Эй становится взрослым - Боярских Екатерина - Страница 11

Тимка сжал зубы. Тинка топнула ногой. Ах так? Значит, правда, Люди-Лисы воруют детей? Они ещё не знают, с кем связались!

— За ними! — крикнула Тинка, оскалив зубы.

— Мы им покажем! — грозно завопил Тимка.

Погоня длилась долго. Лисы тащили детей и Ниу за концы ремней, которыми были связаны их руки, и хором восклицали что-то вроде «Тын-тыц, тын-тыц!». Их возгласы напоминали охотничий клич «Большая добыча!» — именно такими голосами в племени Эя и Ю кричали удачливые охотники. Только Лисы радовались другому: их добычей был не олень и не кабан — они подстерегли и взяли в плен двух детей и женщину.

— Зачем мы им? — никак не мог понять Эй.

Он хотел спросить об этом у Ниу, но вспомнил, что не может сказать ни слова, ведь Лисы заткнули им рты. Наверное, чтобы не звали на помощь. Эй ещё не знал, что Тим с Тиной бегут за ними, изо всех сил перебирая короткими лапками, и что они так разозлились на Лис, что вдвоём действительно стоят стада быков или стаи волков. Ю сильно хромала, но держалась. Ниу умудрялась на ходу связанными руками как-то поддерживать её.

Вожак похитителей заговорил с ними на привале, уже без непонятного тявканья:

— Кто ты, женщина? — спросил он у Ниу.

— Большая Медведица.

— Так ты из Медведей! — испуганно вскрикнул Лис, сморщился и стал распутывать ремни на её запястьях. — Вы слишком сильные, мы не хотим драться. Ты нам не нужна, возвращайся в свою землю. Уходи.

— Зачем вам дети? — спросила Ниу. Она подошла вплотную к Лису, и вид у неё был такой, что он сразу сделал шаг назад.

— Уходи, Медведица. Нам нужны чужие щенята, но мы не обидим женщину сильного племени. Оставь их нам.

— Что вы сделаете с ними?

Эя с Ю никто развязывать не собирался, но у них появилась надежда. Если Ниу уйдёт, она позовёт своих и их спасут. Дети внимательно прислушивались к разговору.

— Мы пришли сюда за щенятами, потому что нам нужны новые пещеры. Нас становится всё больше. Мы нашли хорошие пещеры, но в них живёт страшный зверь. У него огромные клыки, его шкуру не пробить копьём. Он нападает на людей, и мы не можем победить его.

— Зачем вам дети?

— Я придумал, как заманить зверя в ловушку. Но нам нужна приманка.

— Хотите приманить зверя на них? Да, вы и вправду лисы… — в голосе Ниу звучало презрение.

Дети замерли.

— Ты должна уйти. А мы продолжим путь, — вожак явно не хотел продолжать разговор.

— Я не уйду. Девочка больна. Я лечу её. — Ниу подошла к Ю и обняла её за плечи.

— Тогда мы снова свяжем тебя, и ты пойдёшь с ними до самого конца.

— Пусть будет так, — в голосе Медведицы не было страха.

Земля танцует

А в это время Тинка и Тимка, выбиваясь из сил, бежали вдогонку. В первый раз за всё время путешествия они почувствовали, что такое остаться одним. Эй был им надёжной защитой. Ехать на плече у него или Ю было так тепло и спокойно… Пока они шли вместе, равнина казалась безопасной, а лес дружелюбным. Теперь всё изменилось. Где-то наверху ухала сова, и мышам казалось, что она вот-вот их заметит. Трава хранила следы и запахи зверей. Но мыши мчались вперёд без передышки, и у них не было времени осторожничать. Переговаривались они редко — берегли дыхание. На этот раз вопросы, на которые трудно ответить, задавала не Тинка, а Тимка:

— Думаешь, справимся?

— Да-да, справимся! — на бегу пищала Тинка, и они спешили дальше.

Мыши догнали Людей-Лис на одном из привалов. Лисы быстро уходили на запад. Они нашли, что искали, и не хотели задерживаться: через несколько дней Эй и Ю станут приманкой для страшного пещерного зверя.

Дети и Ниу сидели, привязанные к высокому пню. Лис в рыжей шкуре через плечо больше не предлагал Медведице уйти к своему племени. Он, правда, разрешил ей перевязать девочке ногу и приложить к ране новые листья, но потом снова связал ей руки, хотя рот не заткнул.

— Досказать про радугу? — вполголоса спросила Ниу детей.

Эй не мог ответить вслух, но постарался передать взглядом то, о чём думал. «Как же так? Почему ты не ушла, почему не побежала за помощью?»

— Я не успею, Эй, — шепнула Медведица. — Слишком далеко. Мы освободимся сами. Я говорила, что змея пила воду, а хвостом держалась за небо, и вода по ней, как по реке, шла в облака. Когда облака наполнились, они превратились в тучи, на землю пролился дождь. В благодарность живые существа отдали змее красный цвет — цвет жизни, цвет радости. Солнце подарило ей жёлтый — цвет тепла, цвет лета. Растения дали зелёный. Небо — синий. Стала змея разноцветной. Так и живёт с тех пор на небе, поит водой облака, а когда идёт дождь, выглядывает. Смотрит и радуется.

Лисы не обращали внимания на разговоры пленников и, кажется, устраивались на долгий отдых. Двое воинов разводили огонь, остальные взяли копья и собирались пойти поохотиться.

— Эй! Ю! — шепнул знакомый голосок, и на пенёк взобрался Тим. — Мы тут! Мы перегрызём ремни!

— Подождём, — шепнула Ниу. — Они сейчас разбредутся. Если останутся двое, мы справимся. А в сумерках легче будет скрыться. Спрячьтесь пока, серые друзья.

Лисы действительно разбрелись, правда, у костра осталось не двое, а трое воинов. Тот, что был в рыжей шкуре, не пошёл на охоту и подошёл проверить, хорошо ли привязаны пленные, и, удостоверившись, опять сел к огню. Мыши начали грызть ремни. Ниу, чтобы Лисы ничего не заподозрили, тихонько рассказывала новую историю:

— Когда я была такой, как вы, случилось странное. Земля стала дрожать у нас под ногами. Она так дрожала, что в пещерах падали камни и люди выбегали наружу, дрожала утром и вечером, и на следующий день. Тогда Медведи собрались покинуть свою землю. Но наша Старейшая, Бабушка Нау, сказала: «Когда земля была молода, она танцевала каждый день. А теперь она уже старуха, но танцует, когда вспоминает себя девчонкой». И мы тоже стали танцевать. Потом мы узнали, что соседнее племя, храбрецы Олени, покинули свои земли. Они решили, что под землей ворочается чудовище, и сбежали. А мы смеялись и хлопали в ладоши. Я помню, как это было.

Темнело. Тинка тихонько пробежала по руке Ю и стала грызть ремень, которым Лисы связали девочку. Тим освободил Эя и перегрыз путы Ниу. Мыши о чём-то пошептались с людьми…

Лисы видели, что пленники по-прежнему сидят возле большого пня, но они не заметили, как две ловкие мышки проскользнули в заплечный мешок Ниу и долго шуршали там, что-то разыскивая.

Когда Тимка с Тинкой выбрались из мешка, они были сами на себя не похожи — с головы до ног в красной краске — Ниу тоже рисовала на камнях, а краски, как и Медведь, носила с собой. Освобождение близилось.

— Лисы! — крикнула Ниу. — Воины у костра вздрогнули. — Лисы, вы совершили ошибку. Вы захватили детей из племени Красной Мыши-Мстительницы. Я чувствую, она приближается! Великая Мышь идёт отомстить вам.

— Лиса сильнее мыши, — ответил один из них, и тут же замер, в ужасе глядя на свою ногу, по которой взбиралась красная-красная мышь. Второй Лис крикнул и начал бить себя по голове — ещё одна красная мышь кусала его за ухо и в шею. Потом, извернувшись, Тим бросил врагу в глаза горстку красной пыли.

— Красные! Красные! — в страхе кричали Лисы.

— Мыши мстят! — в азарте визжала Тинка.

— Это всего лишь мыши! Маленькие зверьки! — вопил вожак. Тут Ю вскочила на ноги, разбежалась и со всех сил боднула его головой в спину. Лис упал в костёр. Рыжая шкура вспыхнула.

Первому Лису, который так испугался красной мыши на ноге, удалось наконец стряхнуть Тинку на землю, но тут подоспел Эй. Он был в два раза слабей и меньше своих врагов, но у него были друзья и он очень хотел на свободу. Эй схватил большую ветку — Лисы уже запаслись дровами для костра — и стал наступать на врага, вкладывая в удары всю свою силу. Ниу кидала Лисам в глаза красный порошок из мешка, а потом стала бросать в них землю и камни.

Лисы растерялись. «Уходим!» — крикнул Эй, и отряд кинулся в сумерки.

Бежали долго. «Тише, тише», — приговаривала Ниу, когда Эй особенно неуклюже ломился сквозь заросли или камень глухо стучал под его ногой. Сама она бежала бесшумно. Ю, наверное, было больно, но она не жаловалась и не останавливалась. А Тинке очень хотелось чихнуть, потому что красный порошок попал ей в нос. Вдалеке слышались крики Лис, похожие на тявканье, — значит, погоня продолжалась.