Розовый ручей - Мэдл Линда - Страница 36

— Это просто ветер, — спокойно сказал он.

Послышался звон бутылок, которые Деймон ставил обратно на стол. Освободив руки, он нащупал рукой старую металлическую щеколду и попробовал ее отодвинуть. Не получилось.

— Заело, — все, что он мог сказать.

Все сильнее ударяя плечом в дверь, он попытался сорвать щеколду. Но тщетно. Когда глаза Нелли немного привыкли к темноте, она увидела тоненькую полоску света, проникающую сквозь щель под дверью.

— Кажется, щеколду что-то держит снаружи, — объяснил он наконец спокойным деловым тоном.

Нелли уже различала в темноте его профиль.

— Вы хотите сказать, что мы заперты? — Несмотря на его спокойную уверенность, она начинала впадать в панику. — Что же нам делать?

— Стойте, где стоите, пока я снова не зажгу свечу. Я попробую разболтать щеколду, и она отодвинется.

Нелли покорно осталась стоять на месте, пока он возился со спичками. Когда загорелась спичка, а за ней свеча, Нелли увидела лицо Деймона и облегченно вздохнула. И огонь свечи, и уверенность Деймона несколько успокоили ее.

— А теперь отойдите от двери, — попросил он, приблизившись к ней со свечкой в руке. — Почему бы вам не сесть пока что на диван? Дайте мне немного времени, и мы выберемся.

Нелли беспрекословно подчинилась ему. У нее не было сил ни возражать, ни давать советы, ни предлагать помощь. Самое лучшее, что можно было сделать, — это не мешать ему. Она уселась на старый продавленный диван и стала ждать, наблюдая за Деймоном.

Он тянул щеколду и всеми силами напирал на дверь. Потом уперся одной ногой в каменный столб, а другой попробовал выбить щеколду. Наконец он попытался раскачать ее мягкими движениями, но, несмотря на все его усилия, дверь не хотела открываться.

— Не могу понять, почему эта ржавая штука никак не поддается, — произнес Деймон, снова внимательно рассматривая щеколду. — Я не могу сдвинуть ее с места. Интересно, так ли уж случайно это произошло?

Холодный страх пополз вдоль позвоночника Нелли. Она приподнялась и спросила Деймона:

— Вы хотите сказать, кто-то запер нас здесь?

— Нет, я совсем не это хотел сказать, — покачал головой Деймон и встал на ноги. — Это ветер, что же еще?

Будто в подтверждение его слов, порыв ветра сотряс дверь, раздались гулкие раскаты грома.

Нелли совсем не хотелось оставаться в подземной камере, куда из-под двери начала проникать дождевая вода, а с висящих над головой корней падать капли. Остатки храбрости и выдержки в одно мгновение испарились. Нелли вскочила с дивана и подбежала к двери.

— Может, если мы будем кричать и стучать в дверь, кто-нибудь нас услышит? — Нелли заколотила кулаками по крепким доскам и закричала неподобающим для леди голосом. Чрезвычайные обстоятельства требовали таких же действий. — Эй, кто там! Помогите! Мы заперты в погребе!

Деймон положил ей руку на плечо.

— Нелли, нам это вряд ли поможет, а вы себе только сорвете голос.

Она прекратила стучать.

— Но что с нами будет?

Он ответил с виноватой улыбкой:

— Боюсь, вы вместе со мной попали в ловушку. На какое-то время, пока кто-то в доме не хватится и не пойдет нас искать. А сейчас это самое безопасное место, где можно переждать грозу.

— Кажется, вы правы, — согласилась Нелли и тут вспомнила выражение страха на лице дяди Кейто. По надобится целая упряжка лошадей, чтобы притащить его к кладбищенскому холму, не говоря уж о погребе — даже когда гроза минует. Изетта, наверное, уже подремывает. А Вэрина будет возиться в своем цветнике, пока не промокнет до нитки и не поймет, что идет дождь и надо укрыться в доме.

— Единственное, что нам остается, — это приятно провести время в ожидании, когда кто-нибудь соскучится без нас. — Деймон огляделся вокруг. — Как насчет дегустации вина? Вы учили меня разбираться в искусстве, а я научу вас оценивать вино.

— Но я не уверена, что сейчас это самое подходящее занятие, — заметила Нелли, не испытывая никакого желания вести светскую беседу за стаканом вина.

— А какое, по-вашему, занятие наиболее подходит для леди и джентльмена, оказавшихся запертыми в винном погребе? — спросил Деймон, провоцируя Нелли своим насмешливым тоном. — Тетя Изетта, наверное, знает, какая карточная игра могла бы подойти для такого случая, но у нас нет с собой карт. Да и правил игры тоже.

Нелли улыбнулась, и все страхи отступили на второй план. Она села на диван.

— Вряд ли она знает такую игру. Ну ладно, что вы там хотели рассказать мне о винах? Надо же как-то скоротать время. Рано или поздно кто-нибудь обязательно придет сюда, если они хотят выпить вина за ужином.

Деймон пододвинул стол к дивану:

— Я с большим удовольствием выпью это вино здесь с вами, чем с Артуром за обеденным столом. — Он улыбнулся и стал вытаскивать пробку из первой выбранной им бутылки.

— У вас всегда были такие странные отношения с вашим кузеном? — спросила Нелли.

Деймон оторвал взгляд от бутылки, которую откупоривал, и, перестав улыбаться, удивленно поднял брови.

— Думаю, что да. Возможно, еще до нашего рождения. С того дня, когда моя мать была лишена наследства, а может быть, и с того дня, на год позже, когда Мирабела вышла замуж за человека, которого дед выбрал для моей матери.

— Мирабела вышла замуж за жениха Розали?

— Он вполне устраивал деда, пока не совершил страшный грех: увез Мирабелу в Новый Орлеан. — Деймон рассказывал все это спокойным, ровным голосом и, что удивительно, даже без горечи. — Но этот грех для деда был все же несравним с тем, что совершила моя мать, выйдя замуж за креола. По-моему, дед ни разу не видел Артура, которого избрал своим наследником. А я познакомился со своим двоюродным братом пятнадцать лет тому назад на похоронах деда. Мне было пятнадцать, а ему только двенадцать, но он уже тогда прикидывал, сколько может стоить плантация.

В памяти у Деймона всплыло какое-то давнее воспоминание, на его лице расплывалась улыбка.

— Ну и что тогда произошло? — подтолкнула его Нелли.

— А закончилось все дракой, — еще шире улыбнулся Деймон. — Она была не совсем честной. И я это знал. У меня и сил и сноровки было больше. У Артура не было никакого шанса, но отказаться он не мог. Мы колошматили друг друга в огороде матушки Лулы, на том месте, где у нее перегнивают кухонные отходы.

— О, Деймон, — расхохоталась Нелли, представив себе Артура в изысканной одежде, катающегося в драке среди гниющих овощных очистков. — Не сомневаюсь, костюм у него был испорчен.

— У меня тоже. Но драка стоила того. Каждая минута на вонючей помойке.

— А что сказала тетушка Изетта?

Деймон пожал плечами.

— Мальчишки, они и есть мальчишки. А тетя Мирабела поклялась, что ноги ее не будет в Роузвуде, даже при том, что поместье является наследством Артура. «Уж очень оно нецивилизованное», — сказала она.

— И так и не появлялась?

— Нет. Дело в том, что она и ее муж умерли два года спустя от желтой лихорадки. Но Артур продолжал навещать Роузвуд, правда, с большими перерывами. А я тоже уехал: сначала в колледж, потом в Европу. Но хватит о моем кузене. Давайте займемся дегустацией.

— Что мне надо знать? — спросила Нелли, стараясь не вспоминать о том, что они сидят взаперти в темном сыром погребе.

— Это красное вино из Франции. — Деймон стал аккуратно переливать его в графин. — Как и большинство красных вин, его следует перелить из бутылки. Что я сейчас и делаю.

— Там на дне что-то есть, — сказала Нелли, разглядывая дно бутылки. Сквозь зеленое стекло, даже при свече, виден был какой-то осадок.

— Ничего страшного. Потому мы и переливаем вино в графин, чтобы осадок остался на дне бутылки.

— Это сухое вино, а не сладкое, типа шерри, которое предпочитают мои тетушки. — Деймон плеснул немного рубиново-красного напитка в бокал для Нелли. Она протянула руку.

— О нет. Не так быстро. Дегустировать и пить вино — это разные вещи.

Нелли притворилась обиженной.

— Неужели, сэр, вы думаете, что мне не терпится напиться?