Спящий убийца - Кристи Агата - Страница 32

– Возможно, вы сочтете это весьма нескромным… – начала Гвенда, но он перебил ее:

– Что здесь странного? Я не такой уж щепетильный человек. Вы хотите отыскать определенного человека и полагаете, что я могу вам помочь. Спрашивайте все, что хотите, мне нечего скрывать. – Он задумчиво посмотрел на нее. – Так вы дочь Холидея?

– Да. Вы знали моего отца?

Он покачал головой.

– Я зашел как-то навестить Элен, когда оказался в Дилмуте по делам. Я знал, что она вышла замуж и живет там. Она была довольно любезна. – Он помолчал немного, потом закончил фразу: – Но не пригласила остаться на обед. Нет, я не был знаком с вашим отцом.

«Не возникла ли, – подумала Гвенда, – озлобленность из-за того, что Элен не пригласила его остаться на обед?»

– Как вам показалось тогда: она выглядела счастливой?

Эффлик пожал плечами:

– Достаточно счастливой. Но ведь с тех пор прошло много времени. Я наверняка запомнил бы, если бы она выглядела несчастной. – Он добавил с любопытством, казалось бы, совершенно естественным: – Вы хотите сказать, что ничего не слышали о ней целых восемнадцать лет?

– Ничего.

– А письма?

– Было два письма, – ответил Джайлс. – Но у нас есть некоторые основания полагать, что они написаны не ею.

– Вы думаете, что их написала не она? – Эффлик казался слегка удивленным. – Ну прямо-таки фантастика. Как в кино.

– Вот и нам кажется то же самое.

– А что насчет ее брата, того доктора, он-то знает, где она?

– Нет.

– Понятно. Тайна, покрытая мраком. Почему бы вам не дать объявление?

– Уже давали.

Эффлик обронил, будто невзначай:

– Похоже, ее нет в живых. Вы могли не знать об этом.

Гвенду прохватила дрожь.

– Вам холодно, миссис Рид?

– Нет. Я вдруг представила себе Элен мертвой, хотя не допускаю мысли о ее смерти.

– Тут вы правы. Я тоже не хочу об этом думать. Она была потрясающе красива.

Гвенда импульсивно воскликнула:

– Вы знали ее! Знали ее хорошо! У меня же о ней сохранились только детские воспоминания. Какая она была? Как к ней относились люди? И какие чувства вы испытывали по отношению к ней?

Он молча смотрел на нее несколько мгновений, потом заговорил снова:

– Я буду откровенен с вами, миссис Рид. Хотите – верьте мне, хотите – нет. Мне было жаль девочку.

– Жаль? – Она устремила на него удивленный взгляд.

– Именно так. Тогда она только что возвратилась после окончания школы. Ей хотелось развлечений, как любой девушке, а тут этот суровый старший брат со своими допотопными воззрениями, что можно ей делать, а чего нельзя. Никакой радости не было у этого дитяти. Ну, я проявил к ней внимание, познакомил немного с жизнью. Я не очень интересовался ею, так же как и она мной. Ей просто нравилось казаться сорвиголовой. Потом, конечно, стало известно, что мы встречаемся, и брат решил положить этому конец. Но я не виню его. Он хотел отделаться от меня. Мы не были помолвлены, ничего подобного. Я собирался жениться со временем, но только когда стану немного постарше. Я хотел встать на ноги и найти жену, которая помогла бы мне в этом. У Элен не было денег, и поэтому она никак не могла меня устроить. Мы были просто хорошими друзьями, только немного флиртовали.

– Но вы, должно быть, сердились на доктора…

– Я был раздражен, признаю, – подтвердил Эффлик. – Вы тоже не придете в восторг, если вам скажут, что вы недостаточно хороши. Но знаете, не следует быть тонкокожим.

– И потом, – сказал Джайлс, – вы лишились работы.

Лицо Эффлика утратило свое благодушное выражение.

– Меня уволили. Из фирмы «Фейн и Уотчмен». И я прекрасно понимаю, кому я должен сказать за это спасибо.

– Вот как?! – желая подстегнуть Эффлика к дальнейшим откровениям, воскликнул Джайлс, но тщетно.

– Я не намерен пускаться в рассуждения. У меня есть свое мнение на этот счет. Меня подставили, и я прекрасно знаю, кто это сделал. И почему. – На его щеках проступил румянец. – Грязное дело – шпионить за человеком, расставлять ему ловушки, распускать ложные слухи о нем. О, у меня, конечно же, были враги. Но я так и не дал им одолеть меня. Я всегда платил им той же монетой.

Он замолчал. И тотчас же от его гнева не осталось и следа. Он снова стал добродушным.

– Боюсь, что не смогу вам помочь. Кое-какие невинные забавы между мной и Элен – и только. Дальше дело не пошло.

Гвенда пристально посмотрела на него. Рассказанная им история была проста, но насколько она правдива? Что-то внушало ей сомнения, и вот она поняла, что именно.

– И тем не менее, – сказала она, – виделись с ней, когда позже приезжали в Дилмут.

Он засмеялся.

– Вот вы и поймали меня, миссис Рид. Да, это так. Наверное, хотел показать ей, что не пошел на дно, после того как этот зануда адвокат выгнал меня из своей конторы. Я основал собственное дело, разъезжал в шикарном автомобиле и очень много зарабатывал.

– Вы приезжали навестить ее не один раз, не так ли?

Он помедлил немного, потом сказал:

– Два, а может быть, три раза. Просто заезжал по пути, – а потом добавил, как бы давая понять, что разговор окончен: – Сожалею, что не могу вам помочь.

Джайлс поднялся.

– Мы должны извиниться, что отняли у вас так много времени.

– Все в порядке. Приятно для разнообразия поговорить о старых временах.

Дверь приоткрылась, и в комнату заглянула женщина, которая тут же вежливо извинилась:

– О, прошу прощения, я не знала, что ты здесь не один…

– Входи, дорогая, входи. Познакомьтесь с моей женой. Это мистер и миссис Рид.

Миссис Эффлик пожала им руки. Это была высокая, худая женщина с унылым лицом, одетая в неожиданно хорошо сшитое платье.

– Вспоминали старые времена, Дороти, – сказал мистер Эффлик. – Еще до того, как я встретил тебя. Мы познакомились с женой во время круиза, – объяснил он. – Она не из здешних краев. Кузина лорда Полтерхема, вот она кто, – с нескрываемой гордостью изрек он, а худая дама залилась краской.

– О, эти круизы совершенно бесподобны, – заметил Джайлс.

– Особенно в познавательном плане, – согласился Эффлик. – А то у меня нет никакого образования, о котором стоило бы говорить.

– Я уговариваю мужа отправиться в круиз по Греции, – сказала миссис Эффлик.

– Нет времени. Я занятой человек.

– И мы не смеем дольше задерживать вас, – сказал Джайлс. – До свидания и благодарим вас. Так вы сообщите мне по поводу экскурсий?

Эффлик проводил их до дверей. Гвенда взглянула через плечо на миссис Эффлик, стоявшую в дверях кабинета и неотрывно смотревшую вслед мужу. В ее лице читалось любопытство и какая-то смутная тревога.

Джайлс и Гвенда попрощались еще раз и направились к своему автомобилю.

– Тьфу ты! Я оставила там свой шарф! – воскликнула Гвенда.

– Обычная история, – буркнул Джайлс.

– Не строй из себя мученика. Я сейчас вернусь.

Она побежала обратно к дому. Из открытой двери кабинета до нее донесся громкий голос Эффлика:

– Почему ты всюду суешь свой нос? И всегда попусту.

– Мне очень жаль, Джекки. Я не знала, что ты не один. А кто эти люди и чем они тебя так расстроили?

– Они вовсе не расстроили меня. Я… – Он замолчал, увидев Гвенду в дверях.

– О, мистер Эффлик, я не оставила здесь шарф?

– Шарф? Нет, миссис Рид. Здесь нет никакого шарфа.

– Извините. Наверное, я потеряла его где-то еще. – И она удалилась.

Джайлс развернул машину. Припаркованный у обочины дороги, стоял огромный желтый лимузин, сверкающий хромом.

– Вот это машина! – воскликнул Джайлс.

– «Шикарная машина», – добавила Гвенда. – Ты помнишь, Джайлс, что, по словам Эдит Педжет, сказала ей в тот злополучный вечер Лили? Лили сделала ставку на майора Эрскина, а не на того «таинственного мужчину в шикарном автомобиле». Разве ты не понимаешь, что таинственным мужчиной в шикарном автомобиле мог быть Джекки Эффлик?

– Да, – согласился Джайлс. – И в своем письме доктору Лили упоминает шикарный автомобиль.