Любовь и нежность - Гарлок Дороти - Страница 13

Слоун и Чериш, наверное, представляли собой любопытное зрелище для лесных путешественников. Они остановились как вкопанные и уставились на почти обнаженного молодого силача, который одинаково мог показаться и белым и индейцем, и прелестную рыжеволосую девушку, которая скорее была похожа на фарфоровую статуэтку, чем на существо из плоти и крови.

Четверо мужчин, три женщины и двое детей — всего девять человек — с удивлением смотрели на них. Двое мужчин вели по буйволу, которые тянули двухколесную повозку. В этой местности они были новичками — это было ясно даже для Чериш.

Женщины были одеты в тяжелые шерстяные юбки, вышитые жакеты и черные чепчики с тесемками, туго завязанными под подбородком. А мужчины вообще были в панталонах, камзолах и высоких шляпах с перьями. Все в черном, ни одного цветного пятнышка — группа производила мрачное впечатление.

Чериш заметила, что женщины отвели глаза от раздетого Слоуна и осуждающе уставились на нее. Теперь чопорность казалась ей странной и даже смешной, а ведь она забыла, что так же вела себя всего лишь несколько минут назад.

Высокий осанистый старик с замечательной белой бородой, развевающейся по ветру, выступил вперед и торжественно простер руку.

— Брат! Мы идем с миром. — Он говорил медленно, словно думал, что эти двое не понимают по-английски.

Слоун скомандовал Брауну, и тот успокоился, отступив назад. Затем пожал протянутую руку и ответил мягким, вежливым тоном:

— Это очевидно, сэр. Вы можете действовать только так.

Старик сдвинул густые белые брови и выразительно посмотрел на Слоуна.

— Ах, да, — он замялся. — Анинус Мак-Аниб, священник. Мы с моими братьями несем добрую весть пресвитерианской церкви в эти дикие места.

— Слоун Бенедикт Кэрролл, — вежливо ответил Слоун, — и миссис Чериш Райли.

Священник обратился к Слоуну, бросив лишь беглый взгляд на Чериш, как будто ее присутствие не играло никакой роли:

— Мы направляемся в Хэрротсберг по личному приглашению мистера Джона Хэррода. И по пути несем добрую весть всем непросвещенным обитателям этой глуши.

Назидательный тон этого человека пленил Чериш. Было видно, что старик любит поговорить: он даже не представил своих спутников, и никто из них не проронил ни слова.

— Хочу предупредить вас, сэр, что если желаете добраться до Хэрротсберга, не потеряв ваших скальпов, вам и вашим друзьям придется поторопиться. На следующей неделе эти леса будут кишеть индейцами чероки, перебирающимися на юг.

— Мы под крылом ангелов Господних, друг мой. Он с нами, и мы бесстрашны.

— Вы венчаете? — спросил Слоун. Священник гордо поднял голову. Седые бакенбарды делали его лицо еще благообразнее, а ответ внушительнее:

— Я соединил больше дев и мужчин, чем любой другой священник к западу от реки Св. Лаврентия. Я наставил сотни пар жить в согласии с Господом и в ладу друг с другом. Они клялись в верности друг другу.

Тут старик остановился, чтобы передохнуть, а Слоун, извинившись, отвел Чериш в сторону, а сам стал спиной к группе.

— Чериш, — он смотрел прямо ей в глаза, — это наш единственный шанс. Иначе мы не сможем обвенчаться до самой весны.

— Нет, — она тряхнула головой. — Я уже говорила, что ты не обязан жениться на мне из-за ребенка.

— Ты не хочешь выйти за меня замуж?

— Женитьба — это на всю жизнь. А что, если наступит время и я тебе надоем? Знавала я женщин, которые вышли замуж лишь для того, чтобы иметь крышу над головой, и потом всю жизнь были несчастны. Позже ты найдешь действительно ту женщину, которая тебе нужна, и сможешь избавиться от меня.

— Чериш, Господи! — он крепко потряс, ее за плечи. — Разве ты не понимаешь, какую делаешь глупость?

— Так ты думаешь сейчас, пока я тебе нужна.

— Может быть, я не хочу отпускать тебя в Вирджинию. Ты привыкнешь здесь и не захочешь покидать меня.

— Я и не хочу. Обещаю, что не уйду до тех пор, пока ты этого не захочешь.

— Неужели этого действительно достаточно? Ведь я смогу лучше защитить тебя, будь ты моей законной женой.

— Мне довольно нашего соглашения.

— Хорошо. Но я тебя предупреждаю. Я тебя нашел и считаю, что должен защищать, тебя.

Он улыбнулся девушке, и на мгновение Чериш ощутила теплоту его присутствия, чувствуя растущую признательность, но не подала виду.

Во все время разговора священник внимательно смотрел на них.

— Ребята в Хэрротсберге будут рады вашему прибытию, — светским тоном сказал Слоун Мак-Анибу. — Иногда они по году, даже больше, ждут венчания. — Он обернулся к Чериш: — Ну что же, пойдем, до темноты нужно пройти много миль.

Девушка молча кивнула, чувствуя неприятный осадок и в глубине души сожалея о своем решении.

Женщины сбились в кучку и стали шепотом обсуждать Чериш, бросая на нее неодобрительные взгляды. Девушка решила, что не будет обращать внимания на эту кучку злобных ворон, и дерзко вздернула подбородок. Слоун мгновенно оценил ситуацию, наклонился и прошептал ей на ухо:

— Ты думаешь, эти старые куры вынесут зрелище твоих голых ног?

Сначала Чериш покраснела, а потом подумала: «А почему бы, собственно, не разыграть этих благочестивиц?»

— Ну ладно, попробуем.

— Возьми край юбки, оберни вокруг бедер и засунь за пояс, — сказал Слоун командным тоном.

Чериш без колебаний исполнила приказ и предстала перед миссионерами с обнаженными по колено ногами. Открытые от ужаса и изумления рты чопорных женщин послужили ей наградой. Слоун протянул ей ружье и опустился на колени. С грацией королевы, занимающей свое место на троне, Чериш уселась Слоуну на шею, перекинув ноги через его плечи. Он осторожно встал, крепко держа ее лодыжки.

Теперь она смотрела свысока на эти бледные лица и открытые рты.

— Счастливого пути, — вежливо сказала Чериш, наклонив голову, и они со Слоуном двинулись к реке.

Обвив его грудь ногами и уцепившись за его плечи, Чериш почувствовала, как Слоун смеется. Девушка не смотрела вниз и старалась помочь своему спутнику сохранить равновесие на скользком речном дне. За спиной слышались возмущенные голоса и бас священника, пытавшегося успокоить свою паству.

Вода дошла Слоуну до плеч и замочила подол рубашки Чериш. Браун плыл рядом и, не чувствуя дна, старался поскорее выбраться из холодной воды на твердый берег.

Постепенно уровень воды становился все ниже — и вот они уже на противоположном берегу. Слоун снова опустился на колени, и Чериш слезла с непривычной высоты. Пока она выжимала юбку, Анинус Мак-Аниб со своей свитой все стояли, сбившись в кучу, глядя во все глаза.

— Да, теперь у них есть предмет обсуждения на целую зиму, — сказал Слоун. — Они, наверное, ждут, когда я схвачу тебя за волосы и поволоку в кусты.

— Слоун, ты видел их лица. Теперь они всерьез считают меня падшей женщиной.

— Мужчины, так те прямо пожирали тебя глазами, да и священник взглянул на твои ножки.

— Ты не посчитаешь меня безнравственной, если я скажу, что мне забавно было подшутить над этими олухами?

Слоун засмеялся:

— Вовсе нет. Пусть думают, что я дикарь. — Вдруг он посерьезнел: — Во многих отношениях я считаю дикарей более цивилизованными, чем мы. Надеюсь, что эта потешная миссия доберется до Хэрротсберга.

— А что, могут и не дойти?

— Всегда может что-нибудь случиться. Нарвутся, например, на парочку вроде Моута и Сэтча.

— А индейцы?

— Ну, это зависит от племени. Ведь наши краснокожие братья не знают, что эти пилигримы идут «под крылом ангелов Господних».

— О, я надеюсь, они дойдут благополучно.

— От нас это никак не зависит.

Слоун быстро оделся, взвалил мешки на плечи, Чериш подняла свою часть груза, они повернулись спиной к реке и остолбеневшим миссионерам и углубились в лесную чащу.

ГЛАВА 8

Чериш чувствовала теплую волну, поднимающуюся из глубины души странным и совершенно новым для нее ощущением. Теперь она была уверена, что сможет пойти за Слоуном на край света. К вечеру смертельная усталость опять навалилась, но это такие пустяки. Она поспит, а завтра встанет бодрой и готовой идти дальше.