идём пока все спят, без шума. Нам до утра необходимо смотаться в Страну Грез.

Ещё пригодились бы нам кошки железные, с которыми забираются на столбы, – вздохнул Ловила, – но где их теперь возьмёшь?

Крадучись, вышли они из гостиницы и сразу же заблудились.

Моряк зажигал захваченные спички, а когда спички кончились, они начали снимать с кустов светящихся светлячков и светить ими под ноги. Моряк шёпотом ругал Насмешливых Колдунов, перепутавших дороги. Наконец, со стороны потянуло ароматом.

– Это знак, – прошептал Ловила, и они пошли на аромат.

Сначала шли они крадучись, оступаясь и поскальзываясь. Кругом была кромешная тьма, чем дальше, тем темней. Художник всё же отправился в скользящих шлёпанцах и поминутно поскальзывался, но это было лучше, чем идти босиком. Моряк Ловила тут же наступил на кактус и занозил ногу и теперь шёл с чрезвычайной осторожностью.

Временами Моряк вытаскивал из кармана морской компас со светящимися стрелками и сверялся с направлением. Однако кое-где компас бездействовал и приходилось ориентироваться на дурманящие ароматы.

Жителям королевства заходить в Страну Грез строго воспрещалось. Заблудившийся в ней и одурманенный её ароматами, впадал в беспробудный сон и мог вечно спать здесь и видеть волшебные сны. Надышавшись ароматами, Художник и Ловила тоже начали зевать. Им очень хотелось спать, и они крепились, как могли, и непрерывно зевали.

– Используем старое испытанное средство, – сказал, наконец, Ловила обычный трубочный табак.

Он закурил, и они прошли полосу ароматов, окружив себя плотным табачным облаком.

– Запахи здесь от того, – объяснил Моряк, – что когда-то здесь был диковинный сад, где росли необыкновенные деревья и растения. Например, в саду вызревали персики, отведав которые не чувствуешь голода. Месяцами тебе не хотелось есть. Их давали поесть морякам, караульным, стоявшим на посту, охотникам.

Вдали показался огонек. Сначала он выглядел дрожащим, и неверным. Он пропадал и приходилось снова его искать, потом он сделался ярче. Ближе, ближе и вот они увидели свет и услышали звон. Они подошли к кузнице. На ней была крупная надпись: «Кузнец своего счастья».

В кузнице умело и весело работал румяный кузнец. Зеркальные стены отражали огонь, искры от наковальни и самого кузнеца. Он совал заготовку в огонь и, выхватив её из печи огромными клещами, бил по ней молотом то осторожно, то с размаху.

На минуту он остановился, вытер пот со лба, и, заметив спутников, кивнул им.

– Сил и умения, – пожелали они ему. – Как идут дела?

– А они у меня не идут, – весело ответил кузнец. – Ведь известно, что от добра не ищут добра, а я достиг своего счастья. Смотрите.

Клещами он выхватил из огня огромный крючок и стал бить по нему что было сил.

– Ведь счастье меняется, – объяснил кузнец. – Сначала я выковал счастье в виде маленького крючка, который мне всё ловил. Тогда у меня ещё ничего не было, и крючок всякого натащил. Теперь мне и этого мало, и я делаю большой крючок для большего счастья.

– Выходит, – сказал Ловила, – счастье у тебя – жадное.

– А тут ничего поделать нельзя, – вздохнул румяный кузнец. – Если ты жаден, то сколько себе не говори, что жадность плоха, будешь всё тянуть себе для собственного счастья. Задумал я и волшебный магнит, что притягивает взгляды. Хочу, чтобы все смотрели на меня. Дело-то в том, что пока я ковал своё счастье, мне не было дела до других. Так всегда бывает: тебе нет дела до других, а им нет дела до тебя. И возле тебя образуется пустота и никто тебя не замечает. Но очень скучно быть на свете одному. Вот вы заглянули ко мне, и я вам рад, хотя вы меня отвлекаете от работы.