Глобальная культура коммуникаций - Макаревич Эдуард Федорович - Страница 91

Развивая свою теорию, Штраус делал жесткие выводы. Например, коммунизм и нацизм – зло абсолютное, поэтому борьба с ними должна быть радикальной. А если представить США в качестве субъекта абсолютного добра, борющегося с мировом злом (а его можно найти всегда), то это становится философией развития страны. В этой борьбе объединяются массы, ибо им близки и религия противостояния добра и зла, и государство, которое превращает это противостояние в социальные практики.

Философская доктрина противостояния абсолютных добра и зла Лео Штрауса удивительным образом соответствовала его внутреннему этическому настрою, в котором не последнюю роль играло самомнение. Не зря он так ценил тех древних философов, которые придерживались той точки зрения, что «немытые массы не достойны ни истины, ни свободы».

Философию Штрауса превратил в политический и пропагандистски-идеологический проект американский президент Рональд Рейган. Выступая 8 марта 1983 г. в Орландо (штат Флорида) перед национальным обществом евангелистов, он назвал Советский Союз «империей зла». Это был достаточно жесткий образ, предполагающий мобилизацию сил «добра» для откровенной политической, экономической, идеологической борьбы с носителем «зла» – страной, именуемой СССР.

С этого момента на ключевых постах в экономике, науке, юстиции, средствах массовой информации, системе государственного управления США, в государственной безопасности стали появляться приверженцы философии Штрауса, и с каждым годом их становилось все больше. Примерно в это же время не без их участия Центральное разведывательное управление и другие разведслужбы изменяют направление своей деятельности с аналитического на оперативное, при этом допускается использование любых методов. Так, ЦРУ вернулось к методике 50-х годов XX в., когда оно участвовало в смене политических режимов в некоторых странах Ближнего Востока, Азии, Латинской Америки. Сторонники философии Штрауса действовали, руководствуясь не столько идеологией, сколько нравственно-религиозными принципами и догмами. И противостоять им было трудно.

Последним достижением интеллектуалов школы Штрауса стала концепция политической глобализации. Эта концепция, содержащая идею глобальной демократии, легла в основу миссионерской деятельности Соединенных Штатов Америки. Национальная элита США рассматривала глобальную демократию как самоценную субстанцию, которая необходима всему миру. А раз это субстанция мировая, то и защищать ее должно, по «элитному» разумению, глобальное государство. Роль глобального государства должны играть США, и они обязаны взять на себя ответственность за защиту мировой демократии. В понимании американской элиты эта защита должна сводиться к экспорту демократии в те страны, где ее нет или где она находится под угрозой либо не соответствует глобальным, а по сути американским, стандартам.

К. Райс (в 2000–2004 гг. помощник президента США по национальной безопасности), один из самых верных почитателей теории Штрауса, говорила [307] :

...

«Во внешней политике давно идет спор между так называемой „школой реализма“ и „школой идеализма“. Упрощенно – реалисты принижают важность моральных ценностей, подчеркивая соотношение сил как основу стабильности и мира. Идеалисты подчеркивают примат моральных ценностей и характер общественных формаций как критически важные для отношений государства с другими странами. Возможно, этот вопрос мог бы быть интересен в академических дебатах, но в реальной жизни могущество и моральные ценности нераздельно связаны между собой. Великие державы способны оказывать влияние на жизнь миллионов людей и изменять ход истории. И моральные ценности великих держав имеют значение. Если бы Советский Союз выиграл „холодную войну“, сегодняшний мир был бы иным… Американский идеализм – вот проблема мира… без этого самого американского идеализма не было бы ни освобожденного Ирака, ни объединенной Германии, ни свободной России. Идеализма и людей с горячими сердцами, мечтавших о свободе…»

Поэтому главная цель США – распространение свободы и демократии по всему миру.

Президент США Дж. Буш-младший оказался весьма восприимчив к идеям младоинтеллектуалов штраусовского толка. Он продолжил творчески развивать проекты Рейгана, хотя в новых условиях, но на основе той же штраусовской философии. В ноябре 2003 г., выступая по случаю 20-летия созданного Рейганом фонда «National Endowment for Democracy», он заявил о начале глобальной демократической революции и в связи с этим о новой внешней политике США, главной целью которой становится распространение свободы в мире. А в марте 2005 г. в Конгресс США несколькими конгрессменами был внесен законопроект, регламентирующий продвижение демократии и демократических ценностей в недемократических странах. Сочинили этот документ в стенах Гудзоновского института политолог, дипломат и бизнесмен М. Палмер, политологи М. Горовиц и Б. Тантильо и юрист Э. Кадель. Неформальным лидером этого «авторского коллектива» был Палмер, который незадолго до того написал книгу, название которой можно перевести так: «Сломать ось зла. Как к 2025 году устранить от власти последних диктаторов». В ней он описал условия, принципы, методы смены режима в той или иной стране [308] .

Известные американские политологи Ф. Фукуяма, Дж. Муравчик и др. приветствовали выход этой книги. Довольны были и политики-практики, в частности бывший директор ЦРУ Д. Булей, лидеры Демократической партии в Конгрессе США Н. Полоси и Д. Байден. Мысли и настроения соратников Палмера удачнее всех выразил Вулси: «В ходе трех мировых войн (двух горячих и одной холодной) мы и наши союзники освободили большую часть человечества. Марк Палмер показал нам, каким образом нужно довести наше дело до конца» [309] .

Этому делу и должен был служить Закон о продвижении демократии и демократических ценностей в недемократических странах. В практической части законопроекта речь шла о финансировании групп и лиц, которые способствуют продвижению демократии. В Госдепартаменте США тогда наметили создать отдельное Управление по демократическим движениям и переходным процессам. В ряде американских посольств планировалось открыть региональные демократические центры. Американских дипломатов должны были поощрять за трудную работу по продвижению демократии [310] .

Особенность влияния США на продвижение демократии в мире заключалась не столько в использовании ресурсов ЦРУ, как в годы «холодной войны», сколько в использовании могущества американской правящей элиты. Вот что пишет об этом теоретик глобального лидерства США 3. Бжезинский [311] :

...

«Появление американской гегемонистской элиты является неизбежным следствием роста американской мощи в последние полвека. В то время как США в период „холодной войны“ и после ее окончания выполняли свои глобальные обязательства, постепенно складывалась соответствующая всемирная военно-политическая структура, управляемая исполнительной властью и обеспечивавшая реализацию постоянно усложнявшейся роли Америки в мире. Со временем колоссальный дипломатический аппарат, военные инфраструктуры, системы сбора разведывательной информации и бюрократические интересы объединились для управления этим всеобъемлющим присутствием Америки в мире. Воодушевленные концентрацией знания, интересов, власти и ответственности, имперские бюрократы стали смотреть на себя как на людей, обладающих всем необходимым для того, чтобы определять поведение Америки в этом сложном и опасном мире».

Сегодняшние PR-революции, бескровные перевороты в странах с неугодными США режимами обеспечиваются тремя факторами: теоретической доктриной, организацией и финансами. Достаточно эффективным средством изменения мира они стали благодаря концепциям таких теоретиков-политологов, как 3. Бжезинский, Д. Най и М. Палмер. Доктрина Бжезинского о диалектике мирового господства и глобального лидерства рассматривает перспективы развития человечества с точки зрения глобализации и распространения демократии под управлением американской элиты. Дополняют эту доктрину теория «мягкой силы» (soft power) Ная и понятие «власть народа» (people power), которое появилось в 1986 г., когда в США решили, что президент Филиппин Ф. Маркос должен уйти со своего поста.