- Купер Джилли - Страница 78

Белла почувствовала страшную опустошенность.

Глава двадцать четвертая

Они выпустили ее из больницы через двое суток. Врачи сказали, что у нее необыкновенно крепкая конституция. Если не считать того, что по ночам она то и дело просыпалась от кошмаров с наведенными на нее дулами автоматов, а днем беспрерывно думала о Ласло, она вполне оправилась от потрясения. На изнурительной пресс-конференции после ее выхода из больницы Роджер помогал ей с ответами.

Вопросы о самом похищении и плене у бандитов были довольно неприятными, но вскоре они перешли к ее личной жизни.

- Вы были помолвлены с Рупертом Энрикесом? - спросил репортер из отдела сплетен в ?Дейли мейл?.

- Да.

- Но вы эту помолвку разорвали? - упорствовал тот.

- Да.

- Почему?

- Потому что мы не подходим друг другу.

- Или потому, что вы больше подходите его кузену Ласло?

- Нет! - сказала Белла, побагровев.

- Ласло пытался отвадить от вас своего кузена?

- Это не судебное заседание, - твердо сказал Роджер, - и я прошу вас прекратить задавать не относящиеся к делу вопросы.

Но журналисты упорно возвращались к вопросу о ее отношениях с Ласло, пока она наконец не потеряла терпение и не закричала:

- Вы можете прекратить эту травлю? Между мной и Ласло Энрикесом абсолютно ничего не было, и я больше не намерена отвечать на ваши дурацкие вопросы!

Роджеру Филду потребовался весь его такт, чтобы успокоить присутствующих.

?В состоянии сильного расстройства? - так написали в свои блокноты журналисты, когда минуту спустя Белла вдруг встала и, разрыдавшись выбежала из зала.

- Я больше не выдержу, - простонала она.

- Больше и не потребуется, - сказал Роджер.

Пять минут спустя, выскользнув через боковую дверь, они с Роджером оказались в полицейской машине.

- Куда мы едем? - спросила Белла.

- В одно убежище Ласло в Мэйд-Вейл. Он там скрывался после того, как тебя и Крисси похитили. Слишком многие, включая прессу, знают адрес его квартиры.

У входа их встретила Сабина - жена Роджера. Это была высокая, стройная брюнетка, и ее красота как в жизни, так и на фотографиях, стоящих на столе Роджера в театре, разбила надежды уже многих молодых актрис, которые мечтали прибрать Роджера к рукам. Она заключила Беллу в надушенные объятия.

- Добро пожаловать, дорогая. Эту квартиру надо видеть, чтобы поверить в ее существование. Я уверена, что именно здесь Ласло принимал свою первую дюжину любовниц, в этой спальне с зеркалами и персикового цвета атласом.

- Чепуха, - резко сказал Роджер. - Ласло купил ее как пристанище для приезжающих клиентов. Она сейчас пуста только потому, что в данный момент никого из них нет в Лондоне. Арабы от этой спальни с ума сходят.

- Надо думать, его бизнес теперь в расстройстве, - предположила Сабина, - он уже несколько дней не появлялся у себя в конторе. Сегодня утром сюда прислали целую кучу корреспонденции, которую он не открывал со дня вашего похищения. Я положила это все в его спальню. Тебя, Белла, я поместила туда же, так что можешь лежать и любоваться атласом персикового цвета и зеркальным потолком, - с этими словами она понесла чемодан Беллы в комнату справа.

Там на кресле лежало несколько свитеров Ласло, а на туалетном столике были в беспорядке разбросаны запонки, ножницы для ногтей, флаконы с одеколоном, щетки для волос с костяными ручками, галстуки, чековые книжки, бумажник, несколько ипподромных талонов, авторучка, большая куча корреспонденции и стопка пятифунтовых банкнот.

Белла понюхала один из флаконов. В нем чувствовался сильный аромат лаванды и мускуса, и это сразу же вызвало в памяти прежнего лощеного, шикарного, насмешливого и самоуверенного Ласло, каким она его знала до случая с похищением, а не того бледного, трясущегося и бормочущего человека, который встретил ее после избавления от плена.

Сабина словно прочитала ее мысли.

- Не знаю, как Ласло смог пережить последние десять дней. Он совсем не спал, все время пытался выйти на ваш след и не мог найти никаких зацепок. Только эти проклятые телефонные звонки через каждые двадцать четыре часа и раз от разу все более угрожающие. И эти дурацкие пленки с извещением, что вы еще живы и что с вами могут сделать в любой момент.

Она сняла с постели меховое покрывало и стала его сворачивать.

- А потом пришли по почте твои волосы. Это была последняя капля. Он решил, что вас обеих убили. И совсем расклеился. Когда это случается с теми, от кого такого никогда не ожидаешь, то бывает обычно еще хуже. Роджер уже считал, что он конченный человек. Потом, как раз когда он пытался как-то взять себя в руки, позвонил Диего. После этого он пришел в себя.

Белла почувствовала, что краснеет. Больше всего на свете ей хотелось спросить Сабину, как относится к ней Ласло, но она боялась получить неутешительный ответ.

- Хоть бы он позвонил, - в сотый раз повторяла она.

- О, у него все будет в порядке. Он живучий как кошка. Оставляю тебя одну, чтобы ты привела себя в порядок. А я пойду приготовлю ужин.

- Когда будешь готова, приходи чего-нибудь выпить.

Когда она ушла, Белла посмотрела на себя в зеркало. Какие противные волосы! Она задумалась, не купить ли ей парик. Еще раз понюхав одеколон, она почувствовала внезапный приступ желания. И тут же с колотящимся сердцем стала перебирать нераспечатанные письма. Дойдя до половины стопки, она нашла то, чего больше всего опасалась - письмо из Франции в голубом авиаконверте с адресом, написанным фиолетовыми чернилами размашистым энергичным почерком.

Разумеется, на обороте стояло имя Ангоры. Только эта глупая сучка могла писать фиолетовыми чернилами. Беллу так и подмывало распечатать конверт. На штампе была дата девятидневной давности, так что Ангора, отсылая это письмо, могла еще не знать о похищении. Белла решительно сунула его вниз стопки. Потом переоделась в черно-зеленое платье вьетнамского покроя - с высоким воротничком и разрезами на подоле.

- Вот это уже больше похоже на прежнюю Беллу, - одобрительно сказал Роджер, когда она появилась в гостиной.

- Я чувствую себя совсем не похожей на гейшу, и какого черта я буду делать с этой проклятой прической?

- А мне даже нравится, - сказал Роджер. - У меня забота с плеч свалилась, я решил, что следующей твоей ролью будет Виола.

- ?Она молчала о своей любви, но тайна эта словно червь в бутоне румянец на ее щеках точила…? - процитировала Белла. - Похоже на меня.

После ужина, часов в десять, когда впервые за весь вечер Белла отвлеклась от ожидания телефонного звонка Ласло, этот звонок, наконец, раздался. Отвечал Роджер. Вскоре лицо его расплылось в улыбке.

- Отлично. Превосходно сработано. Ну, это уже к лучшему, учитывая обстоятельства. Он больше никому беспокойств не доставит. Хочешь поговорить с Беллой? - он протянул ей трубку. - Это Ласло.

Сердце у нее чуть не выскочило из груди, в горле пересохло так, что она едва могла говорить.

- О, слава Богу, ты не ранен.

- Ни царапины. Обошлось без этого.

- О, я так рада. А что с Хуаном?

- Убит. Он попытался уйти, отстреливаясь, и ранил полицейского, ну они его и прикончили.

- Господи, как ужасно!

- Да, не слишком красиво. Но теперь по крайней мере многие в Буэнос-Айресе впервые за долгие годы смогут спать спокойно. Послушай, я не могу долго говорить, у меня через несколько минут самолет.

- Когда ты будешь в Хитроу ?

-Завтра около половины одиннадцатого, рейс В-725.

-Тебя встретить? (О, Господи! Она чуть было не прикусила язык. Его, вероятно, будет встречать половина Лондона, а тут еще она навязывается.)

Но он только сказал:

- Да, пожалуйста, и попроси Роджера позвонить Диего и сказать, что со мной летят его жена и ребенок, так что пусть подадут к аэропорту машину скорой помощи.

-Ой, как замечательно! - воскликнула Белла. - Он будет так рад. Хочешь еще что-нибудь сказать Роджеру? До завтра.