В твоих пылких объятиях - Мур Маргарет - Страница 7

– Ваше величество, я надеюсь, сэр Ричард понимает, что ситуация, в которой я оказалась, отнюдь не располагала к взаимному обмену любезностями. Согласитесь, сир, что ваш дворец, и в частности ваши покои, куда лучше приспособлены для светских бесед, нежели заполненная орущей толпой, провонявшая дымом и рыбой набережная.

Король расхохотался:

– Мило! Не кажется ли тебе, Ричард, что маленький монолог нашей гостьи напоминает речи героинь из твоих пьес?.

Ричард напустил на лицо глубокомысленное выражение.

– Сир, если бы мне пришло в голову описать то, что сегодня случилось, то моя героиня по ходу пьесы обязательно бы влюбилась в смелого парня, который пришел ей на помощь.

Замечание Ричарда вызвало очередную вспышку веселья у монарха.

– Разумеется! – воскликнул он. – Как же иначе? А что думаете по этому поводу вы, мистрис Лонгберн?

– Поскольку я не имела удовольствия видеть на сцене пьесы сэра Ричарда, мне остается только предположить, что он довольно часто прибегает к подобному повороту в сюжете, а это означает, что его пьесы весьма далеки от реальной жизни.

Сэр Ричард слегка порозовел, Элисса же в этот момент неожиданно почувствовала, как угнетенное состояние, в котором она пребывала с самого утра, стало отступать. Более того, в ней воскрес бойцовский дух, и она решила при случае продемонстрировать этому высокомерному джентльмену – сэру Ричарду Блайту, – что она отнюдь не глупенькая деревенская вдовушка, но образованная и понимающая тонкое обхождение дама, которая третировать себя не позволит и безропотно сносить иронические насмешки на свой счет не станет.

Элисса из рассказов побывавших при дворе знала, что король и его приближенные живут страстями, а потому в каком-то смысле считала себя сильнее их всех – хотя бы по той причине, что собственные страсти она давно уже обуздала. Так, во всяком случае, ей казалось.

Она решила держаться настороже, внимательно наблюдать за всем происходящим, а главное – выяснить, зачем его величество король призвал ее ко двору.

– Оказывается, вы не очень доброжелательно настроены к нашему другу, – сказал король. – Что ж… плохо. Это обстоятельство может стать препятствием на пути к осуществлению задуманного нами предприятия..

Стоило только королю с разочарованным видом на нее посмотреть, как дурные предчувствия, которые преследовали Элиссу всю дорогу до Лондона, разом к ней вернулись.

– Нами был составлен план, – продолжал король, – с помощью которого мы намеревались разрешить к общему удовольствию одно щекотливое дельце.

– Щекотливое дельце? – словно эхо откликнулась Элисса.

Король недовольно поморщился: как всякий монарх, он терпеть не мог, когда его перебивали.

– Кажется, вы что-то сказали, мистрис Лонгберн?

– Ничего, ваше величество, – возразила Элисса, стараясь, чтобы ее голос звучал по возможности ровно. – Просто я никак не могу взять в толк, что вы подразумеваете под этими словами.

– Для женщины, которая не читала мои пьесы, но тем не менее считает себя достаточно знающей, чтобы их критиковать, вы демонстрируете сейчас подозрительную некомпетентность, – громко заявил сэр Ричард. – Но к чему лукавить? Я не сомневаюсь, что стоило вам меня увидеть, как вы сразу поняли, какого рода дельце нам предстоит разрешить.

Его величество король устремил на Элиссу проницательный взгляд и сказал:

– Видите, мистрис Лонгберн? Сэр Ричард вас раскусил, даже не зная о том, что вы явились к нам с адвокатом.

– С адвокатом? – с изумлением произнес сэр Ричард.

– Значит, вы, ваше величество, собираетесь говорить со мной о наследстве моего сына? – спросила Элисса, не обратив внимания на удивленное восклицание Ричарда.

– Не о наследстве вашего сына, а о моем родовом имении, – торопливо поправил ее Ричард.

– Имение было куплено моим мужем на законных основаниях, – сказала, как отрезала, Элисса. – И полноправным владельцем имения Блайтов отныне является мой сын Уил.

Мой адвокат готов хоть сию минуту представить все необходимые бумаги.

– Хватит, перестаньте! – За добродушной усмешкой короля крылось недовольство. – Мы отлично знаем, что законно, а что нет. Не об этом сейчас речь. Взгляните лучше на сэра Блайта и постарайтесь понять, до какой степени ему хочется вернуть свое состояние. И он, поверьте, имеет на это право – и в силу того, что это имение принадлежало Блайтам на протяжении шестисот лет, и в силу того, что сэр Ричард оказал нам неоценимые услуги во время наших многолетних скитаний по Европе. Знаете, мистрис Лонгберн, если бы это зависело только от нас, мы бы вернули сэру Ричарду его собственность в тот самый момент, когда наша нога ступила на берег Англии.

– Увы, ваше величество, по закону поместье Блайтов принадлежит мне и моему сыну.

– Мой дядя не имел никакого права его продавать! – вскричал Ричард.

– Ты был в Европе, Ричард, – напомнил сочинителю король.

Элисса подивилась тому, как часто менялись интонации его величества, когда он обращался к тому или другому из собеседников. Сейчас, к примеру, в его голосе звучало неподдельное дружеское участие.

– Тем не менее мы полагаем, что нам удалось найти приемлемый выход из создавшегося положения, – с улыбкой закончил король свою маленькую речь.

Ричард и Элисса, как по команде, вскинули на него глаза.

– Я намерен вас поженить.

Глава 3

– На ком же вы хотите меня женить, сир? – спросил Ричард, стараясь сохранить самообладание.

– Только не надо разыгрывать из себя идиота, Ричард, – сказал король. – Ты должен жениться на мистрис Лонгберн.

– Но это невозможно, ваше величество! – вскричала Элисса.

Когда Карл перевел на нее взгляд, в душе Ричарда на мгновение шевельнулась жалость. Хотя король любил женщин и чрезвычайно милостиво относился к прекрасной половине рода человеческого, он умел быть и непреклонным, главное же – он терпеть не мог, когда ему перечили. Так что категоричное заявление мистрис Лонгберн вряд ли могло пойти ей на пользу.

Судя по всему, она тоже об этом подумала, поскольку выражение ее лица изменилось, и теперь она смотрела на короля с таким умильным видом, что ее взгляд мог, казалось, растопить камень, а не только чувствительное королевское сердце.

– Я, ваше величество, не стою и мизинца такого джентльмена, как сэр Ричард. Ведь он украшение вашего двора и все такое, а я лишь глупенькая деревенская вдовушка, – ангельским голоском пролепетала она.

Ричард едва сдержал себя – до того ему захотелось выругаться. То, что она сказала, являлось чистой воды ложью.

Ричард не поверил бы ей, даже если бы она призналась ему в беззаветной любви, хотя мужчины в подобные признания верят охотнее всего.

Да если бы он, Ричард, захотел создать в своей пьесе образ хитрой, прожженной интриганки, ему не пришлось бы долго морщить лоб: для этого ему было бы достаточно понаблюдать за мистрис Лонгберн.

Король покрутил на пальце кольцо с бриллиантом, затем посмотрел на нее и улыбнулся.

– Вы верно описали достоинства сэра Ричарда. Уверен, всякая женщина была бы рада выйти замуж за такого привлекательного и талантливого кавалера, которого мы, кстати, считаем своим другом.

– Ваше величество, мой брак с сэром Ричардом не изменит положения вещей, – заметила мистрис Лонгберн. – Имение в любом случае достанется моему сыну.

– То есть достанется парню, который по чести не имеет на него никаких прав, – вставил Ричард.

– Мой сын – наследник поместья Блайтов и по закону, и по чести! – запротестовала мистрис Лонгберн, мгновенно утрачивая ангельское выражение, запечатлевшееся было у нее на лице.

Ричард подметил, что королю стало надоедать упрямство вдовы Лонгберн, и он едва не улыбнулся при этой мысли.

– Боюсь, ваше величество, что нам нельзя жениться.

Мистрис Лонгберн определенно от меня не в восторге, а я таков, какой есть, и измениться в лучшую сторону не способен.

– Ерунда! – воскликнул его величество. – Мы можем назвать несколько строптивых женщин, которые поначалу всячески сопротивлялись сближению с тобой, но потом все равно оказывались в твоей постели. Кстати, мы не припомним, чтобы потом кто-нибудь из них об этом пожалел.