- Купер Джилли - Страница 23

Я медленно оделась, представляя, какой эффект произведу на Джереми, когда появлюсь в степенной сельской гостиной. Я прошлась в последний раз щеткой по волосам и повернулась к зеркалу. С полным вечерним гримом я надела это платье впервые, и от результата сама затаила дыхание. “Ух ты! - сказала я сама себе, - сегодня ты шокируешь всю сельскую публику”. Поскольку я собиралась устроить эффектный выход, я возилась со своими полосами до тех пор, пока не подъехало гостей побольше.

Когда я вошла, в гостиной стало тихо. Все уставились на меня. Мужчины принялись поправлять галстуки и приглаживать волосы. Женщины рассматривали меня с плохо скрытой завистью и недоверием.

- Боже! - послышался возглас изумленного Джереми.

А я смотрела на Гарэта. Впервые я заметила в его глазах осуждение. Ну, наконец-то я ему не безразлична, торжествуя подумала я.

Кажется, гостей невозможно было привести к общему знаменателю. Среди них были и старые увальни, и старые девы; несколько университетских преподавателей и их дурно одетые жены; стайка ровесников Лорны: зеленые девчонки и нескладные парни: а также несколько типов, смахивающих на охотников, с резкими голосами и кирпично-красными лицами. Создавалось впечатление, что Гамильтоны пригласили всех, кого знали и любили, совершенно не заботясь о том, будут они совместимы друг с другом или нет.

Я подошла к Джереми, Гасси и Гарэту.

- Я смотрю, ты открыта для публики, - проговорил Гарэт без тени улыбки. - Пойду-ка помогу с напитками.

- Тебе не следовало надевать это платье, Октавия, - сказала явно шокированная Гасси. - Здесь же не Лондон.

- Это слишком очевидно, - сказала я, поглядывая вокруг.

Подошла Бриджит Гамильтон и взяла меня за руку.

- Как очаровательно ты выглядишь, Октавия. Пойдем, нанесешь сокрушительный удар по нашему местному члену палаты представителей. Он умирает от желания познакомиться с тобой.

И не он один. Как только “охотники” пропустили изрядное количество, они окружили меня, наперебой стараясь привлечь мое внимание. Мне подливали снова и снова. Никогда еще я не блистала таким злым остроумием, буквально не давая им передохнуть от приступов смеха. Как опытный комик, невзирая на то, что мне удавалось держать мою публику в состоянии радостного возбуждения, я внимательно наблюдала за тем, что происходит на флангах.

Джереми был мрачнее тучи, потому что я так откровенно флиртовала со всеми мужчинами, Гарэт держался как будущий зять Гамильтонов, суетился ли с напитками или улыбался Лорне. Вместе с тем, как только он смотрел в мою сторону, его лицо принимало злое выражение.

Около десяти часов вошла сильно раскрасневшаяся Бриджит Гамильтон с двумя кастрюлями и водрузила их на длинный полированный стол, рядом с горой тарелок и вилок.

- Это рисотто, - сказала она, - если кто голоден.

Гости ринулись к еде. Я осталась стоять на месте, мужчины, окружившие меня, тоже. Шум, который мы производили, все нарастал до тех пор, пока к нам через толпу не пробился Гарэт.

- Ты бы поела чего-нибудь, Октавия, - сказал он.

Я покачала головой и вызывающе улыбнулась ему.

- Ты ничего не хочешь? - растягивая слова, спросил член палаты, стоявший возле меня.

- Только тебя.

Стоявшие неподалеку женщины, оторвавшись от рисотто и разговоров о пеленках, в ужасе посмотрели на меня. Среди них была и жена члена палаты, с лицом породистой трески.

- Современные девушки совсем не те, что были двадцать лет назад, - громко заявила она.

- Конечно, нет, - резко сказала я. - Двадцать лет назад мне было всего шесть. Вам следовало ожидать некоторых изменений в моем облике и поведении.

Она побагровела от злости, когда раздался взрыв хохота.

Гарэт не смеялся. Он взял меня за руку.

- Мне кажется, тебе лучше пойти поесть, - сказал он ровным голосом.

- Я тебе уже один раз сказала, - раздраженно ответила я, - я не хочу есть, я хочу танцевать. Почему бы кому-нибудь не включить проигрыватель?

Член палаты опустил глаза на серебряные кружочки.

- А что происходит с ними, когда ты танцуешь?

Я хмыкнула.

- То открывают меня, то закрывают. Они же двигаются.

Раздался еще один взрыв смеха.

- Ну, и чего же мы ждем? - спросил член палаты. - Давай поставим пластинку и потанцуем.

- Хорошо, - сказала я, взглянув на него из-под ресниц, - но сначала я схожу в туалет.

Поднявшись в ванную комнату, я едва узнала себя. С взъерошенными волосами, блестящими глазами и пылающими щеками, я выглядела, как одна из Менад. Господи, а платье-то какое красивое!

- И ты тоже красивая, - заметила я и, подавшись вперед, поцеловала свое отражение в зеркале.

Несмотря на то, что я слегка опьянела, я смутилась, когда, обернувшись, заметила в дверях наблюдающего за мной Гарэта.

- Ты что, не знаешь, что подглядывать неприлично? - заявила я.

Он не шевельнулся.

- Я бы хотела пройти, если ты не возражаешь, - продолжала я.

- О нет, ты никуда не пойдешь, - сказал он, схватив меня за руку.

- Нет, пойду! - закричала я, пытаясь вырваться.

- Ты прекратишь вести себя, как уличная девка? - взорвался он, втащил меня в ближайшую спальню, толкнул на кровать и запер дверь.

- Ну а теперь я подозреваю, что ты хочешь обойтись со мной, как с уличной девкой, - враждебно сказала я. - Что скажет твоя драгоценная Лорна, если застанет нас здесь вдвоем?

Вдруг мне стало страшно от его зловещего взгляда.

- Настало время, когда кто-то должен преподать тебе урок, - сказал он, приближаясь ко мне. - И, боюсь, это буду я.

Не успела я опомниться, как он, перекинув меня через колено, задал мне такую трепку, что у меня искры посыпались из глаз. Я начала кричать и отбиваться.

- Замолчи, - злобно сказал он. - Тебя все равно никто не услышит.

Внизу продолжал греметь проигрыватель. Я боролась и пыталась укусить его, но он был слишком силен. Было не столько больно, сколько унизительно. Кажется, этому не было конца. Наконец, он столкнул меня на пол. Я лежала, дрожа от страха.

- Вставай, - бесцеремонно сказал он, - и собери свои вещички. Я отведу тебя на яхту.

***

Над рекой висела луна, заливая белым светом опустившийся на спящие поля прозрачный туман. Густо-синее небо было усыпано звездами, в воздухе пряно пахло таволгой.

Чувствуя боль в каждой косточке и кусая губы, чтобы не разреветься, я тащилась за Гарэтом по полю. При этом, я постоянно спотыкалась, не падая только потому, что он сжимал мою руку словно тисками. Мне кажется, он боялся, что я могу удрать назад, на вечеринку.

Когда мы поднялись на палубу, я сказала:

- Ну, теперь ты можешь вернуться к своей ненаглядной юной подружке.

- Не раньше, чем ты ляжешь спать.

Прямо в платье я завалилась на свою койку. Но, закрыв глаза, все еще продолжала ощущать, как все вокруг кружится. Я тут же снова их открыла. Гарэт стоял, наблюдая за мной сквозь дым сигары.

Я снова закрыла глаза и почувствовала приступ тошноты.

- О, Господи, - проговорила я, пытаясь подняться.

- Лежи, - резко сказал он.

- Я имею право встать с собственной постели, - сказала я раздраженно. - С твоей стороны благородно было удерживать меня от чужих постелей, но из своей собственной постели человек может вставать, когда захочет.

- Перестань болтать, - сказал Гарэт.

- Не могу, - в отчаянии произнесла я. - Меня сейчас вырвет.

Он едва успел подвести меня к борту яхты. Мне было так плохо, как никогда в жизни. Сначала мне никак не удавалось остановить все новые ужасные позывы, а потом, из-за того, что Гарэт держал мою голову, слезы унижения.

- Оставь меня одну, - всхлипывая, умоляла я. - Оставь меня, я хочу умереть. С минуты на минуту вернутся Гасси и Джереми. Пожалуйста, пойди и задержи их немножко.

- Они не вернутся еще очень долго, - заметил Гарэт, взглянув на свои часы.

- Можно мне попить?

- Пока нет. Все начнется снова. Нужно немножко потерпеть.