Петля желания (ЛП) - Браун Сандра - Страница 71

Повернувшись к Беллами, полицейский сказал:

– Мистер Кольер ничего нам не говорил насчет того, что сегодня вечером к нему кто-то должен прийти в гости.

– Ну, в свете происшедшего… Я имею в виду то, что его избили… Так что нет ничего удивительного, что он мог забыть о нашей встрече. Ведь это было ужасно. – Она приложила руку к груди. – Надеюсь, вы поймаете человека, напавшего на него.

– Готов биться об заклад, что поймаем, и очень скоро, мэм.

– О, в этом нет ни малейших сомнений. Как бы то ни было, я совершенно уверена, что Руп… э-э-э… мистер Кольер… будет рад нас видеть. Ведь он сам просил об этой встрече. У меня есть очень важная для него информация о Дейле Муди и Джиме Постлуайте.

Дент, стоявший за приоткрытой дверцей автомобиля, резко повернул голову в ее сторону, но его изумление осталось незамеченным, так как внимание обоих полицейских было полностью сосредоточено на Беллами.

Один из них вопросительно взглянул на напарника и, когда тот сказал: «Думаю, что лучше будет сообщить ему», бросил Беллами: «Ждите здесь» – и направился по дорожке к дому.

Беллами улыбнулась второму полицейскому – тому, который узнал ее.

– Значит, вы читали «Петлю желания»?

– Жена купила вашу книгу, когда откуда-то узнала, что она основана на реальном преступлении, совершенном здесь, в наших краях. Наверное, очень интересная. Она прочла ее, что называется, в один присест.

Беллами улыбнулась:

– Рада слышать.

Беседуя с полицейским, она не упускала из виду и разговор, который шел у парадного входа в особняк Рупа. Он оказался недолгим, и вот уже полисмен, почтительно коснувшись полей шляпы, отвернулся от Кольера и жестом пригласил их в дом:

– Мистер Кольер разрешил вам пройти в дом.

Поблагодарив полицейского, с которым она беседовала, Беллами обошла вокруг машины, и они с Дентом направились по дорожке к особняку. Ее спутник шепотом спросил:

– И когда это вы успели приобрести навыки записной кокетки, обворожительная техасская красотка?

– Когда в них возникла необходимость.

– А почему же вы так и не испробовали их на мне?

– Потому что в этом не было необходимости.

– А кто такой, черт возьми, этот Джим Постлуайт?

– Положитесь на меня. Потом объясню.

Сообщить ему нечто большее у нее просто не хватило времени. Теперь их могли услышать с того места, где стоял Руп Кольер. Последствия избиения оказались настолько ужасны, что, если бы он не приоткрыл рот и не улыбнулся, его просто было бы невозможно узнать. Однако зубы Кольера нельзя было спутать ни с чьими другими, несмотря на распухшие десны.

– Посмотрите-ка, кого нам притащила эта кошечка! – Показное добродушие было явно рассчитано на полицейского, который отошел в сторону, чтобы пропустить Беллами и Дента в вестибюль особняка.

– Благодарю вас, офицер.

Руп взмахом руки дал понять полицейскому, что он может идти, и закрыл за ним входную дверь, все еще продолжая улыбаться.

– Вы думали, что я разозлюсь? Из-за того, что вы хитростью проникли сюда? – Он расхохотался и покачал головой. – На самом деле мне даже доставляет некоторое удовольствие видеть вас у себя. Проходите.

Кольер прошел вперед и широким жестом пригласил их следовать за ним. Холл был просторный и довольно длинный. Пол в некоторых местах покрывали восточные ковры сомнительного качества. Со сводчатого потолка свисали три массивные люстры, которые значительно лучше смотрелись бы в каком-нибудь старинном испанском замке. Комнаты, мимо которых они проходили, были обставлены с такой же показной роскошью.

Наконец они пришли в кабинет, в интерьере которого чувствовался значительно больший вкус и который производил впечатление места, предназначенного для жизни, а не для показухи. В одной стене имелось несколько окон, выходивших на террасу из белого песчаника и бассейн, сверкающий в лучах солнца с фонтаном посередине.

Руп махнул рукой, указав на диван:

– Прошу садиться.

Дент и Беллами устроились рядом. На кофейном столике перед ними лежал сегодняшний номер газеты «АйСпай». Их фотография на балконе жилого дома занимала примерно треть первой полосы.

– Здесь можно было бы уместить примерно тысячу слов. По крайней мере тысячу, – заметил Руп.

Беллами попыталась сделать вид, что ни фотография, ни его замечание не произвели на нее ни малейшего впечатления, что оказалось довольно сложно, принимая во внимание хищную ухмылку на изуродованной физиономии Рупа и многозначительные движения его бровей.

– Жена уехала, а домоправительнице я дал выходной, поэтому не могу предложить вам ничего, кроме прохладительных напитков.

– Спасибо, не беспокойтесь.

Дент, лицо которого казалось высеченным из гранита, молча покачал головой.

Руп Кольер устроился в мягком кресле рядом с диваном.

– Примите мои поздравления с выходом бестселлера, – обратился он к Беллами.

– Сомневаюсь, что он доставил вам особую радость.

– Почему бы и нет?

Беллами лишь многозначительно посмотрела на него, решив оставить его слова без ответа.

Улыбка Рупа неожиданно сделалась заискивающей.

– Ну да, конечно, вы абсолютно правы. Меня несколько озадачило, что вы не сделали образ прокурора более эффектным, особенно памятуя о том, что я специально согласился встретиться и побеседовать с вами в ходе вашей работы над книгой. Героем должен был стать именно прокурор. Ведь только благодаря ему преступник понес заслуженное наказание.

Решив, что пора вмешаться в разговор, Дент спросил:

– В самом деле?

Хитроватый взгляд Рупа переместился на него:

– Я полагал, что да.

С этими словами он слегка подался вперед:

– Или вы решили во всем сознаться? Вы пришли сегодня сюда случайно не за тем, чтобы передать мне трусики Сьюзен Листон?

Дент вскочил с дивана, но Беллами вовремя схватила его за край рубахи и потянула назад.

Торговец автомобилями делано рассмеялся:

– Я вижу, вы все такой же. Горячая голова со слабыми предохранителями. Впрочем, я не удивлен. Леопарды шкуру никогда не меняют. Что там у вас тогда случилось? Потеряли самообладание в пилотской кабине? И поэтому чуть было не разбили самолет?

Беллами вскочила раньше, чем Дент успел отреагировать.

– То, что вы сейчас задали вопрос Денту, не хочет ли он сделать признание, свидетельствует о том, что вы вовсе не убеждены в виновности Алана Стрикленда.

Не вставая с кресла, Руп чуть наклонился вперед и положил руки на мягкие подлокотники. В это мгновение он походил на уверенного в своем величии монарха на троне.

– Отнюдь, я был абсолютно уверен в его виновности.

– А детектив Муди?

Руп с отвращением фыркнул:

– Если бы он умел здраво мыслить, то тоже был бы уверен. – Повернувшись к Денту, он сказал: – Вы ведь лучше моего знаете, что Муди отвратительная спившаяся свинья.

Отвертка, значит? Да, он мне о ней говорил. Причем без малейших угрызений совести. – Мрачно покачав головой, Руп добавил: – Этот человек был позорным пятном на репутации нашей полиции.

– Что делает его назначение главным следователем по делу об убийстве моей сестры еще более странным.

– Я удивился не меньше вашего. Потому что с самого начала Муди завалил все следствие. Несколько раз я поднимал запрос о его замене кем-то более компетентным и знающим. По крайней мере более трезвым. Однако на мои запросы я получил отказ.

– И как вам его мотивировали?

– Разными бюрократическими причинами. По крайней мере таким было объяснение.

Беллами совершенно точно знала, что Кольер лжет. Он явно переоценивал свою способность обманывать окружающих. Она понимала, что стоит ей привести хотя бы один из известных ей фактов, как все его самоуверенные заявления тут же развалятся. Но она не торопилась. С другой стороны, можно было плести эти бессмысленные словесные кружева до утра. Самодовольство Рупа начинало раздражать.

– Мы с Дентом вчера видели Дейла Муди.

Руп моргнул несколько раз, но быстро овладел собой.