Комендант мертвой крепости - Аренев Владимир - Страница 68

— Что вы…

— Скорее! Времени действительно в обрез. Но если мы успеем…

Он перебежал из Дозорной в Полую Кость по мосту, не держась руками за верёвки и не глядя себе под ноги. Мост ходил ходуном, выгибал спину… пус-тя-ки!

Мальчишки после взрыва на колокольне оставались с Хромым. Тот обещал приглядеть за ними, хотя, пожалуй, алаксару самому не помешал бы кто-нибудь, кто позаботился бы о нём: поначалу Хромой выказывал бодрость (скорее всего, наигранную), но во время разговора несколько раз опирался рукой о дверной проём, и кровь проступала на повязке, медленно расползалась зловещим пятном. На предложение позвать Зубодёра или Хакилса он отмахнулся: «Есть те, кому их помощь нужнее. Пустое, пройдёт. Просто устал».

Сиврим сказал тогда мальчишкам, чтобы готовились к отъезду и ждали его в Кости. Во внутреннем дворе им сейчас делать было нечего: сразу после взрыва, уничтожившего колокол, Рултарик с Хакилсом активно занялись подготовкой к осаде, и там сейчас царил полный хаос. Дохлых бэр-маркадов уже сбросили в вади и сожгли, перенесли тела своих павших в склеп, оказали раненым первую помощь… Хакилс велел всем отдохнуть и как следует поесть, чтобы не засыпали на ходу и не валились с ног от усталости.

Сейчас у них было два врага: «скоморохи» и время.

Пробегая по мосту, Сиврим бросил взгляд вниз — между башнями и пристройками защитники возводили нечто вроде баррикад. В ход шло всё, что попадалось под руку; из Полой Кости выволакивали древний хлам, обломки деревянных лавок, кусок плиты, груду ветхих гобеленов.

Не сомневались, что в конце концов придётся отступить в одну из башен, — но и сдавать крепость без боя не хотели.

Вряд ли наскоро возведённые баррикады надолго задержат «скоморохов» — те запросто могут перепрыгнуть их или обойти, карабкаясь по башням. Но в грядущем бою решающей может оказаться любая мелочь…

Уже перед самым входом в Кость он взглянул на южную стену — там развели под чанами костры. Из разломанной винокурни и из подвалов выкатывали бочки и катили наверх, всем этим распоряжался язвительный Форэйт. Он винил себя за то, что оказался не готов к первой атаке, — и уж теперь-то намеревался всё выполнить в лучшем виде.

А вот хлевов Сиврим отсюда не видел, но был уверен: скоро Хакилс отдаст необходимые распоряжения.

Он поднялся по лестнице в библиотеку. Мальчишки сидели на злосчастных коробах и о чём-то тихо переговаривались.

— Ну, готовы?

Они кивнули и поднялись. У каждого было по небольшому дорожному мешку, внутри мешков что-то позвякивало, угловато топорщилось.

— А где архивариус?

Переглянулись.

— Он ушёл спать и сказал, чтоб не тревожили.

Что-то было не так в комнате: слишком темно, и пахло странно, однако, подумал Сиврим, теперь во всём Шандале пахнет странно, нечего удивляться. К тому же время поджимало.

— Ну, пошли.

Он спускался первым, стараясь идти не слишком быстро: один из мальчиков хромал и ступал осторожно, тяжело опираясь на длинную трость. Несколько раз, забывшись, Сиврим уходил далеко вперёд и дожидался их на очередном лестничном пролёте.

Сам он всё повторял в уме собственные доводы и пытался найти в них слабое звено. Конечно, скоро он получит ответ из первых рук или, точнее, уст — как только придёт с детьми к Северным вратам. Нетерпение и боязнь ошибиться гнали Сиврима вперёд, поэтому он не сразу понял, что за шум раздался позади. Грохот, один из мальчишек выругался, другой шикнул на него — а к ногам Сиврима прямо по ступенькам скатился дорожный мешок. Сиврим поднял его и отдёрнул руку, обо что-то уколовшись.

— Что у вас там такое? — пробормотал. И впервые — пожалуй, поздновато — задался вопросом, с чего бы это у мальчишек оказалось с собой столько вещей.

Когда они спустились к нему, Сиврим задал уже другой вопрос:

— Откуда у вас это?

Задал больше для порядка, так как знал откуда.

Мальчишки снова переглянулись, тот, что с тростью, вздохнул и потёр ушибленное колено.

— Ваш учитель знает об этом?

— Нет, господин Вёйбур, — подал голос Ярри. — Скажите, мы можем говорить с вами по-честному?

— Надеюсь, именно так вы и поступите, — сурово произнёс Сиврим. Конечно, суровость эта была напускной и, с учётом того, что всем им грозило, бессмысленной. Просто он не знал, как иначе с ними разговаривать.

— Мы нашли эту книгу в алаксарском городе.

— Точнее, в башне, — догадался Сиврим.

— Ага.

— Ну и что вы будете с ней делать? Вряд ли во Вратах кто-нибудь собирает такие книги. — По их взглядам он понял, что попал в точку, озвучил самую суть их затруднений. — А главное: что вы станете делать с деньгами?

— Сбежим, — хмуро сказал второй мальчик, которого звали Конопушка. — Поступим к кому-нибудь в ученики. Во Вратах… нечего там ловить, во Вратах!

— Но и продавать там её некому.

— Книга, может, никому и не нужна. Но вон, гляньте.

— Да, камни похожи на настоящие. Только с ними всё та же беда: вряд ли во Вратах вы их продадите.

— Ничего, сбежим через портал на другой остров.

Сиврим покачал головой:

— Вас прирежут или сбросят в ким-стэгат.

— Вы не понимаете, — сказал Ярри. — Разницы никакой: или сдохнуть во Вратах, или рискнуть где-нибудь ещё. Рвачи с Рябых пустырей или ещё кто-нибудь рано или поздно распашет нас по полной. А потом скормят бархатам, чтоб мы случайно из призрачного не вернулись. И всех делов.

Сиврим повертел в руках книгу. Потом бросил её в мешок Конопушке и плотно завязал горловину.

— Вот что, договоримся так. Я никому ничего не скажу. Если выживу после этой ночи, наведаюсь во Врата. Найдите меня — постараюсь вам помочь.

— Сколько? — зыркнув исподлобья, спросил Конопушка.

— Что — «сколько»?

— Мы же не младенцы, — сказал Ярри. — Чего вы захотите взамен?

Сиврим пожал плечами:

— А что с вас взять? Ну, давайте так: я помогу вам продать камни, а книгу оставлю себе. Идёт?

— Закусано! — серьёзно кивнул Конопушка. — Мы вам верим.

Сиврим постарался с таким же серьёзным выражением лица кивнуть в ответ. «Подарю потом Хромому, пусть порадуется».

Они без приключений спустились вниз и, пробравшись через баррикады и завалы, оказались у Надвратной.

Там их уже ждали: Хакилс, Бйолал, осёдланная бархата. Рядом, растирая запястья, стоял Хродас Железнопалый. Он был бледен, словно вернулся с того света, под глазами набухли мешки, правое веко чуть подрагивало.

— Значит, так? — переспросил он у Хакилса. — Так ты решил? Жестокая месть, Эттил.

— Думай как хочешь. Это было твоё решение. А если переменишь его… кто, кроме тебя, сможет восстановить Шандал?

— А если я попросту откажусь?

— Дети не виноваты, Хродас. Дай им шанс спастись. И дай возможность Раймунгу подготовить Врата к осаде.

Хродас мотнул головой, скривился.

— Какая же ты всё-таки сволочь, Хакилс. Какой же ты…

— Подбери сопли и слушай внимательно. Мы запрём склеп и запрём часовню. Если тебе наплевать на тех, кто живёт во Вратах, подумай хотя бы о тех, с кем ты жил здесь последние двадцать лет. Дай им шанс. Вернись, привези с собой священника, пусть проведёт все ритуалы. Может, хоть кого-нибудь удастся спасти. — Он не сказал «кого-нибудь из нас» — оба понимали, что уж они-то вряд ли уцелеют. — Давай, Хродас, в седло — и вперёд. Парни уже наверняка закончили с горбачами. И если…

Хродас не стал слушать — оттолкнул Бйолала, неуклюже — с третьей попытки — вставил ногу в стремя, запрыгнул в седло. Бархага под ним волновалась, нервно поводила из стороны в сторону брюшком, мотала головой. Сиврим помог забраться в седло мальчишкам: один перед Железнопалым, другой — позади, — подал им дорожные мешки.

— Да хранит вас Рункейр.

Хродас, не оглядываясь, неловко хлестнул бархагу — та зашипела и помчалась зигзагами, как будто пыталась сбросить седоков.

Когда они исчезли за воротами, Хакилс поглядел на Сиврима и криво усмехнулся: