Полигон безумной смерти - Мурич Виктор Борисович - Страница 72

– Хватит заливать! Честно говоря, очень сомневаюсь, что у гостеприимных, по твоим словам, хозяев были ноги, – останавливаю вошедшего в раж Гниль, окрещенного в Станислава. – Давай по существу.

– А хоть бы и не было! Не даешь человеку пофантазировать! – завозмущался свежеиспеченный хомо сапиенс. – В общем, в Совете обрадовались, слов нет. Циту, успели за последнее время достать всех своими манерами и поведением. Заурядная раса, а ведут себя как сильнейшие. Извини Вика, тебя эти замечания не касаются. Ты слишком человечна, чтобы называться Циту.

– Спасибо. Но я Циту родилась, Циту и останусь. Раса это не перчатки, чтобы каждый день менять, – с легким осуждением в голосе заметила Вика.

– Камень в мой огород? – вкрадчиво поинтересовался Гниль.

– Нет. Просто высказываю свой взгляд на эту тему, – очень серьезно ответила Вика.

– Мальчики и девочки! – заорал я в полный голос. – Я все еще тут! Может хоть кто-то расскажет мне, что произошло?

Вика и Гниль вздрогнули и дружно посмотрели на меня непонимающими взглядами.

– Ах да. Отвлекся… Совет проанализировал информацию, полученную из ваших мозгов, и очень удивился. Видел бы ты лицо представителя Циту… Я не буду вдаваться в подробности, там было много мутных разговоров и выяснений отношений. Результат получился следующий: война остановлена; начата передача пленных Странников; на мир Циту наложен полный карантин; идет разбирательство по поводу информационного оружия и планов господства. Вот в принципе и все. Можно сказать, что мы посадили Циту на долгий срок в яму. Теперь они будут развиваться под строгим контролем. Армия разоружена. Все тяжелое вооружение будет ликвидировано.

– Ну и ну! – удивленно качаю головой. – Славно поработали! Ничего не скажешь.

Вика невесело кивнула и опустила глаза.

– Что такое? – обнимаю ее за плечи. – Почему такое уныние в наших рядах?

– Получается, что я предала свой мир.

– Не путай предательство с помощью. Твои действия помогли предотвратить жестокие замыслы правящей верхушки. Предотвратить войну! Я совершенно не представляю, как происходят у вас военные действия, но, учитывая уровень развития, думаю, что это страшно. Я думаю, что населению твоего мира карантин понравится намного больше, чем война с сильнейшими. – Легонько поворачиваю ее лицом к себе. – Я прав?

– Прав, – она легонько улыбнулась. – Просто трудно самой себе это объяснить. В твоем исполнении это звучит более убедительно.

– У меня осталось всего три вопроса, и я от вас отстану. Почему Гниль стал Станиславом? Откуда взялись наши целые и невредимые тела? И наконец последний вопрос: почему не смотря на глубокое ныряние у меня с мозгами все в порядке?

– Не ныряние а погружение, – поправила Вика.

– А кой черт разница как называется. Суть в результате, – отмахиваюсь я.

– За тела можешь сказать спасибо сильнейшим, а за мозги мне, – зачастил Гниль.

– Как так?

– Вы оказали огромную услугу сильнейшим, предотвратив глобальную войну. Тем более, что у них был конкретный шанс оказаться в полной заднице. Тела это их подарок и благодарность. Они сказали, что будут думать над принятием Земли в Договор.

– А мозги?

– Перед тем, как отдать им на растерзание ваши матрицы я сделал с них копии. А после сильнейшие помогли записать эту самую копию в твое тело. Я сам такое не умею. Ты уж не обижайся, но я в твоей копии кое-что подправил… Мелочевка в основном, но есть и пара крупных изменений. Тебе понравиться.

С ужасом представляю себе эти изменения. От обилия воображения аж мороз по коже пошел.

– Ну с этим вроде как разобрались, – говорю, немного отойдя от шока. – Но зачем и как ты стал человеком?

– Зачем? – Гниль задумался. – Вы прикольные… Иначе выразиться не смогу. У вас все и всегда делается через одно очень конкретное место. Кстати к голове это место не имеет никакого отношения, не обольщайся. Но, не смотря на это, вы всегда добиваетесь чего хотите, а как только получаете желаемое то сразу же теряете к нему интерес. Я хочу побыть человеком, почувствовать все это. Учитывая то, что я сыграл не последнюю роль в разоблачении Циту, то был удостоен вознаграждения. Результат перед тобой.

Он спрыгнул с баркаса и пару раз крутанул сальто. Полетел в стороны песок. Прикрываю ладонью глаза.

А Гниль разошелся не на шутку. За сальто пошли умопомрачительные вертушки, позаимствованные из восточных единоборств и какие-то танцевальные па.

– Ты рад? – поворачивается ко мне Вика.

– Мы вместе. Больше мне ничего не нужно, – провожу указательным пальцем по ее губам. Она шаловливо пытается цапнуть его зубами. – Единственное, что меня огорчает, это то, что Шурик и Артем не дожили до этого дня.

– Вон твои огорчения плетутся, – на мгновение прервал показательные выступления Гниль. – Уже нализались!

Рывком соскакиваю с протяжно скрипнувшего прогнившим днищем баркаса. Вдоль берега, по косточки в воде, обнявшись, шествуют Артем и Шурик. У каждого в руке по бутылке пива. Судя по синусоидальной походке эти бутылки уже далеко не первые и даже не четвертые.

– Ненавижу компьютеры! Ненавижу программистов! – слышен возмущенный голос Артема. – Додуматься – программиста в компьютер сажать. Поймаю – мозги отформатирую.

– И морду набью, – очень авторитетно заявляет Шурик, оторвавшись от бутылки.

– Однозначно! – рявкнул Артем и, потеряв равновесие, рухнул в воду потащив за собой и Шурика.

Пляж огласился протестующими воплями по поводу мокроты воды и глубины луж.

– Откуда? – Даже не знаю что сильнее – радость или удивление.

– Это вторая часть твоего подарка. Образы друзей, безграничная боль утраты и чувство вины перед ними так часто встречались в твоем сознании, что сильнейшие, естественно с моей подсказкой, решили подсобить тебе с этим вопросом. Компьютер полигона вывернули практически наизнанку. Нашлась резервная база данных, а в ней слепки этих алкоголиков. Дальше дело техники.

– Ты счастлив? – встала рядом со мной Вика.

– Да! – прижимаю ее к себе. – У меня есть все, о чем может мечтать мужчина: невероятно обворожительная девушка и верные друзья. Но есть одно крохотное но…

– Ну что еще? – удивленно взглянула на меня Вика.

– Твой шеф что-то упоминал о твоей профессии… Расскажешь?

– Ты хочешь сказать, что если узнаешь что-то ужасное из моего прошлого, то станешь относиться ко мне хуже? – зазвучала в ее голосе ирония.

– Нет! – без тени сомнения отвечаю я. – Просто я очень любопытен.

Шурик и Артем все еще барахтаются на мелководье, безуспешно пытаясь встать.

– Специалист по получению информации, – ответила Вика каким-то непонятным тоном, как будто стесняясь своей профессии. А как же все профессии важны, все профессии нужны?

– Это что-то вроде информационной разведки? – предположил я. – Информационный шпионаж?

– Это что-то вроде специалиста по пыткам, – прервал акробатические упражнения Гниль для того, чтобы разгромить мою версию.

От обилия информации и чувств у меня закружилась голова, и я медленно оседаю на песок.

Очаков 13.08.2002