Розовый ручей - Мэдл Линда - Страница 2

— А вот интересное лицо, — отметила Изетта, подняв выпавший из очередного конверта портрет углем.

На нем была изображена молодая женщина, сидящая за столом. Бумага, да и сам рисунок явно превосходили возможности уличных художников Нового Орлеана. — Как она тебе нравится?

Вэрина, чтобы лучше видеть, вытянула руку с портретом подальше от глаз. В отличие от сестры, Вэрина отказывалась носить очки, считая, что они будут портить ее.

— Не красавица, но очень привлекательная, — сказала она, внимательно изучив черты овального лица молодой женщины, которое украшала открытая и в то же время загадочная улыбка. — Интересно, почему у нее в руке карандаш и сидит она у стола?

— По-моему, это автопортрет мисс Корнелии Эшли Линд, — сказала Изетта, внимательно изучая подпись в нижнем углу рисунка. — Мне она нравится. Чувствуется сильный характер и ум. Именно то, что нужно Деймону. Посмотрим-ка, что эта мисс Корнелия рассказывает о себе.

Изетта развернула приложенный к портрету листок бумаги.

— Много путешествовала, любит искусство, сама рисует и… слушай!.. Она, оказывается, выпускница женской академии Шарлотты Бэрроу в Чарлстоне. Потеряла родителей, бедняжка. Но ее мать из рода Эшли. Каролинских Эшли. Замечательно! Ее отец был врачом. Вот это плохо. Но сама она — опытная компаньонка, сиделка, няня. Великолепно! Для наших целей лучшего не придумать. Эта девица просто идеал! — воскликнула Изетта и вдруг отбросила письмо, прижала руку к груди и застонала.

— Что с тобой, сестра? — встревожилась Вэрина.

— Что-что… С сердцем не в порядке, вот что. Я прямо чувствую, как боль все усиливается. Думаю, мне лучше прилечь. Если я не ошибаюсь, для осуществления плана в нашем доме должна быть больная?

1

Стук лошадиных копыт на подъездной дорожке нарушил тишину в Роузвуде — тишину, которую Нелли, ради своей пациентки, с таким трудом удавалось здесь сохранять. Раздосадованная неожиданным шумом, она закрыла «Дэвида Копперфилда» Диккенса, которого читала мисс Изетте. Та как раз только что заснула, шум мог ее разбудить, а доктор Макгрегор предупреждал: громкие сцены и неожиданные сюрпризы способны сильно навредить больной.

Нелли услышала, как дядя Кейто открыл входную дверь. В холле зазвучали приглушенные приветствия, судя по всему, удивленных слуг. Кто бы это мог быть? Дядя Кейто умел весьма тихо и вежливо спроваживать посетителей. А доктор Макгрегор никогда не появлялся с таким шумом.

Из холла отчетливо доносился низкий мужской голос.

— Где она? — осведомился мужчина. — Как ее здоровье?

Входная дверь захлопнулась с таким грохотом, что на ночнике у кровати мисс Изетты задребезжали хрустальные подвески. «Этот шумный посетитель, уже штурмующий лестницу, ведущую наверх, кажется, намерен нарушить все установленные ею правила, — с испугом подумала Нелли. — Как тут сохранить тишину и покой?» Она вскочила с кресла, чтобы предупредить события.

— Что там за шум? — пробормотала Изетта, открыв глаза.

— Все в порядке, мэм, просто кто-то пришел. — Нелли погладила ее по плечу и направилась к двери.

Увы, дверь распахнулась до того, как она к ней приблизилась. Внезапный сквозняк всколыхнул ее юбку. Отступив назад, Нелли споткнулась и чуть не упала.

На нее надвигался гигант в видавшей виды кожаной куртке и в грязных сапогах с бахромой. В комнату к больной словно ворвался ураган, все сметающий на своем пути. Незнакомца сопровождал терпкий запах лошадиного пота, сразу же перебивший все нежные ароматы, царившие в комнате пожилой леди.

Один быстрый взгляд, и Нелли увидела перед собой широкоплечего мужчину с черной гривой спутанных волос. Темная щетина на давно не бритой физиономии обрамляла плотно стиснутые челюсти и подчеркивала чувственные линии рта.

Нелли успела все же преградить ему дорогу. Она знала, что только двое мужчин могли входить в дом на правах членов семьи: племянник из Нового Орлеана и племянник из Техаса. За три недели, что Нелли провела здесь, мисс Изетта и мисс Вэрина о своем новоорлеанском родственнике почти не вспоминали, зато наперебой расхваливали другого. Судя по одежде и по манере поведения, человек, стоявший перед ней, прибыл прямо из Техаса, а значит, это был Деймон Дюранд.

— Сэр, ваша тетя серьезно больна, и ей необходим покой, — твердо заявила она. — Это распоряжение доктора.

Мужчина заколебался. Окинув Нелли мрачным взглядом, он обошел ее, как предмет мебели, стоявший не на своем месте, и сосредоточил все свое внимание на кровати с четырьмя столбами, где за прозрачными занавесками лежала Изетта Стерлинг.

— Тетя Изетта! — позвал он тихим ласковым басом, и в его голосе прозвучала такая любовь и забота, что Нелли была тронута.

Он попытался войти в спальню, отстранив с дороги Нелли, но она никак не могла допустить, чтобы этот покрытый дорожной грязью мужчина вторгся в комнату больного человека. Здоровье мисс Изетты было для нее важнее всего, и она не сходила с места, преграждая нежелательному посетителю дорогу.

— Прошу вас, сэр, — сказала она, — я не могу вам позволить нарушить отдых мисс Изетты, тем более занести сюда грязь.

Он посмотрел на нее сверху вниз, и она почувствовала себя рядом с ним маленькой и беззащитной. Нелли откинула плечи и, вздернув подбородок, твердо встретила его взгляд.

— Мисс Изетта очень больна, — повторила она.

— Уйдите с дороги, мэм, — приказал Деймон. Тихого ласкового тона как не бывало, темные глаза засверкали гневом.

— Деймон? — послышался голос Изетты. — Это ты? Корнелия, дорогая, все хорошо, пусти его ко мне.

Нелли заколебалась. Доктор Макгрегор говорил, что мисс Изетта еще очень слаба. И вот эта хрупкая, маленькая женщина, облаченная в шелковую, сиреневого цвета ночную сорочку, сперва подняла с подушки голову в кружевном чепчике, а потом, хоть и с видимым усилием, все-таки уселась на постели.

— Деймон никогда не сделает ничего такого, что бы расстроило его старую тетушку и повредило ее здоровью, не правда ли, дружок? Ну, подойди, поцелуй меня.

— Извините, — насмешливо сверкнул зубами Деймон, подхватил Нелли под руки, оторвал ее от пола и тут же поставил обратно, освободив себе проход. Она растерянно смотрела на него, а он устремил взгляд на мисс Изетту, и казалось, больше никто и ничто его не интересует.

— Тетя Изетта, что с твоим сердцем?

— Значит, ты получил письмо Вэрины, — обрадовалась Изетта и, протянув к нему руки, подставила щеку для поцелуя. — Из Техаса такой долгий путь, но вот ты, наконец, здесь, дорогой мой племянник.

К удивлению Нелли, этот великан двигался легко и почти бесшумно, а лицо его с резкими скульптурными чертами выражало нежность и тревогу. С поразительной деликатностью он отодвинул белоснежный полог, предохраняющий от москитов, и нагнулся, чтобы поцеловать любимую тетушку в щеку.

Больная леди просто сияла от радости. Сцена, надо сказать, была необычная: огромный загорелый мужчина, воплощение силы и здоровья, нежно склонился к бледной, хрупкой больной женщине. Опустившись на колено перед постелью, Деймон обхватил сильными пальцами сухие, похожие на птичьи лапки, ручки своей тетушки.

— Я тут же оседлал коня, как только получил известие о твоей болезни, — сказал он.

Изетта так и светилась радостью. Казалось, болезнь при появлении племянника отступила от нее.

— Да ладно. По-моему, Тео и Вэрина все сильно преувеличивают и драматизируют. Не так уж все плохо. Просто время от времени я чувствую слабость. Ну, порой сердце покалывает. Тео называет это… пальпитацией.

Трогательная взаимная привязанность тети и племянника тронула Нелли, она с особой тщательностью взбила подушки и помогла Изетте сесть поудобнее.

— А что еще говорит Макгрегор? — неожиданно повернувшись к Нелли, спросил Деймон. — Где он сейчас? Я хочу с ним побеседовать.

— Доктор Макгрегор собирался прийти сегодня к чаю, — ответила Нелли, чувствуя себя неуютно под пронизывающим взглядом мужчины. Ей очень хоте ось, чтобы он поскорее исчез из комнаты и дал ей возможность убрать занесенную им грязь. Она обратилась к Деймону: — Я прикажу приготовить вам горячую ванну. Вероятно, вам хочется привести себя в порядок с дороги…