Знахарь. Трилогия (СИ) - Голубев Владимир Евгеньевич - Страница 11

– Альт, ты всегда говорил, что тебе трудно зарабатывать деньги. Думаю, что охранники заплатили бы за такую защиту очень большие деньги. Хочешь, я переговорю с Бестией? – Кляйн посмотрел на меня с надеждой.

– Эту защиту я сделал для вас. Для продажи я делать оружие не буду.

– Это же защита. Ни меч, ни лук.

– Я не вижу разницы. Бестия с такой защитой сможет убивать лучше чем, если ему дать лучший меч, или лук. Средство зарабатывать деньги я уже нашел.

– Белла будет рада. А какое? – Кляйн проявил крайний интерес.

– Будем изготавливать рубины. Спрос на драгоценные камни большой, я узнавал. Рубины отличные накопители магической энергии.

 Приезд Харда был печальным. Новости, которые он привез, были ужасны – гномы пошли войной на империю. Наш городок оказался в стороне от главного удара, горные перевалы были в стороне. Но прогноз Харда был печален, дорога вглубь страны будет перекрыта в считанные дни. Он считал, что бегство уже рискованно. Деньги Хард привез. Ровно пятьсот корон.

– Кляйн, возьми с собой Беллу, никто не торгуется так, как она. Вот вам пятьсот корон, купите на них дешевых, но больших кристаллов. Горный хрусталь за две недели потерял меньше десяти процентов заряда. Для наших целей он годится лучше всего. Я буду делать амулеты.

– Альт, расскажи мне подробно. Что за амулеты? – сразу заинтересовался Хард.

– Идеальная защита, – уходя, бросил Кляйн.

– Он преувеличивает, но получилось хорошо. Особенно для противника, который не знает, как можно бороться с такой защитой. Пойдем, я продемонстрирую тебе твой амулет.

Хард долго и внимательно рассматривал структуру амулета. Тот действительно был очень прост.

– Такая защита требует прорву энергии. Если десятую часть этой энергии направить на атаку, то амулет не справится. Зарядить амулет стоит слишком дорого. Нерациональный подход.

– Ты прав. Но я предпочитаю защиту. Если Белла купит кристаллы по старым ценам, я смогу обеспечить такими амулетами две сотни бойцов.

– Ты будешь заряжать их годы.

– Ты преувеличиваешь. Самое большое – неделю.

 Утром следующего дня все жители города узнали о войне. Паника не успела охватить город, к обеду пришло сообщение, что дорога в империю перерезана гномами. Владелец города Роззе, вольный барон, собрал дружину, захватил с собой городскую стражу, в качестве пушечного мяса, и ускакал. Немногое свидетели рассказывали потом, что барону удалось прорваться. Стражников он положил целиком, но дружину сберег почти всю. Через два дня у меня набралось больше сотни амулетов, в работе было еще полторы сотни. Я попросил Харда отобрать бойцов для отряда.

– Друг мой, тебе надо создать свой отряд. Сотню амулетов можешь забрать уже сейчас. Покажешь их в работе, бегство из города охранников прекратится.

– Как поживает твоё миролюбие? – съехидничал Хард.

– Во-первых, гномов никто сюда не звал. Во-вторых, я предлагаю тебе не убивать их, а брать в плен. А затем менять на кристаллы, их много в горах.

– Много кристаллов, или гномов?

– И тех, и других, – не поддержал я шутку.

 Через день отряд Харда получил первый боевой опыт. К городу приблизился передовой отряд гномов. Пара тысяч бойцов, совсем немного, по меркам гномов. Мага с ними не было, поэтому я парализовал их всех без особых проблем. Хард отправился вязать пленных. Жителей интересовал теперь совсем другой вопрос: где взять столько еды?

Глава 6

Стерва

Хард.

Замок барона почти не охранялся. Но десяток стражников почему-то остался, не удрал в империю. Сам замок, с точки зрения обороны, не представлял интереса, стены были слишком низкие, но замок стоял на холме и донжон замка напоминал смотровую башню. Хард захотел получить такой хороший наблюдательный пункт.

– Откройте ворота новому барону, – закричал сотник Бестия.

– Не смеши меня! Ты стал бароном? – громко заржал стражник.

– Я стал сотником в дружине барона Харда. Даю тебе минуту, чтобы спуститься и открыть ворота. Не вынуждай меня стрелять, – Бестию трудно было разозлить.

– Назвался сотником, а привел всего дюжину бойцов? – стражник не тронулся с места.

– Сам, дурак, напросился, – сказал сам себе Бестия и послал за лестницами. Через полчаса замок был взят. Насмешливого стражника Бестия выпорол и посадил в подвал, подумать о своем поведении. Хард молча наблюдал за действиями сотника. Лишь когда из подвала начали выводить узников, он обратил внимание на худую женщину в грязном, но дорогом, платье.

– Эту ко мне! – отдал приказ Хард. Женщина, на вид старуха, с трудом ковыляла, подталкиваемая копьём. Боец опасался приближать к ней, из-за запаха и обилия насекомых.

– Кто такая?

– Я баронесса фон Роззе, – прошамкала старуха беззубым ртом.

– Это было давным-давно. Сейчас барон фон Роззе я. Баронессы пока нет в наличии, – ознакомил старуху с существующим положением дел Хард.

– Трудно поверить, что барон бросил свою мать в темницу. Какова причина? – продолжил допрос Хард.

– Я жена барона, мне еще нет двадцати, – удивила Харда беззубая старуха, – мой отец лишился баронства и погиб. Я стала неинтересна мужу.

– Странно. Очень странно. Имя у тебя есть?

– Ферокс, господин барон.

– Тюрьма научила тебя знать своё место. Сотник! Организуй баню для всех освобожденных людей. «Баронесса» пусть помоется первой. Потом её покормишь и отведёшь к Альту.

– Людей здесь всего-то двое – должники барона, остальные известные бандиты. Мы их уже казнили. Непонятно, зачем барон их держал в тюрьме? – доложил Бестия. Хард махнул на самовольство сотника рукой, и двинулся осматривать апартаменты бывшего барона.

Паша.

Зловонная беззубая старуха в старом, но чистом балахоне, стриженная наголо, назвалась бывшей баронессой фон Роззе. Зачем она понадобилась Харду, мне было непонятно. Зубы я ей удалил практически все. Затем немного снял воспалительный процесс на почках и удалил жидкость из легких. Провозился целый час. Лечить обессиленную женщину было бесполезно, я поручил её заботам Беллы. Покормить, отогреть, спать уложить.

– Два дня. Не больше! Обещай мне! Наш дом не богадельня! – неожиданно резко отреагировала Белла. С началом войны больных стало мало, зато прибавилось забот с амулетами. Я неделю не уделял Белле должного внимания. Именно внимания ей недоставало, не вульгарного секса.

– Как скажешь, дорогая! – я был предельно вежлив. Лебезил перед Беллой, что мне не нравилось.

– Пора прекращать тебе тащить работу в дом. Прикажи «барону» принести тебе долю от грабежа пленных. Настоящую долю! Эти гномы, до войны с нами, ограбили два баронства. Куда Хард дел обоз? Я хочу жить, как все нормальные люди! – гневно выговорила мне Белла.

– Кляйн! Дружище! – позвал я громко своего напарника.

– Альт, ты отрываешь меня от пирожков, – обиженно сообщил, примчавшийся Кляйн.

– Когда закончишь, сходишь за Хардом?

– Конечно. Пригласить его на пирожки?

– Разговор серьёзный, поэтому захвати в дороге полдюжины хорошего вина, а мне водки. Только не гномьей.

– Понимаю. Нельзя поддерживать вражеского производителя.

 Хард пришел вместе с Кляйном. Бросил все срочные дела.

 – У меня к тебе, мой друг, два дела, – взял я быка за рога.

– Слушаю.

– Кляйн, дружище, принеси мне пирожков на закуску. А Харду и себе что-то солидное, – поспешил я остаться наедине с Хардом.

– Во-первых, у Беллы проснулась жадность. В захваченном тобой гномском обозе есть парча, бархат, шелк, посуда из золота или фарфора, побрякушки из золота?

– Понял. Надо завалить её с головой, чтобы замолчала надолго.

– Надолго? Хотя бы на неделю. Ты не был женат, и поэтому не знаешь женщин.

– Она неделю будет разбирать! – Хард был большой оптимист.