Записки фаворитки Его Высочества - Куно Ольга - Страница 37

— Да, и еще, — задержал его Рауль. — Передай дознавателям, чтобы не перестарались. Мне нужна вся предельно подробная информация о том, что сделал Вилстон. Но то, чего он НЕ делал, меня не интересует. Пускай имеют это в виду.

Кивком головы принц дал офицеру понять, что тот свободен. Я собралась направить лошадь к конюшне, но голос Росса заставил меня задержаться и снова прислушаться.

— Ваше высочество, какое счастье! Мы буквально сбились с ног. Какая радость, что все обошлось!

— Вы называете это «обошлось»? — ледяным голосом спросил Рауль.

Холодность тона не укрылась от внимания советника.

— Что вы имеете в виду, ваше высочество? — нахмурился он.

— Я имею в виду, что от ваших сбитых ног мне нет никакого прока. Я жду вас у себя через полчаса.

С этими словами принц демонстративно повернулся к Россу спиной, давая понять, что разговор окончен.

Любопытно, как поступит Росс теперь? Учитывая занимаемую им (пока еще) должность, соображать он должен быстро. Лично я бы на месте советника побежала упаковывать вещи, так чтобы через полчаса и духу моего во дворце не было.

Сопровождаемый несколькими придворными, Рауль скрылся в здании. Я подозвала к себе его камердинера, прежде чем тот удалился следом за остальными. Камердинер приблизился к фургону, опасливо поглядывая на высунувшую наружу нос болонку.

— Распорядись на кухне, чтобы в покои принца доставили какой-нибудь еды, — велела я. — Причем пускай поторопятся, в противном случае он может съесть лично тебя. Да, и еще!

Вытянув руку, я извлекла из фургона сапог. Вообще-то я вспомнила о нем раньше, но бежать следом за принцем с сапогом и выкриками: «Ваше высочество, вы забыли!» — показалось мне неразумным.

— Вот, забирай, в хозяйстве пригодится! — сказала я, передавая сапог камердинеру.

Тот с удивлением уставился на врученный предмет, сперва припоминая, сколько сапог только что было на принце, а затем прикидывая, сколько у принца ног. Приводя мозг несчастного в полное смятение, я почему-то уточнила:

— Четвертый сапог заберешь у Пьера.

Камердинер окончательно отчаялся подсчитать, сколько ног у Рауля, а я с чистой совестью направилась в конюшню.

Помощь мне действительно не понадобилась: доставить в оранжерею тринадцать собак, трех соколов и одного ворона не составляло особого труда. Помощь потребовалась тем придворным, которые встречались нам по дороге, большей частью психологическая. Даже не знаю, почему небольшая стая волкодавов в коридорах дворца так пагубно сказывается на душевном равновесии тех, кто движется ей навстречу. Здоровые мужчины вполне внушительного вида при виде нашей компании вжимались в стену, безуспешно стараясь стать абсолютно плоскими. Один лакей при встрече с нами задрожал как осиновый лист, но тем не менее с пути не свернул и в целом был близок к тому, чтобы выдержать испытание с достоинством. Однако его доконала болонка, сидевшая у меня на руках и громко тявкнувшая, когда мы подошли к нему почти вплотную. Лакей развернулся и с воплем кинулся бежать.

В общем, оказавшись в оранжерее, я почувствовала себя значительно спокойнее. Первым делом накормила псов, еду вчера, конечно, получавших, но все же оставшихся без ужина. Немного костей, прихваченных мною с собой, им перепало, да и наверняка что-то еще они самостоятельно надыбали в лесу, но все-таки я чувствовала себя виноватой. Разобравшись с кормежкой, но прежде чем приступить к прочим своим обязанностям, я рухнула на скамью и, откинув голову на спинку, просидела без движения минут пять, а может, и все десять.

Свою работу — вторую работу, не ту, которая относилась к оранжерее, — я считала выполненной. Человек, стоявший за покушениями, найден и обезврежен. Вполне вероятно, что у него были сообщники, точнее сказать, подчиненные, выполнявшие его приказы, либо наемники вроде Рика Вольфа. Но получить от Вилстона их имена — теперь дело техники, и техникой этой, к счастью, занималась не я, а дознаватели и палачи. Так что моя миссия окончена. Больше можно не разыгрывать из себя фаворитку и не появляться в покоях принца. Это меня более чем устраивает. В сложившейся ситуации продолжать напоказ разыгрывать страсть было бы, мягко говоря, непросто.

— Это правда?

Голос Юджина вырвал меня из очередной обволакивающей дремы, и я непонимающе открыла глаза, силясь поскорее понять, где нахожусь и что вообще происходит. В течение дня я несколько раз вот так задремывала на скамейке. Сказывались напряжение прошедших суток и недосып.

— Что — правда? — хрипло спросила я, насилу проморгавшись.

— То, о чем все говорят? — нетерпеливо уточнил Юджин.

— Нет, — ответила я и, зевнув, снова закрыла глаза.

Помощник секретаря определенно не был настроен дать мне отоспаться.

— Ты вообще знаешь, что все говорят? — спросил он, тормоша меня за плечо.

— Нет, — сонно сказала я.

— Тогда как ты можешь знать, что это неправда? — возмутился парень.

— Можно подумать, сплетни хоть когда-то бывают правдой, — отозвалась я, в очередной раз вынужденно разлепив веки.

— Ты действительно спасла принца от разбойников, воспользовавшись для этого помощью стаи голодных шакалов? — Юджин все еще не желал оставить меня в покое.

От такой новости я закашлялась и даже проснулась.

— Нет, стаи шакалов не было, — горячо возразила я. — Была стая динозавров. И еще с воздуха нас поддерживал косяк летучих крокодилов.

— Кого-кого? — фыркнул парень.

— Крокодилов, кого же еще. Ты разве не знаешь, что разбойников нельзя атаковать без участия летучих крокодилов?

— И как же они делаются летучими? — ехидно поинтересовался помощник секретаря.

— А очень просто. Даешь им приворотное зелье, и они взлетают на крыльях любви.

Вообще со сна очень легко извергать из своих уст поток сознания.

— Кончай морочить мне голову!

Судя по тону, Юджин почти обиделся.

— Так зачем ты морочишь голову мне? — отозвалась я. — Ну какая стая шакалов? В наших лесах и шакалов-то почти не осталось. Уж лучше пускали бы слух про медведей или, скажем, енотов.

— Не увиливай от ответа!

И в кого ты такой настойчивый?

— Задай нормальный вопрос, и я отвечу.

— Это правда, что ты в одиночку вызволила принца из лап бандитов? — чеканя слова, повторил Юджин.

— Ну, в некотором смысле можно сформулировать и так. Наверняка та добрая дюжина волкодавов, которых я привезла с собой, здесь ни при чем. Бандиты просто испугались моего свирепого вида.

— То есть слухи не так уж далеки от истины, — заключил помощник секретаря.

— Удивительно редкий случай.

Я попыталась поуютнее устроиться на скамейке, но сна, какая жалость, уже не было ни в одном глазу.

— Почему ты это сделала? — изумленно спросил Юджин. — Он что, действительно так много для тебя значит?

— Да что вы все заладили: почему да почему? — сердито буркнула я. — Это обыкновенная часть моей работы! Принца никто не мог отыскать целые сутки, а Файдо на это потребовалось не более трех часов.

Судя по подозрительному взгляду Юджина, мои слова не слишком его убедили.

— Лучше скажи мне: Вилстона арестовали? — осведомилась я.

— Да, уже давно.

— О результатах допроса что-нибудь известно?

Юджин покачал головой:

— Все, что касается дознания, держится в строжайшей секретности. Даже Эштон не в курсе. Он, кажется, не слишком этим доволен, жалуется, что принц ему не доверяет.

— Надеюсь, жалуется не лично принцу?

— Нет, конечно. Все больше мне. Как будто я могу чем-то ему помочь.

— Он поступает очень мудро, — кивнула я, вместо того чтобы посочувствовать Юджину. — Если обратится с этим к Раулю, может попасть под горячую руку.

— «К Раулю»? — переспросил секретарь, внимательно глядя мне в лицо.

— А что такого? — сердито откликнулась я. — Его зовут именно так, разве нет?

— Но раньше ты никогда его так не называла.