Тайна тринадцатого апостола - Бенуа Мишель - Страница 15

Потом задумчиво посмотрел на собеседника и, помолчав, сказал:

— Вот мы с вами ведем разыскания порознь. Точно так же работают и десятки других историков и толкователей Священного Писания, и никто не мешает их работе. Но только пока каждый из них трудится сам по себе и не пытается поделиться с коллегами результатами своих исследований. Зачем, по-вашему, нам ограничили доступ в разные отделы библиотеки? Пока мы не выходим за рамки своего направления, то не рискуем подвергнуться цензуре и каким-либо иным санкциям, а каждая церковь может гордо утверждать, что в ней царит полная свобода мысли.

— Вы сказали «каждая церковь»?

— Помимо католической церкви существует целое созвездие протестантских, в том числе фундаменталистских, они сейчас входят в силу, особенно в Соединенных Штатах… К тому же есть еще евреи, есть ислам…

— Евреи — это еще куда ни шло, хоть я и не понимаю, какое им дело до толкования Нового Завета, если они признают только Ветхий. Но при чем здесь мусульмане?

— Ах, отец Нил! Вы живете в I веке в Палестине, а я добрался до VII века. Мухаммед последний раз коснулся текста Корана в 632 году. Вам следует изучить Коран и лучше этого не откладывать. Вы убедитесь, что эта книга тесно связана с злоключениями и судьбой человека, чьи следы вы разыскиваете. Если он и впрямь существовал!

Отец Андрей замолчал. Отец Нил попытался продолжить начатый разговор:

— Если? Вы, стало быть, сомневаетесь, что этот человек действительно существовал?

— Сомневался бы, если бы не ваши открытия. Сами того не ведая, вы побудили меня задуматься над некоторыми древними текстами, на которые я раньше не обращал внимания. Вы помогли мне понять значение довольно загадочного коптского манускрипта. Прошло уже полгода с тех пор, как мне из Рима прислали материалы об этой рукописи, а я в таком замешательстве, что до сих пор не могу составить заключение. Мне уже настоятельно советовали поторопиться, боюсь, как бы меня не вызвали в Рим.

В Рим отца Андрея действительно вызвали.

И он никогда уже больше не вернулся в свой кабинет.

Звон колокола нарушил тишину ноябрьской ночи. Отец Нил спустился в часовню и занял свое место в монастырском хоре. Справа в нескольких метрах от него пустовала скамья отца Андрея. Ему никак не удавалось сосредоточиться, мысленно он все время возвращался к рукописям, над которыми просидел всю прошлую ночь. Все, во что он верил, с некоторых пор стало рассыпаться в прах.

На первый взгляд рукописи Мертвого моря не представляли собой ничего сенсационного. Большинство из них некогда принадлежало общине кумранских ессеев. Среди них были комментарии к книгам Ветхого Завета, разрозненные тексты о борьбе добра и зла, о противостоянии сынов света и сынов тьмы, об Учителе Справедливости… Теперь уже ясно, что этим Учителем Справедливости Иисус быть не мог. Широкая публика, поначалу воспылавшая интересом к находкам Мертвого моря, вскоре разочаровалась, не найдя в них ничего особенного… И тексты, над которыми отец Нил просидел всю ночь, также не были интересны обычному читателю. Но отец Нил недаром столько времени посвятил изучению древних рукописей. Он сразу понял, что эти тексты подтверждают все его предположения, о которых до сих пор не знал никто, кроме отца Андрея.

Его открытие ставило под сомнение традиционные представления о происхождении христианства, а значит, культуры и цивилизации западного мира.

«От Сан-Франциско до Владивостока все держится на едином постулате: Христос — основатель новой религии. Его божественность была явлена апостолам в языках пламени, запылавших над их головами в день Пятидесятницы. Прежде был Ветхий Завет, после настало время Нового. Так вот, все это совсем не так!»

Вдруг отец Нил заметил, что стоит посреди церкви один, в то время как все его собратья преклонили колени, чтобы исполнить гимн «Слава Отцу и Сыну и Святому  Духу». Он торопливо последовал их примеру. Отец настоятель внимательно наблюдал за ним.

Отец Нил пытался следить за ходом службы, но мысли его все время возвращались к рукописям Мертвого моря: «Теперь понятно, как случилось, что люди поверили в божественное происхождение Иисуса. Необразованные апостолы были тут ни при чем. Они повторяли лишь то, что слышали. А мы ничего не знали об этом до появления кумранских находок».

Когда вся община разом повернулась к алтарю, чтобы исполнить «Отче наш», он вновь замешкался.

Отец настоятель тоже не сразу обратил свой взор к алтарю: он задумчиво смотрел на отца Нила.

Едва отец Нил вышел из церкви, как его остановил студент, которому срочно требовался совет по поводу дипломной работы. Отделавшись от него, отец Нил поспешил в свою келью, взял с заваленного бумагами стола папку с текстами «М.М.М.», сунул под накидку и направился в библиотеку западного крыла, стараясь выглядеть как можно более естественно.

С бьющимся сердцем он миновал вход в отдел «Библейских наук» и дверь кабинета отца Андрея, дошел до угла, за которым начинался коридор, ведущий в другое крыло аббатства. Длинный проход северного крыла был пуст.

Отец Нил приблизился к двери отдела «Исторических наук», куда ему входить не разрешалось. В последний раз оглянулся — в коридоре по-прежнему не было ни души. И он вошел.

В столь ранний час в библиотеке, как обычно, никого не было. Лишь несколько ночников горело, распространяя бледный желтоватый свет. Отец Нил не рискнул включить верхнее освещение, которое могло бы выдать его присутствие. Он направился в глубь помещения, чтобы поскорее поставить книгу на место и незаметно вернуться в келью.

Пробираясь между стеллажами, он уже добрался до раздела, посвященного III веку, как вдруг услышал глухой стук двери. И через мгновение потоки света залили библиотеку.

Отец Нил застыл посреди центрального прохода, вытянув вперед правую руку, а левой прижимая к груди книгу, которую не имел права читать, там, где ему нельзя было находиться, с ключом, которого у него не должно быть. Ему показалось, будто стеллажи расступаются вокруг него, оставляя его на самом виду. В ярком беспощадном свете отец Нил чувствовал себя совершенно беззащитным. Ему казалось, что все вокруг как будто спрашивало: «Отец Нил, что вы здесь делаете? Где вы взяли ключ? Что это за книга? Хорошо ли вам спалось прошлой ночью? Почему вы были так рассеянны во время утренней службы?»

Его вот-вот разоблачат… Он вдруг вспомнил предостережения отца Андрея, мертвое окоченевшее тело на железнодорожной насыпи и кулак, яростно воздетый к небу, будто обличающий убийцу.

22

Евангелие от Иоанна

В то раннее воскресное утро женщины, обнаружившие пустой склеп, вернулись в страшном волнении. Апостолы недоверчиво выслушали их сбивчивый рассказ о том, что они видели ангелов. Ведь кем еще могли быть эти две таинственные фигуры в белых одеждах. Петр прервал их: «Ангелы? Что за глупости!» Но тут Домохозяин сделал ему знак, и, стараясь не привлекать внимания, они вышли на улицу.

Сперва они шли молча, потом пустились бегом, Петр быстро отстал. Когда он, совсем запыхавшись, примчался в сад, ессеи уже ушли, но его спутник, подоспевший сюда первым, сказал апостолу, что успел с ними поговорить. Опять он выскочил вперед, снова оказался главным свидетелем…

Разъяренный, Петр вернулся в высокую залу; Домохозяин, ничего не объясняя, на полпути оставил его, направившись к одному из богатых домов западной части города.

Секта ессеев зародилась двумя столетиями ранее. Она состояла из общин монастырского типа, которые, так же как и кумранская, держались вдали от мирской суеты, и общин светских, живших среди евреев, самая значительная из которых находилась в Иерусалиме и даже дала имя западной части столицы. Во главе этой общины стоял Елеазар Бен-Аккайя.

Гостя он встретил радушно:

— Ты долго был одним из нас, и, если бы не присоединился к ученикам Иисусовым, наверняка стал бы моим преемником. Ты ведь знаешь, храмовые иудеи нас ненавидят и не дают нам хоронить наших мертвецов так, как принято у нас, поэтому некоторые из наших кладбищ сокрыты в пустыне. Да не осквернят нечистые руки наших могил!