Клятва наемника - Мун Элизабет Зухер - Страница 35

Глаза маршала подобрели.

— А вы, насколько мне известно, сделали с помощью своего молота большинство клинков в этой деревне…

— Что верно, то верно. Когда у меня есть свободное время, мне нравится выковывать клинки. Эта работа — своего рода искусство. Приятно сделать меч, который выдержит жестокую битву. Но все же…

— Я согласен с вами, господин Доггель. Но капитан просил меня присматривать за порядком после прошлого инцидента. Да и Совет…

После этих слов кузнец заметно поутих. Пакс показалось, что дискуссия подошла к концу.

— Если речь идет о Совете, то я должен рассказать вам обо всем, что здесь произошло. Этот парень пришел ко мне с просьбой подковать лошадь — вон ту, черную, и стал скандалить со мной из-за цены. Лошадь, надо сказать, очень злобная. Допускаю, что сейчас она такой не выглядит, новы только попробуйте подковать ее! Я с ней просто измучился. Но сделал все как положено. И я считаю: если я рискую здоровьем, то должен получить за это сполна.

Кузнец перевел дыхание. Маршал кивнул в знак согласия.

— Так вот: он отказался заплатить сумму, которую я просил. Тогда я его слегка стукнул, чтобы показать — я не бросаю слов на ветер. И тогда он кинулся на меня. Тут как рази подошла эта леди. Сначала я ее не заметил. Она тоже вытащила меч. Я было думал, они заодно, и поднял крик. Но потом понял: она на моей стороне. И тогда я подумал: раз она хочет помочь, пусть и сражается с этим нахалом. Они были под стать друг другу. Он стал одолевать ее, потому что сильнее, но она быстрее и искуснее орудовала мечом. Потом… Трудно оставаться в стороне, когда идет такая заваруха. И я в конце концов стукнул его по голове молотом.

Маршал посмотрел на Пакс:

— Мм. Хочу сказать вам: наш кузнец вполне способен постоять за себя. А вам не следует ввязываться в драки на улицах.

Но прежде чем Пакс успела что-нибудь ответить, кузнец бросился ее защищать:

— Она ни в чем не виновата, маршал. Я думал, вы одобрите ее поведение, даже если она и не из ваших. Она ведь думала, что видит перед собой беззащитного старика, на которого набросился вооруженный бандит. Она поступила благородно.

Маршал подумал немного.

— Ну что ж… Если у вас нет на нее жалоб…

— Нет. Конечно нет.. К тому же я поскользнулся и упал. Она пыталась помочь мне. Конечно же, у меня нет никаких жалоб.

Закончив свою речь, он внезапно повернулся и зашагал обратно в кузницу.

— Я пройдусь с вами до постоялого двора, — сказал маршал Пакс нейтральным тоном.

Пакс последовала за ним вниз по аллее, ведя на поводу обоих животных. Большим пальцем она крепко зажала свое кольцо.

Когда они дошли уже почти до перекрестка, маршал заговорил вновь без всякой преамбулы:

— Если бы я стал защищать вас, старый Доггель обязательно подал бы жалобу в Совет. Он никогда и ни в чем не соглашается со мной и использует любой повод, лишь бы сделать наперекор.

— Значит… Вы не сердитесь на меня?

— За то, что вы пришли ему на помощь? Конечно нет. Но все же запомните: в другой раз вам следует быть осторожнее и не лезть в драку, не удостоверившись, действительно ли нужна ваша помощь. Иначе вас могут убить низа что ни про что. Я предупрежу Хеббинфорда, чтобы он присматривал за вами. А вы отведите эту лошадь на место.

Они как раз подошли к постоялому двору.

Пакс повела высокую черную лошадь в конюшню. И только потом вспомнила, что ее собственный пони остался у маршала. Но тут девушка услышала сзади голоса хозяина постоялого двора и маршала, громкие восклицания прислуги. Волнения, выпавшие недавно на ее долю, остались позади.

Глава IX

Когда она спустилась в тот вечер к ужину, в общем зале стояла тишина. Кто-то уронил блюдо, и оно, упав на пол, со звоном разлетелось на кусочки. По шелесту одежды девушка поняла: одна из служанок наклонилась, чтобы собрать осколки.

Идя по проходу, Пакс ни с кем не встретилась взглядом. Она предпочла занять пустующий стол, ей ни с кем не хотелось сидеть рядом. Но как только она опустилась на стул, гул голосов вновь разнесся по залу. С разных сторон до нее долетали обрывки фраз, но она старалась не обращать внимания на чужие разговоры.

Всем присутствующим уже было известно, что она сделала и почему тот высокий постоялец лежит без сознания в своей комнате наверху. Девушка не знала, как люди объясняют случившееся, но была убеждена: во всех сплетнях непременно упоминается ее имя.

Пакс заказала еду: жареное мясо, грибы, горячий хлеб и пирожные. Уже наполовину покончив с ужином, девушка вдруг вспомнила: на сегодняшний вечер она была приглашена на показательные выступления по боевым искусствам к последователям Геда! Если она задержится здесь еще хотя бы ненадолго, то опоздает. Подумав, она отодвинула тарелки.

— Вам не понравилось? — спросил Хеббинфорд, остановившись у ее стола.

— Нет, дело не в этом. Просто сегодня вечером мне нужно идти на мызу и тренироваться там. А с полным желудком это нелегко.

— Понимаю. Может быть, вам оставить еду? Вернетесь — закончите ужин.

Об этом Пакс как-то не подумала.

— Благодарю вас. Ужин великолепный. Вам не трудно будет оставить его для меня?

— Вовсе нет. Маршал Кедфер говорил мне, что вы, возможно, придете к нему сегодня вечером. Я так понимаю, воины постоянно должны тренироваться, да?

— Да, если мы хотим оставаться в хорошей форме. А я, по правде говоря, уже давно по-настоящему не тренировалась.

— А сражения не в счет? — В его голосе слышалась ирония. Пакс хотелось ответить резко, но она сдержалась.

— Нет. Бой может длиться и недолго. И он не всегда показывает, какие именно приемы нужно отрабатывать в первую очередь. Поэтому лучше тренироваться каждый день. Именно так мы поступали в отряде герцога. Но никто не может делать это на сытый желудок.

Пакс вынула из кошелька несколько серебряных монет, чтобы расплатиться. Когда она наконец встала и повернулась, собираясь выйти из зала, то заметила, что несколько пар глаз внимательно наблюдают за ней.

Хотя на улице стояла кромешная тьма, Пакс уверенно шла по дороге. Путь ее освещал свет, льющийся из открытых окон. На каждой стороне моста горели фонари. Мыза тоже была хорошо освещена: вдоль окружавшей ее стены были зажжены факелы. Подойдя ближе, девушка увидела, что ворота охраняются часовыми. Впереди шли двое, одетые в темную одежду. Перед воротами они остановились, чтобы поздороваться.

Подойдя совсем близко, она увидела, что часовые очень молоды. Они держали в руках длинные деревянные палки и были очень горды тем, что им доверено охранять вход в столь важное место. Она остановилась перед воротами и услышала шепот этих юнцов. Они оба смотрели на нее широко открытыми глазами.

— Я — Паксенаррион, дочь Дортана. Маршал пригласил меня прийти на соревнования по воинскому искусству, — сказала она.

— Вы… вы — та самая леди, которая пришла сюда из-за гор, да?

— Да. Могу я пройти?

— О да… если вас пригласил сам маршал, конечно, проходите… А вы действительно воин, как говорят?

Этот вопрос она услышала, уже находясь на территории мызы. Пакс повернулась к мальчуганам. Ее рука лежала на рукояти меча.

— Да. А вы сомневаетесь?

— Разумеется нет, леди. Просто нам интересно.

Пакс пошла в сторону усадьбы, оглядываясь по сторонам. Маленький дворик был окружен со всех сторон факелами, установленными на стенах. Она увидела, как какой-то человек усердно тренировался — делал наклоны до земли, стараясь коснуться ее пальцами. Видимо, упражнение давалось ему нелегко, потому что он то и дело кряхтел. Двое других внимательно рассматривали наконечники копий, старательно начищая их пемзой. Через ворота проходило все больше и больше людей. Кругом слышались приветствия и обрывки разговоров.

Из открытых дверей дома вышел Амброс. В руках у него были короткие дубинки, которые он свалил в кучу рядом со стеной. Выпрямившись, он увидел девушку.

— А, Паксенаррион, добро пожаловать. Маршал Кедфер будет очень рад видеть вас. Проходите внутрь и отдыхайте. Он будет здесь через несколько минут.