Чародей поневоле (сборник) - Сташеф (Сташефф) Кристофер Зухер - Страница 23

А глаза сердитые и дерзкие. Нет, это была Катарина собственной персоной.

Правда, тяжелая корона лежала на столе, и почему-то королева без нее казалась необычайно маленькой и беззащитной.

— Ты побывал в Доме Кловиса? — требовательно вопросила Катарина. Взгляд ее был подобен лучам рентгеновского аппарата.

Род смущенно усмехнулся и склонил голову в поклоне.

— Как вы и думали, ваше величество,— угрюмо буркнул Бром.— Вот только как вы проведали об этом…

— Это тебя не касается, Бром О'Берин,— гневно посмотрела на карлика Катарина.

Бром застенчиво улыбнулся и повесил голову.

— Как? — фыркнул Род.— Благодаря лазутчикам, само собой. И надо сказать, шпионство у вас тут поставлено блестяще. Как быстро успели вынюхать и донести!

— О нет,— озадаченно нахмурился Бром.— Лазутчиков у нас совсем немного, ибо в наше смутное время крайне трудно найти для такой работы верных людей. А в Доме Кловиса у нас подсадных уток и вовсе нет.

— Лазутчиков нет,— согласилась Катарина,— и все-таки мне ведомо, что нынче ночью ты беседовал с Туаном, предводителем попрошаек.— Голос ее смягчился, и взгляд немного оттаял. Она взглянула на карлика и негромко сказала: — Бром…

Карлик улыбнулся, поклонился и, дошагав до двери, ударил по ней тыльной стороной ладони. Дверь отворилась, Бром шагнул за порог, на прощание одарил Рода гневным взглядом из-под косматых бровей, а потом дверь за ним захлопнулась.

Катарина встала и изящной походкой отошла к камину. Она остановилась там, глядя на пламя, обняв руками талию. Плечи ее были опущены, она казалась такой маленькой и одинокой — и такой красивой сейчас, когда отсветы пламени струились легкой дымкой по чертам ее лица, по плечам… Горло Рода так знакомо сжалось…

Но вот Катарина расправила плечи и повернула голову к нему:

— А ты не тот, за кого себя выдаешь, Род Гэллоугласс.

Род вытаращил глаза.

Рука Катарины скользнула вверх. Она принялась наматывать на палец прядь волос.

Род несколько нервно откашлялся.

— Я простой солдат, ваше величество. Повинуюсь приказаниям, получаю свое жалованье, а меня вот уже в третий раз за тридцать часов пробуют обвинить в чем-то загадочном.

— Если так, то я склонна поверить, что обвинения справедливы.— Катарина насмешливо улыбнулась.

Она опустилась в одно из больших дубовых кресел, крепко сжала подлокотники и несколько мгновений изучающе смотрела на Рода.

— Кто ты такой, Род Гэллоугласс?

Род развел руками, пытаясь разыграть полную невинность:

— Пустой лист, моя королева! Солдат удачи, не более!

— «Не более»,— передразнила его Катарина, и глаза ее угрожающе сверкнули.— Каково твое ремесло, Род Гэллоугласс?

Род нахмурился, чувствуя себя в роли мелкого грызуна в разгар игры в «кошки-мышки».

— Я воин, моя королева.

— Это твоя служба,— сказала Катарина.— Твоя радость, твоя игра. Скажи мне, каково твое ремесло.

«Эта женщина: а) опасна и б) стерва» — так решил Род. Беда была в том, что она была прехорошенькой стервой, а по части женской красоты Род всегда давал слабину.

— Мое ремесло — охранять жизнь вашего величества.

— Воистину! — Катарина насмешливо смотрела на него.— И кто же обучил тебя этому ремеслу? Кто тот мой верноподданный, что подослал тебя ко мне?

И вдруг Род увидел Катарину сквозь пелену насмешливости и дерзости. Это была маска, ширма, а за ними пряталась напуганная и очень одинокая маленькая девочка, которой ужасно, отчаянно хотелось кому-то довериться. Однако она пережила много измен и предательств и больше не могла верить никому.

Род взглянул в ее глаза, стараясь придать взгляду как можно больше доброты и искренности, и сказал в своей излюбленной сверхскромной манере:

— Я никого не зову своим господином, моя королева, и пришел сюда сам, ведомый любовью к моей королеве Катарине и верностью народу Грамерая.

Что-то отчаянное мелькнуло во взгляде королевы. Ее пальцы судорожно сжали подлокотники кресла.

— Любовью…— пробормотала она, и глаза ее вновь приобрели насмешливое выражение.— О да, любовью к королеве,— С этими словами она отвернулась к камину.— Что ж, да будет так. Хотя о тебе я думаю более как о друге… Вот только почему я верю, что ты мне друг, я сама не понимаю.

— О, можете не сомневаться, я вам воистину друг! — улыбнулся Род.— Вы знали, что я побывал в Доме Кловиса, хотя сами не понимали, откуда узнали об этом, и в этом тоже не ошиблись!

— Помолчи! — фыркнула Катарина и медленно обернулась.— Но что привело тебя в Дом Кловиса нынче ночью?

Уж не телепатка ли она, случаем?

Род поскреб подбородок. Вживленный в височную кость микрофон должен был уловить этот звук…

— Одна мысль пр-Векс-следует меня,— проговорил он, сделав вид, что запнулся.— Как вы узнали о том, что я побывал в Доме Кловиса?

— Я на связи, Род,— прозвучал голос за ухом у Родни.

Катарина одарила его взглядом, полным презрения:

— Я знала о твоем разговоре с Туаном Логиром. Так где же еще ты мог побывать, как не в Доме Кловиса.

Очень ловко. Но все равно — откуда ей было знать, что он общался с Туаном… Логиром?!

Логиром!

Род весьма удивился:

— Прошу прощения… э-э-э… вы сказали — «с Туаном Логиром»? Я не ослышался?

Катарина сдвинула брови.

— А мне казалось, что его фамилия — Макреди.

Катарина едва удержалась от смеха:

— О нет! Он — младший сын милорда Логира! Разве ты не ведал об этом?

Младший сын? Значит, Туан и был тем самым парнем, которого сам назвал последним глупцом?

А старший его братец был тем человеком, что затаил давнюю злость на королеву и представлял самую страшную угрозу для монаршего престола.

— Нет,— покачал головой Род.— Этого я не ведал.

Голос Векса промурлыкал за ухом у Рода:

— Имеющаяся информация позволяет судить о разветвленной сети шпионажа.

Род мысленно застонал. Ох уж эти роботы! Помощи от них — как от козла молока.

Род поджал губы и пристально посмотрел на Катарину:

— Вы сказали, ваше величество, что у вас нет лазутчиков в Доме Кловиса, и если верить вам, то это означает…

Он не договорил, ожидая, что фразу ему поможет закончить Векс.

Пауза. Беспорядочный гул и громкий щелчок.

Род мысленно выругался. Если у Катарины нет шпиков, значит, по логике вещей, она не должна знать того, о чем знает. В итоге он выдал бедолаге Вексу очередной парадокс, отчего того снова зашкалило. Что и говорить, трудно иметь дело с роботом-эпилептиком.

Катарина метнула в Рода гневный взгляд:

— Конечно, я говорю правду!

— О, в этом у меня нет сомнений! — торжественно поднял руку Род,— Но вы — монарх, вас так воспитали, и одним из первых полученных вами уроков наверняка был урок того, как лгать с правдивым лицом.

Лицо Катарины окаменело. Она медленно склонила голову и уставилась на свои руки. Когда она подняла глаза, лицо у нее было беспомощное. С него словно спала маска. Королева смотрела на Рода будто затравленный зверек.

— Повторяю: я знала правду и говорила правду,— пробормотала она.— А ты ведаешь более того, что положено солдату, Род Гэллоугласс.

Род тяжело кивнул. Он снова допустил промашку: бравые вояки ничего не смыслят в политике.

— А теперь отвечай,— негромко повелела королева,— как ты попал нынче ночью в Дом Кловиса?

— Моя королева,— торжественно ответствовал Род,— дело было так: в темном проулке трое напали на одного. Я помог ему отбиться, а он отвел меня в Дом Кловиса, дабы отблагодарить стаканчиком вина. Вот так я познакомился с Туаном Логиром.

Королева наморщила лоб.

— Если бы я могла тебе верить…— Она встала понурившись, ссутулив плечи.— В грядущий час мне будут надобны все мои друзья,— негромко проговорила она,— И мне кажется, что ты — самый верный из моих друзей, хотя сама я не ведаю, почему мне так кажется,— Она подняла голову, посмотрела на Рода, и он в ужасе заметил, что в глазах ее стоят слезы.— Еще есть те, кто готов защитить меня,— еле слышно произнесла Катарина, сверкая глазами сквозь слезы.