Волшебный мир «Табеллы» - Михайлов Михаил Михайлович - Страница 58

Прочная кожаная куртка +7 Выносливость.

Крепкие кожаные штаны +5 Сила.

Красивая рубашка +3 Выносливость.

Легкие сапоги из свиной кожи +5 Сила.

Ремень храбреца +4 Сила.

Шапка с пером +3 Сила.

Перчатки +10 % к владению топорами.

Кожаная фляга +5 % к скорости восстановления Выносливости при употреблении любых напитков из нее.

Свиток Кристальной метели (на обширном участке местности около тридцати квадратных метров возникает облако, состоящее из небольших кусочков льда, наносящее урон -200 единиц каждые две секунды, -50 % от всех характеристик и бафов; -50 % ориентирования на местности; -70 % скорости передвижения; время действия – 30 секунд).

Свиток Липкой лавы (на участке в сто квадратных метров появляется огромное пятно лавы, наносящее каждую секунду по 80 единиц урона; – 70 % скорости передвижения; – 30 % всех характеристик и бафов; – 40 процентов к прочности доспехов; время действия – 30 секунд).

Свиток Железного тела (на одну минуту персонаж игнорирует все негативные воздействия, за исключением божественной магии).

Свиток Определения сущности (позволяет узнать скрытые характеристики предмета).

Пять эликсиров +15 Сила.

Пять эликсиров +15 Выносливость.

Эликсир сокрытия +75 % Невидимости.

Глава 16

Дверь, которая появилась в ЛК с посещением меня Золотым Вождем, вела в лес. Стоило мне шагнуть через порог и дождаться окончания радужных сполохов перед глазами, как очутился на красивой лесной полянке, со всех сторон окруженной огромными деревьями, поднимающимися к небу на десятки метров.

Внимание, вы первым посетили новую локацию – Ведьмина чаща. Все ваши навыки и приобретаемый опыт получают +50 % к скорости роста. Возможность отыскать клад, схроны, а также число редких и дорогих предметов в них увеличиваются на +50 %.

Внимание, отношение с Картографом увеличилось на +10, всего: 25.

Внимание, сведения с вашей карты недоступны для других игроков до момента введения локации в общий игровой мир.

Прочитав надпись, которая изрядно подняла мое настроение, я огляделся по сторонам и немедленно обратил свое внимание на небольшой домик, расположившийся за моей спиною почти в центре поляны.

Больше всего строение напоминало классическую избушку Бабы-яги, только куриных ножек не хватало да черепов на острых кольях у завалинки.

– Ух ты! – не удержался я от возгласа и тут же в полный голос отбарабанил всем известную фразу: – Избушка, избушка, повернись к лесу задом, а ко мне передом!

И замер с открытым ртом и выпученными в изумлении глазами, когда с громким скрипом входная дверь распахнулась и из темного нутра прозвучал недовольный старческий голос:

– От маладец, от развеселил… к лесу задом, ко мне передом! А почто решил, что она такую милость тебе окажет? И, к слову, рази не видишь, что она и так передом на тя смотрит?

– Упс… извините, – смущенно пробормотал я.

– Чавось шепчешь-то там, маладец?

– Извините, говорю. Просто вспомнил одну, хм, считалочку из детства про избушки, что в лесу стоят, ну и решил ее вслух озвучить.

– Да никак, маладец, из детства не вышел по сию пору?! – язвительно произнес голос и разразился громким, каким-то кашляющим смехом. Веселье невидимки продолжалось минут десять, и за это время успело поставить меня на край неконтролируемого бешенства. Едва-едва смог удержать себя в руках и не ринуться внутрь домишки с топором наголо, чтобы проучить юмориста-НПС.

– А кто-то в него впал, – зло произнес я, когда чужое веселье стало затихать, чем вызвал еще несколько минут смеха у собеседника (или собеседницы, так как точно определить по голосу половую принадлежность не смог).

– Повеселил, повеселил меня, маладец, – проговорил невидимый НПС. – Что ж, заходи на огонек.

С минуту я стоял и обдумывал предложение, опасаясь, что прямиком суну голову в одну из ловушек – например, гнездо лесных разбойников, но потом махнул рукой: сложно слишком, да и домик с виду очень мал, чтобы скрыть внутри много народу.

– Спасибо за приглашение, отказываться не буду.

Быстро, хотя некоторая опаска и присутствовала, я дошел до крылечка и попытался заглянуть внутрь, благо что дверь была распахнута широко. Но, несмотря на яркий солнечный день, света внутрь попадало… да толком и не могли попасть солнечные лучи в избушку. Сплошь одна темнота да непонятные силуэты то ли мебели, то ли странных неподвижных фиг-знает-что-за-штук.

– Чой-то не торопишься в гости, все мнешься на пороге, – поинтересовался голос. – Ай боишься, маладец, чегой-то?

– Да не, это я так, – буркнул я, в два шага пересек крылечко и перешагнул порожек. И в тот же миг дверь за спиною молниеносно закрылась, чувствительно наподдав пониже спины. К счастью, несмотря на сильный подж… толчок, хитов с меня ни одного не сняли.

Я даже испугаться не успел, оказавшись в полной темноте, когда впереди мелькнула искра, другая, а потом превратилась в крупный огонек, трепетавший на кончике лучины. Еще через несколько секунд пламя разгорелось настолько сильно, что я наконец-то смог рассмотреть того, кто недавно говорил со мной и сейчас держал лучину. Вернее, ту.

На сундуке, стоящем возле стены, сидела невысокая бабулька с таким сморщенным лицом, что тут же промелькнули мысли о схожести с большой изюминкой. Седые волосы торчали во все стороны и слегка шевелились, словно обдуваемые невидимым и неосязаемым для меня ветерком, на носу чернела крупная бородавка, а глаза, необычайно яркие и ясные для человека столь преклонного возраста, были разными: левый – зеленый, правый – карий, почти черный.

Пестрые цыганские юбки прикрывали ноги старушки до самых ступней, на которых красовались лапти из тоненьких, не шире моего мизинца, полосок лыка. Меховая жилетка с высоким воротником не скрывала худющих морщинистых рук.

«Тиша», – прочитал я имя, высветившееся над головою старушки.

– Насмотрелся, маладец? – хитро прищурив левый глаз, взглянула на меня Тиша. – По нраву тебе али милее встречал?

– Кха, кха, – поперхнулся я воздухом, застигнутый вопросом старушки на вдохе. – Это в каком смысле?

В ответ собеседница вновь рассмеялась; к счастью, ненадолго.

– Ох и потешный ты!.. Говори, чего пришел?

Резкий переход от смеха к серьезности прошел незаметно для меня: вот только миг назад уголки старушечьего рта изгибались в улыбке, а потом раз – и сжаты в узкую полоску, а глаза пристально смотрят на меня.

– Да так, – пожал я плечами, – гуляю… вроде.

– Гуляешь, значит? Уж не от жинки ли на сторону?

– Да я…

– Плохое место ты выбрал для прогулок, плохое. Уж и не помню, когда в последний раз с такими, как ты, говорила. Те молодые были да веселые, все глазками постреливали, да только не для них моя любовь была.

– А для кого? – заинтересовался я, рассчитывая на получение квеста.

– Уж не сам ли себя в мыслях видишь?

– Э?..

– Не для тебя, уж огорчу своими словами, – усмехнулась старушка. – Не пришел еще тот молодец, кому сердце отдам.

– Так я могу попытаться найти его и передать пару словечек или письмо, – предложил я свои услуги. – Только приметы расскажите, бабушка.

– Не бабушка я тебе, – сверкнула глазами собеседница. – Али имени моего не знаешь? Али позабыли про ведьму Тишу из темной чащи?

– Знаю имя, знаю, – смутился я. – Просто как-то не привык к людям в возрасте обращаться только по имени.

Сказал и тут же спохватился: а ну как ведьма вспылит, услышав про свои годы? Но обошлось.

– А ты, маладец, так и называй меня – ведьма Тиша, – спокойно проговорила собеседница. Потом воткнула лучину промеж бревен и с кряхтением поднялась с сундука.