Дневники 1930-1931 - Пришвин Михаил Михайлович - Страница 106

У Старцева было дело и на совести, конечно, ряд компромиссов: дело с компромиссами, как известно, собственно и называется делом, в отличие, например, от дела науки, поэзии, семейной жизни и тому подобного. Я понимаю так, что у Старцева, как у большинства русских крупных, средних и мелких купцов, жизнь была сплошь дело, и вот среди этой сплошной серости является большая гора имени Старцева, по высочайшему повелению обозначенная так на всех картах Тихого океана, омывающего русские берега. Подумайте! Ведь эта гора для делового купца была, во всяком случае, не меньше же, чем имя для знаменитого литератора, которого, согласно с его особенным значением, хоронят в Ленинграде, напр., на особенных литературных мостках Волкова кладбища: Тургенев, Белинский и много других знаменитостей. Как не понять теперь, что купец Старцев, умирая, в предсмертной тоске и холоде близкой могилы преодолел всю суету сует своего дела, осознал, быть может, и ничтожество тех людей, которых он произвел и которые будут продолжать… Гора, только высокая гора осталась в его воображении на смертном одре, и на горе имя Старцева.

Да, это надо тоже принять во внимание, что имя, связанное с частью земли, отличается особенной прочностью. Возьмите улицы, устроенные человеческой рукой, как скоро они переменяют названия: Миллионная улица в Ельце теперь уже улица Розы Люксембург, или даже имена городов: Петербург, Петроград, Ленинград. Но посмотрите на послереволюционную карту Дальнего Востока: все тот же залив Петра Великого, и полуостров генерал-губернатора Муравьева-Амурского, и залив Посьета, остров Фуругельм и множество других адмиралов и генералов, счастливо связавших свои имена с самой землей. Понятно ли вам? Океан, вечно бунтуя, для отдыха, для замыслов нового бунта оставляет себе эти твердые мысы, косы, уютные бухты и огромные скалы. А человек, постоянно блуждая в постоянных туманах Тихого океана, вполне понятно, хочет иметь на этих твердых пристанищах имена более твердые, прочные, человек более консервативен в морских именах. И вот среди этих прочных имен гора Старцева!

Да, кто из нас, имея за собой такую огромную гору, захотел бы отказаться и лечь просто на низком месте православного кладбища. Некоторые говорят, будто родные, принимая во внимание огромные трудности доставки трупа на высоту горы, объяснили желание покойного лечь на горе предсмертной ненормальностью и похоронили его на сравнительно небольшой высоте, откуда, впрочем, тоже видно и хозяйство, и бухта Назимова с промыслом, катерами и лодками. Недурное место, вид превосходный, и близким всегда обеспечена возможность в четверть часа подняться на гору и побыть на могиле. Другая версия передает так, что родные тут ни при чем, что будто бы процессия с телом уже тронулась, было, на Старцеву гору, но корейцы, несшие гроб, устали, возмутились нелепостью своего дела, забастовали, не донесли и похоронили много ниже того, чем хотелось покойнику. За первую версию говорит то, что могила, в конце-то концов, расположена не на покати Старцевой горы, как передает версия «несли — не донесли», а совсем на другой горе и очень обдуманно — над всем хозяйством. Но вернее всего было, я думаю, что родные отвергли желание покойника и отнеслись к нему, как к безумному бреду. Но мне нравится версия «несли — не донесли», потому что она умнее и глубже, больше дает горизонта для раздумья о прошлом: ведь мне думается, что ведь и всю-то русскую буржуазию тоже как будто не донесли…

Материалы: могила Старцева раскопана, валяются кирпичи, обломки бюста, озорной олень-Мишка чешет окостеневшие шишки пантов о кирпичи. Над раскопанной могилой решетник, едва прикрытый кирпичами. В могиле цинковый гроб и череп Старцева. Кости растащили собаки, лисицы. Разрыта могила в недавнее время. На вопросы, кто делал это, зачем? отвечали: хотели достать перстень и медальон, и что достали, и медальон у… имя не назвали. Другие более корректные говорили, что нуждались в кирпиче и цинке по хозяйст. соображениям. Но кирпич весь на могиле, цинк в могиле. Покрывают, не желая попасть в свидетели окаянного дела. Кто Каин? Он был русский, никакой другой народ не дошел до последней черты окаянства, только русский. И самый русский, самый хороший, добрый русский скажет, что нет такого окаянства нигде и не может быть ни у одного народа. Кто же был Каином в этом случае, кто разрыл могилу? Я напрягал свое воображение, расспрашивал долго. Наконец, мне шепнули, что это сделал студент зоотехник, один из учеников знаменитого Мантейфеля. Я его лично знаю: юноша милого вида и по всей вероятности бессознательный последователь наших знаменитых ученых нигилистов и скептиков. Но в это время нигилисты питались верой простого народа. Теперь же, когда простой народ стал сам нигилистом, откуда же должен брать питание интеллигент-нигилист, потому что если мы говорим о Каине, то думаем об Авеле. Вероятней всего юноша, разрывший могилу, делая это бессознательно, покормил лисиц, посмотрел оленей, делать было нечего, вот и вздумал…

7 Сентября. Солнечное утро. Трамваи пошли. Живая мама.

Если ты взглянешь на женщину с прелюбодеянием один раз, то во второй раз встречаешь ее как знакомую и даже родную — и тебе остается с ней близко сойтись, чтобы она стала совершенно родной. Значит, женщина есть источник родства на земле. Китаец сказал: «Если я смотрю на мадам один раз и восхищаюсь, то второй раз встречаю мадам как маму, и я понимаю так: мадам, если я полюбил ее — это как мама и от мамы рождается жизнь на земле. Потому я не хочу есть ничего, у кого есть живой мама».

Вчера Л. И. рассказывал о прошлом раздолье Дал. Вост., когда русский имел работником китайца или корейца, в то же время и учился этим сознавать свое достоинство, когда на приволье лесов и морей являлись великие предприниматели и военные тут были не тепличные, а вплотную стояли лицом к врагу и ежедневно воспитывали в себе мысль о реванше. Теперь же Владивосток, обираемый краевым центром, опочил.

В обществ. жизни человека есть предел и отрицание домашнему (родственному) чувству или любви, на улице поутру невидимая холодная роса смывает все возбуждение ночи, и люди стремятся куда-то к «делу».

Тайфун. Приближаясь к берегу, вал захватывает огромную массу круглого камня, и он гремел, проходя, и опять гремел, уходя, а, кроме того, валы били прямо в скалу и от этого…

Начало повести.

Не по размерам же карманов в штанах галифе судить о патриотизме и политич. настроенности гражданина, а между тем, если идут два гражданина в галифе и внешние очертания кармана у одного огромны, а у другого поменьше, то невольно задумываешься о том, чем руководствовался гражданин, просивший портного сделать карман как можно побольше, и другой, сказавший портному: «Только не раздувайте карман, как это любят некоторые».

Итак, по улице Владивостока шли два гражданина в галифе, у одного был огромный карман, у другого умеренный…

Гон. Бой между оленем самым главным (королем), которому обрезали рога, и тем, который перескочил через сетку, а потом с костяными рогами вошел (тайга загнала) и сделался господином всего стада, безрогий силач стал ассистентом или был убит.

8 Сентября. Ездили на Океанскую в Ботанический сад к Владимиру Михайловичу Савичу, по пути встретили Бориса Александр. Симбирского и Виктора Петровича Мазуренко, с которым я учился 33 года тому назад в Риге. Вечером съехались с охотниками, которые возвращались с охоты на «дауров». Пролет дауров теперь в самом разгаре и будет продолжаться еще недели две. Он живет и встречается в сыроватых местах на горах и на убранных местах азиатских пашен.

День был исключительно прекрасный.

Адрес наш: Сихотэ-Алинь, из множества хребтов которого к нам подходит один Блогадиндзе, против ст. Океанской Богатая Грива, под гривой, и тут река Ланьчи-хэ, мы перешли Ланьчи-хэ и горой возле моря попали в Ботанический сад. Четыре интересных дерева в приморской тайге в речных долинах: акация белая, маньчжурский орех, ясень, бархат, из какого-то из них делают японцы пропеллеры, какое-то имеет коричневую древесину и все промысл, значение, а подлеском у них бывает сирень, из которой делают деревянные гвозди.