Понты и волшебство - Мусаниф Сергей Сергеевич - Страница 105

Теперь первым шел Теффас. Говоря объективно, в искусстве владения мечом он уступал сэру Реджи или Черному Лорду Келлену, но, доведись ему встретиться с д'Артаньяном, я не поставил бы на победу гасконца и фальшивого бакса с дыркой вместо лица американского президента.[80] Галадриэль была прекрасна в бою. Она дралась, как танцевала, и каждый ее смертоносный жест был исполнен изящества и грации, и по сравнению с ней дикая пантера выглядела бы неуклюжим откормленным домашним котенком.

Вы видели фильм «Конан-Варвар»? Старье, скажете вы. «Властелин Колец» круче. Если говорить о спецэффектах, то так оно и есть. Но тот, старый фильм, с тогда еще никому не известным австрийцем, ставшим губернатором одного из штатов далекой заморской страны, был одним из первых, что нам довелось лицезреть на видео после падения «железного занавеса».

Шварц, конечно, там еще не блещет, да и блистал ли он когда-нибудь до и после «Терминатора»? Но подруга его героя Валерия, в исполнении, как я выяснил потом, профессиональной танцовщицы Зандаль Бергман… вот на кого стоит посмотреть. Сходите в ближайший пункт видеопроката, покопайтесь в их архиве и посмотрите этот фильм. Каждый человек, считающий себя любителем фэнтези либо большим знатоком теории фехтования, должен это видеть.

Морган более не таился, потому что факт нашего вторжения был очевиден. Он изрыгал пламя, сыпал молниями направо и налево. Казалось, он сбросил лет сто двадцать, стал выше ростом и шире в плечах. Кто посмел назвать его стариком? Он был молод, могуч и великолепен. Он был истинным воином в тот момент.

Кимли был Стражником-гномом, и этим все сказано. Его старый добрый молот, которым он когда-то обещал раздробить мне руку, поднимался и опускался так часто и так равномерно, словно имел гидравлический привод. Топор, подаренный эльфами, висел у Кимли за спиной, лоб был покрыт капельками пота, которые стекали вниз, спускались по бороде и капали на кольчугу. Гном тяжело дышал, но шел вперед с неумолимостью танка.

О себе умолчу. Я стрелял из пистолета и рубил мечом, но основную работу делали мои спутники. Они шли вперед, и они, может быть, подсознательно, а может быть, вполне осознанно, брали на себя большую часть работы. Они знали, что мой решающий бой, тот бой, в котором они уже не смогут мне помочь, еще впереди.

Дверь в башню охранялась отрядом зомби, которых в бегство обратить невозможно, а вывести из строя весьма и весьма непросто. Они уступали нам в скорости и мощи, но зато их было много, и все они были чертовски живучими. Приходилось рубить одного и того же парня несколько раз, а он все лез на тебя — с отрубленными конечностями, из которых капала темная, почти черная кровь, с волочащимися по полу внутренностями, с пустыми глазами и с тупым, ржавым мечом.

Это было непросто.

Это было долго.

Это было ужасно.

Это было утомительно.

Но мы расчистили площадку перед дверью, и Морган, наш штатный таран, вынес ее ударом Перста Силы.

В самой башне врагов уже не наблюдалось. В ней вообще почти ничего не наблюдалось, за исключением того, что мы искали. Зато того, что мы искали, там было куда больше, чем мы рассчитывали.

Порталов было два.

Порталы Черной Цитадели не были похожи на порталы магов и на порталы эльфов, которые мне доводилось видеть раньше. Они были черными, как сама тьма, от них веяло холодом, и из них доносилось ровное, низкое гудение, что вопреки мрачной окраске вызвало у меня ассоциации с открытым холодильником. Разве что мой холодильник еще и разговаривал. Ну да вы знаете.

Они висели в двух метрах друг против друга и в полуметре от пола. И были абсолютно одинаковыми.

— Уважаемый волшебник, — сказал я, — послушайте потоки магии еще раз, пожалуйста. Потому что, прежде чем я войду в одну такую штуку, я хочу быть уверен, что она окажется именно той штукой, в которую мне надо войти.

Морган серьезно кивнул и закрыл глаза.

Понимаете, что я имею в виду? Это ловушка. Два абсолютно одинаковых портала, но один из них ведет в подземелье к двери Колодца Хаоса, которое вряд ли является самым приятным местом на этом свете, а другой — в какое-нибудь другое подземелье, которое может оказаться еще менее приятным. И в нем может обитать, к примеру, дракон. Или Балрог. Или какая-нибудь тварь, которая Толкину не снилась в самом кошмарном сне.

Шансы попасть куда надо пятьдесят на пятьдесят. Это с точки зрения статистики. В жизни же ты с девяностопятипроцентной вероятностью сначала выберешь не тот вход.

— Нет, — признал Морган. — Я не могу определить, куда они ведут.

— Рад это слышать, — сказал я. — Что ж, похоже, нам требуется доброволец…

Зря я это сказал. Убиение Темных Властелинов — это мое дело, потому мне следовало шагнуть в портал молча. Меня подвела любовь к театральным эффектам. До меня за нее поплатились своими жизнями другие персонажи, а я, как выяснилось, рисковал не своей.

Не успел я произнести слово «доброволец» до слога «лец», как мимо меня промелькнула коренастая и бородатая молния и исчезла в левом портале.

Я подался за ним, но меня остановили. Они были правы, конечно, и я хорошо их понимал. В их глазах я был слишком ценен, чтобы рисковать. И они верили в силы и волю Кимли.

За те пять минут, что его не было, я похоронил доблестного гнома не меньше сотни раз.

А потом, спустя пять долгих и бесконечно мучительных минут, он появился, еще более ободранный и запыхавшийся, с добрым десятком новых царапин на кольчуге. Молота при нем не было, а топор был весь вымазан в черной жидкости, в той самой, которой был залит пол перед дверью.

— Не то, — прохрипел Кимли. — Клянусь шахтами старого Баркуда, не то!

Вслед за ним из портала полезли зомби. Хорошо, что пропускная способность этой черной дыры была не столь велика и одновременно более двух зомби из нее вылезти не могли. Я встал напротив и отстреливал их попарно, как тарелочки в стендовой стрельбе, пока Морган подбирал подходящее для прекращения этого безобразия заклинание.

Вспышка, грохот, запах озона, и в башне остался только один портал.

— Что там было? — спросил я Кимли после того, как он надышался вволю.

— Зомби, — сказал он. — Еще больше, чем во дворе. Там целая пещера, огромная, и забита зомби, как…

— Это резерв, — сказал Морган. — Портал всегда можно перенацелить, и эта орда навалится в тыл лорду Келвину и его армии. Нам нужно спешить.

— Вот здесь поподробнее, — сказал я. — Кому это нам? Мне казалось, что моя разборка с Темным Властелином — дело приватное.

— Я пойду с тобой, — сказал Морган, и такая твердость была в его словах, что я не решился спорить.

— Ритуал, который распечатает Колодец, должен быть проведен сегодня вечером, — сказал Морган. — Или сегодня ночью. Он требует подготовки, так что Темный Властелин уже должен быть рядом с дверью. И только потому, что он там, а не в Черной Цитадели, нам удалось зайти так далеко. Теффас, Кимли, Галадриэль, в этом бою вы ничем не сможете помочь Избранному, поэтому вы туда не пойдете. Вы останетесь здесь и будете держать дверь. Никто не должен пройти порталом после нас. Если мы победим, мы дадим вам знать. Если нет… — он помолчал, — вы поймете. Но ни в коем случае не идите за нами.

— Возьми это, — сказал я, протягивая свой пистолет Кимли. — Он готов к стрельбе. Наводи на врага эту трубку и нажимай на крючок.

— Я — гном, — сказал Кимли. — Но я не идиот. Я видел, как ты с ним обращаешься.

— Удачи, — сказал я, пожимая его руку. — Она понадобится нам всем.

— Удачи, — эхом откликнулся гном.

— Удачи, — сказал Теффас, салютуя мне клинком.

— Удачи, любимый. — Галадриэль поцеловала меня в губы.

— Увидимся, — простился я с ней прощанием парашютистов.

И мы с Морганом прошли в портал.