Свадебный камень - Морси Памела - Страница 24

Мегги шагнула на веранду.

— Я знаю, — сказала она. — Мне говорил папа. Она перевела взгляд на Ро; сейчас в выражении ее лица не было обычной настороженности.

— Большое спасибо, мистер Фарли! — Голос звучал мягко и искренне.

— Не надо быть слишком любезной со мной, Мегги! Я не болен, — ответил Ро, копируя произношение Анри и используя одну из шуточек, принятых в Озарке, которую тот часто повторял.

Мегги радостно засмеялась.

Ро охватило чувство необычной легкости. Ни о чем не хотелось думать, и это было чудесно. В серебристом лунном свете Мегги казалась ангелом. В мягко произнесенных словах слышалась нежность, бесхитростная и завораживающая. Сегодня вечером Мегги казалась Ро прекрасной. Длинные волосы блестели и свободными, великолепными волнами струились по спине и падали на грудь. Эти сияющие локоны так и манили Ро протянуть руку и дотронуться до них. Тонкая, застиранная домотканая материя точно повторяла изгибы изящной фигуры. Даже Ева в райском саду не могла быть более женственной и привлекательной.

Ро почувствовал напряженное возбуждение, ощутил трепещущий жар в сердце, глядя на девушку. Ни того, ни другого он не особенно жаждал. Да, он еще не забыл потрясающее зрелище обнаженной Мегги Бест. Как и ее слишком восторженный поцелуй. Но ему не следует предаваться подобным мыслям о женщине, которую он едва знает и на которой не имеет ни малейшего намерения жениться.

— Он просто шутит с тобой, Мегги, — сказал Джесси со счастливым смешком, эхом отдавшемся в тишине ночи. Он подвинулся, оставляя широкое пространство между собой и Ро. — Посиди с нами, Мегги! Такая красивая ночь бывает только в горах, и повсюду мерцают светлячки.

Она на мгновение задумалась, бросая неуверенные взгляды на Ро, потом опустилась на потертую деревянную перекладину между Ро и Джесси.

Ро честно пытался не обращать на нее внимание. Сложив руки на коленях, он чересчур пристально изучал пейзаж перед глазами, изо всех сил стараясь сдержаться и охладить жар желания, вспыхнувший при виде Мегги Бест на фоне лунной ночи.

Но сконцентрировав внимание на изрытом цыплятами дворе и большом коричневом куске песчаника, служившим ступенькой веранды, Ро время от времени бросал взгляд на длинные, узкие, бледные в лунном свете босые ступни Мегги Бест.

И еще он ощутил ее запах. Это не было густое, тревожно-зовущее благоухание женщин, чья любовь — товар. И не строго-изысканный аромат лавандовой или розовой воды, столь любимый светскими дамами — жительницами штата у залива. Это был единственный, чистый запах простого мыла, свежеиспеченного хлеба, ежевики, которую Мегги только что перебирала, и дыма от горевших в очаге дров. Она сидела рядом, совсем рядом, и тепло ее близости в прохладной вечерней темноте вызвало у Ро вздох удовлетворения.

Джесси улыбнулся.

— Тебе нравится, здесь, правда?

Изо всех сил старясь привести в порядок мысли, чтобы они не унеслись еще дальше, Ро кивнул, притворяясь, что очарован только красотой ночи Озарка.

По-прежнему избегая взглядов в сторону Мегги, он пристально смотрел в даль, на гору, возвышающуюся над уже знакомыми ему местами. Ее неясный силуэт вырисовывался на фоне вечернего неба.

— Похож твой дом в штате у залива на наши места? — спросил Джесси. Дикая, прямо-таки первобытная глушь вокруг совершенно не напоминала то, что Ро называл домом. Вопрос на мгновение поставил Ро в тупик.

— Нет, там все совсем по-другому.

— Но там тоже красиво, да? — спросил Джесси. Ро задумчиво пожал плечами.

— Наверное, да. Знаешь, по сути, я никогда не задумывался об этом. Да, полагаю, там так же красиво, как и здесь.

Джесси улыбнулся и повернулся к Мегги.

— И еще Ро говорит, что на востоке почти в каждом доме есть уборная. Невозможно даже пукнуть, не заходя в нее.

— Джесси! Что за выражения? — Мегги вспыхнула от смущения и закрыла лицо руками. Ро неловко откашлялся. Джесси нахмурил брови.

— Мегги, ты что, в первый раз слышишь, как я говорю это?

Ро не мог больше сдерживаться. Он затрясся от смеха, приступ, которого ему не удалось подавить при всем желании.

— Ро смеется! — объявил Джесси. — Смотри, Ро смеется!

Он действительно хохотал — громко, от всей души. Отсмеявшись, Ро попытался найти слова в защиту своего друга:

— Просто мы двое должны следить за тем, что говорим в присутствии Джесси. Он как будто специально повторяет то, что мы меньше всего хотели бы услышать еще раз!

Мегги робко улыбнулась. На мгновение между ними возникло чувство теплоты и дружеского участия. Это случилось впервые со дня встречи Ро и девушки.

— Если восток — твой дом, — продолжал Джесси, — то я уверен, что полюбил бы его. Мне нравится все, что нравится моему другу.

— Может, когда-нибудь ты побываешь там, — сказал Ро.

Покачав головой, Джесси выразил полнейшее несогласие.

— Нет, я никогда не смогу этого сделать, — сказал он. — Я чувствую себя в безопасности только здесь, где люди знают меня. И никогда не смогу странствовать по каким-то чужим местам.

— Но это не чужое место, — сказал Ро. — Это — мой дом! И если я буду рядом с тобой, ты не почувствуешь себя одиноким.

Джесси широко улыбнулся.

— Ты хороший друг, Ро! Но пока я жив, вряд ли мне доведется отправиться в путешествие. А потом… Разве что на небеса…

Ро открыл было рот, желая уверить Джесси, что он вовсе не привязан к этим горам навечно, что волен посмотреть любые места, какие только захочет. Но вспомнил неправильно вспаханное кукурузное поле. Здесь, в горах, в окружении семьи, Джесси стараниями отца и сестры огражден от бед и зла.

Соблазнять его путешествовать в дальние страны было неразумно и, возможно, даже опасно. К счастью, Мегги сменила тему разговора.

— Так расскажи нам, на что он похож, — сказала она. — Расскажи об этом штате у залива.

Ро повернулся к Мегги и увидел, что она и Джесси с любопытством смотрят на него. Он надолго задумался. Оказывается, он почти ничего не знал о Массачусетсе. Он знал лишь Кембридж. А Кембридж… Кембридж — университетский городок. Больше всего он знал и охотно рассказал бы об университете, библиотеке, домах, где жили родные и друзья, о парках, в которых он изредка бродил, о магазинах, где тратил деньги. Родиной для него было только то место, где он жил, где жили люди, которых он знал, и он вряд ли задумывался раньше о том, что есть его дом и где его границы.

— Ну, — начал Ро, — он большой. И там множество народа.

Лица Мегги и Джесси не утратили при этих словах спокойно-бесстрастного выражения.

— Я хочу сказать, что он очень большой, и огромное количество людей живет там. Он такой большой, что невозможно добраться пешком из одного конца города в другой. Там есть трамваи, которые днем и ночью ездят по рельсам и перевозят людей из одной части города в другую.

— А зачем они едут в другой конец города? — спросил Джесси.

Ро пожал плечами.

— В гости к друзьям, или на работу, или, возможно, просто посмотреть, что там — в другой части города… — Джесси кивнул.

— Однажды я тоже так сделал. Я спустился с горы до самого Города у Сливовых. Деревьев просто для того, чтобы посмотреть, что там, внизу.

Мегги казалась удивленной:

— Ну, и что там?

— Ничего интересного, — ответил Джесси.

— А в Кембридже много такого, что стоило бы посмотреть, — продолжал Ро. — Там стоят дома, большие, как церкви. И церкви, где играет орган размером с вашу хижину.

Джесси и Мегги весело рассмеялись.

— Правда? — спросил Джесси. Ро кивнул:

— Я сам видел.

Джесси недоверчиво покачал головой.

— Держу пари, такой большой орган будет слышно по всей горе.

— Там нет гор, — сказал Ро.

— Нет гор?!

Ро покачал головой.

— Есть пара небольших холмов, несколько возвышенностей, но ни одной настоящей горы, такой, как здесь.

Джесси серьезно кивнул. На лице Мегги появилось озабоченное выражение.

— Должно быть, там довольно плоско и уныло, раз совсем нет гор… — Ро кивнул: