Защитник - Бирюк Александр - Страница 5

Я сунул пакет в карман, хотя не мог избавиться от желания тотчас швырнуть его за борт. Холодный ветер проникал через открытые двери, но я этого не замечал. Если это все же немцы, подстроившие хитроумную ловушку, то уничтожать этот пакет уже не имеет никакого смысла. Все равно я бессилен передать его по назначению. Я нехотя уселся рядом с капитаном, вытащил пакет и с раздражением кинул ему на колени.

- Ваша взяла.

Капитан снова поглядел на меня, и долго не сводил своего пристального взгляда.

- Я же сказал вам, - наконец с нажимом проговорил он. - Мне он не нужен. - затем Торранс неожиданно усмехнулся и после повторной паузы продолжил: - скажу вам даже больше - он уже ВООБЩЕ НИКОМУ НЕ НУЖЕН.

Он взял пакет и ловким движением руки запустил его в открытую дверь. Поток воздуха подхватил легкий сверток и унес его в темноту ночи.

А я только разочарованно пожал плечами. Мне вдруг стало страшно обидно за свои напрасные труды, за нетерпеливое и бессмысленное уже ожидание пославших меня за этими бумажками людей, за зря потраченные жизни наших ребят-диверсантов, которые наверняка погибли после моего улета с того пустынного немецкого аэродрома. Я припомнил свои нелепые сейчас страхи и переживания, когда летел над морем. И я прекрасно вдруг понял, что не играю уже в разворачивающихся событиях, по-видимому, абсолютно никакой роли.

- Это была дезинформация. - сказал капитан Торранс. - Ловкая дезинформация. Немцы весьма искусно обвели вас вокруг пальца.

- Настолько ловко, что решили пожертвовать своим самым новым самолетом? - язвительно сказал я.

Капитан рассмеялся внезапно сухим отрывистым смехом, и я содрогнулся. Этот смех очень мало походил на человеческий.

- Мне жаль вас, Моран. - мягко сказал Торранс, и поглядел мимо меня за борт, в темноту. - Вы сто раз могли сегодня погибнуть, и совсем, в общем-то, ни за что. Впрочем, возможно, что еще погибнете...

- Я не боюсь смерти. - напыщенно сказал я.

- Все равно, - ответил он, - бессмысленная смерть всегда трагична. Капитан снова промолчал. - Я уже имел возможность убедиться в этом на собственном опыте.

Я прекрасно понял, что он имел в виду, не понимал только, при чем тут дезинформация.

- Вы не выполнили бы этого задания, дорогой Моран, даже если бы благополучно сели на своем "Салташе" и передали этот пакет в руки британского командования. - продолжил Торранс. - А вот я и мои люди, - он кивнул в сторону напряженно застывшего у рулевого колеса матроса в новенькой форме и нескольких офицеров, сгрудившихся на дальнем конце мостика, - свою задачу выполнили. Даже больше, чем ЗАДАЧУ, мы выполнили свой ДОЛГ, и нам умирать не страшно... как в прошлый раз.

И он снова рассмеялся.

- Но вы-то ведь рисковали своей головой совсем зря, - продолжал Торранс после недолгой паузы. - И вам обидно будет умирать, так и не поняв до конца, за что именно. - Тут он встрепенулся, словно позабыл сказать что-то важное. - Но заметьте, ваша смерть - не обязательна. У вас есть еще все шансы спастись, и эти шансы - немалые. По крайней мере я помогу вам в этом всеми имеющимися у меня средствами.

Он снова замолк, и только тут я обратил внимание на то, что происходило на палубе под нами. С высоты пятидесяти футов я с недоумением наблюдал за тем, как матросы сбрасывали поднятые из недр корабля самолеты в море. Самолетоподъемники работали бесперебойно, так же бесперебойно истребители и бомбардировщики исчезали в темноте этой бесконечной и кошмарной ночи...

- ЧТО тут происходит, вы наконец-то объясните мне?! - снова, как тогда на палубе после посадки заорал я и вскочил. - Зачем вы выбрасываете самолеты?!

- Не стоит так кричать. - удержал меня Торранс. Затем он перегнулся через поручни и стал с каким-то странным интересом созерцать работу своего экипажа.

- Хозяин тут я. - сказал он. - Но не в этом в конце концов дело. Вы хорошо помните, Моран, тот день, когда погиб "Защитник"?

Я тупо кивнул. Самолеты продолжали исчезать в пучине моря с пугающей быстротой, мой "оборотень" исчез тоже. В голову ударила кровь, но я смолчал, почувствовав в голосе капитана скрытую угрозу.

- И вы, конечно, искренне верите в то, что он именно ПОГИБ?

Я снова кивнул. Странный вопрос, подумал я. Ну конечно же погиб! Хотя... Ч-черт! Я мгновенно позабыл про уничтожаемые самолеты и повернулся к капитану. Капитан тоже повернулся ко мне, и его брови были вопросительно приподняты.

- Отвечайте. - потребовал Торранс.

- На что вы намекаете? - воскликнул я.

- Не на то, о чем вы сейчас подумали.

Неужели на моем лице можно было прочесть то, о чем я подумал? Ну конечно же, "Защитник" погиб... можно было фальсифицировать гибель подводной лодки или миноносца, но проделать такое с тридцатитысячным гигантом! .. Торранс раскрыл было рот, чтобы что-то добавить, но тут на мостик ворвался старший офицер корабля Николлс. Я его узнал, он меня тоже. Но известие, с которым он явился, видно было важнее, чем я. Николлс не удосужился даже кивнуть мне в знак приветствия.

- Сэр, он вышел на дистанцию. - торопливо проговорил Николлс. - Еще десять минут, и он откроет пальбу.

ПАЛЬБУ!

Я подумал, что ослышался. С каких это пор офицеры королевского военно-морского флота стали изъясняться на таком варварском языке?! Торранс, видимо, не обнаружил в этом обращении ничего странного. Он меланхолически поглядел за борт.

- Ясно. - наконец сказал он. - Идите, Николлс, на свое место, и продолжайте наблюдение.

Николлс исчез.

- Слышали, Моран? - повернулся ко мне капитан. - ЧЕРЕЗ ДЕСЯТЬ МИНУТ ОН НАЧИНАЕТ ПО НАМ ПАЛЬБУ.

В голосе капитана, как ни странно, я не уловил и тени иронии по поводу сказанного. Я поглядел на Торранса в ожидании скорейших разъяснений, но он молчал, словно нарочно испытывал мои нервы.

- О чем это вы? - спросил я.

Торранс одарил меня ясной улыбкой.

- О том, что минут через десять мы начнем идти ко дну. - торжественно провозгласил он, затем опять загадочно добавил: - В КОТОРЫЙ РАЗ...

Но такой расплывчатый ответ, сами понимаете, меня совсем не устраивал. С момента появления на этом корабле-призраке я не получил еще ни одного ответа ни на один свой вопрос. Я вдруг заподозрил Торранса в том, что он на самом деле намеревается вывести меня из себя.

- О чем вы только что говорили с Николлсом?! - опять заорал я, чуть не плача. Бедные, бедные мои нервы! Я чувствовал, что мне крышка, и даже если я очнусь каким-то образом от этого навязчивого кошмара, то летать не смогу потом очень долго. Капитан отшатнулся от меня, затем слез со своего кресла и сочувственно закивал головой.

- ВЫ СХОДИТЕ С УМА. - с удивительной проницательностью констатировал он. А жаль. Вам сегодня еще предстоит пустить его в дело.

- Это ВЫ меня с него сводите! - обиженно простонал я. - Нарочно причем! Я готов вас убить, капитан. Быстрее говорите, о чем это вы говорили с...

- О "Бисмарке", уважаемый Моран. - опередил меня капитан. - О нашем старом знакомом.

Я схватился за голову. "Бисмарк", самый сильный линейный корабль гитлеровского флота, был потоплен у Берегов Франции еще два года назад, в мае сорок первого.

- Не-ет, я и на самом деле схожу с ума. - еще жалостливее простонал я. - "Защитник", "Бисмарк"... Там "Титаника" еще у вас не намечается?

Торранс не шевельнулся.

- Мы "Титаника" не видели, и о нем пока ничего не слышали. задумчиво, но вполне серьезно, как я мог сейчас судить, сказал он. - Но наверняка он еще бродит где-то там... там, среди мающихся в безбрежном океане огромных ледяных гор... В этом мире, дорогой мой Моран, корабли всегда находятся ТАМ, где им и ПОЛОЖЕНО находиться...

Нет, это все-таки не Торранс, подумал я. Вернее - не совсем Торранс. Это был какой-то напыщенный поэт в его шкуре. Насколько я знал капитана, он всегда был очень далек от всего того, что не было связано напрямую с тактикой-стратегией, военно-морским флотом, и уставом, определяющим каждое действие каждого винтика, из массы которых и состоит этот гигантский организм, и уж романтическим настроениям в своей жизни Торранс не отводил абсолютно никакого места.