Чародей поневоле (сборник) - Сташеф (Сташефф) Кристофер Зухер - Страница 147

Род буркнул:

— Могут, конечно, ты попал в точку. Поборники тоталитаризма на данный момент практически исчерпали все ресурсы «крестьянского бунта», а анархисты сровняли с землей движение за права баронов. Так что им явно нужен какой-то новый план, верно?

— Конфликты между Церковью и государством имеют долгую историю, Род. К примеру, Генрих II, король Англии, вел затяжную позиционную войну со святым Томасом Бекетом, архиепископом Кентерберийским, поскольку церковные власти противились попыткам Генриха централизовать правление страной. Это противостояние закончилось убийством Томаса и публичным унижением Генриха. Он был вынужден даровать Церкви концессии. Его сын, король Иоанн, был более упрям. Борьба Иоанна с Папой привела к тому, что Англия была подвергнута отлучению от Церкви — то есть в ней были запрещены крещения, венчания и отпевания, нельзя стало служить мессы и прочие службы. Для человека Средневековья это было истинной трагедией. Большинство жителей тогдашней Англии посчитали, что обречены на вечную геенну огненную из-за греха, совершенного их королем. В итоге вспыхнули народные волнения, и сила их была так велика, что король был вынужден публично покаяться и исполнить наложенную на него епитимью. Протестантское движение в христианстве преуспело отчасти из-за того, что германские принцы поддержали возможность выступить против императора Священной Римской империи. Англия стала протестантской из-за того, что Генрих VIII желал развода, которого Папа ему не позволял. Инквизиция, восстание гугенотов… Гражданская война в Англии отчасти была обусловлена тем, что народом, исповедовавшим протестантство, правил король-католик… И так далее по списку. Нечего дивиться тому, что, когда в восемнадцатом Векс были основаны Соединенные Штаты Америки, отцы-основатели этой страны записали в свою конституцию пункт о разделении Церкви и государства.

Род мрачно кивнул.

— Это могущественная сила, спорить не приходится — особенно в средневековом обществе, где большая часть народа относится к религии как к суеверию. Именно такой конфликт вполне годится для того, чтобы свергнуть правительство, если, конечно, Церковь обеспечит себя достаточной поддержкой народа и войска.

— Знаешь, при той технике и оружии, какими располагают футурианцы, это не составит для них большой проблемы.

— Не составит, если дойдет до дела, — усмехнулся Род.— Ну а нам, стало быть, надо опередить их, пока до дела не дошло, верно я говорю, старый мой электронный скакун?

— Сколь многих войн можно было бы избежать за счет обычного здравого смысла,— вздохнул Векс.

— Это точно. Да вот только короля и милорда аббата обычными людьми не назовешь. А когда речь заходит о политике и религии, смысла вообще не доищешься.

 Глава вторая

— Путешествуете налегке, святой отец? — подмигнул отцу Элу таможенник в космопорту.

Отец Эл кивнул.

— Одно из преимуществ моей профессии. С собой в дорогу нужно брать только запасную сутану, несколько комплектов нижнего белья да принадлежности для служения мессы.

— И еще на диво много литературы,— заметил таможенник и взял наугад книгу из увесистой стопки,— «Магия и маги»….Несколько странный круг чтения для священника, а?

— Я не только священник, я еще и искусствовед-антрополог.

— Что ж, каждому — свое,— заключил таможенник и закрыл чемодан.— Оружия тут, само собой, нет. Ну, разве что вам придется сразиться с парой-тройкой бесов.

— Вряд ли,— улыбнулся отец Эл.— Не ожидаю ничего более страшного, нежели встречи с демоном извращенности.

— С демоном извращенности? — непонимающе нахмурился таможенник.— Это еще что за птица, святой отец?

— Изобретение Эдгара Аллана По,— пояснил отец Эл.— На мой взгляд, демон извращенности, которого также можно назвать и демоном порочности или превратности,— прекрасное объяснение закона Финагля.

Таможенник опасливо взглянул на священника.

— Вы уж на меня не обижайтесь, святой отец, но только я себе священников другими представлял. Но с моей стороны у вас все в полном порядке.— Он указал в сторону выхода на посадку.— Ваш шаттл отбывает во-он с того причала.

— Благодарю вас.

Отец Эл забрал со стойки свой чемодан и направился в зону посадки.

По пути ему попалась консоль с компьютером. Отец Эл немного помедлил, но затем, повинуясь безотчетному порыву, вставил в щель на панели кредитную карточку и набрал запрос: «Мак Аран, Агнус, ок. 1954 г.» и стал ждать. Поиск машине пришлось предпринять нешуточный. Загудела она только через пять секунд. Затем из-под крышки принтера поползла лента распечатки длиной не меньше метра. Отец Эл вытянул ленту и жадно пробежал глазами.

— Мак Аран, Агнус,— шептал он.— Доктор философских наук. Тысяча девятьсот двадцать девятый — две тысячи двадцатый. Физик, инженер, финансист, антрополог. Патенты…

— Прошу прощения, святой отец…

— А? — Отец Эл вздрогнул, обернулся и увидел, что у него за спиной стоит явно нервничающий мужчина.— О, извините, извините! Я и не подумал, что мешаю…

— Все в порядке, святой отец, ничего страшного,— отозвался незнакомец с улыбкой, нисколько не сочетавшейся с его словами.

Отец Эл торопливо сложил распечатку втрое и зашагал к зоне посадки.

Усевшись в мягкое кресло, он снова развернул распечатку. Поразительно, чего только не хранилось в анналах межзвездного справочного бюро! Перед отцом Элом предстала подробнейшая биография человека, которого уже более тысячи лет не было в живых, а составлена она была не иначе как в день его смерти. Так… так… Он запатентовал пять солидных изобретений, затем основал собственную научно-исследовательскую фирму… Странно — и с тех пор больше ничего не патентовал. Может быть, отдавал свои изобретения на откуп тем, кто ведал руководством компанией, и те патентовали их под своими именами? Это уж получалось как-то невероятно щедро. Но, может быть, ему просто не было дела до того, каким образом работает компания и чем вообще занимается… Судя по всему, он с головой ушел в…

— Начинается посадка на лунный шаттл!

Проклятье! Вот так всегда — на самом интересном месте! Отец Эл встал, снова сложил распечатку и поспешил к длинной-предлинной очереди на посадку. Шаттл отбывал каждый час, но каждый пассажир, улетающий из Европы на любую из планет Солнечной системы и даже в другую звездную систему, должен был неминуемо проследовать через Луну. Всего лишь полпроцента населения Терры когда-либо покидали родную планету, но из половины процента от десяти миллиардов получаются очень длинные очереди.

Наконец все пассажиры сгрудились на посадочном трапе и двери за ними закрылись. Никакого ощущения движения не воспоследовало, а тишайший гул моторов заглушали даже негромкие разговоры, но отец Эл точно знал, что трап уже вовсю катится, пересекая милю за милей пластикритового покрытия, в направлении шаттла.

Но вот наконец открылись передние двери, и пассажиры друг за другом потянулись внутрь шаттла. Отец Эл плюхнулся в удобное кресло, защелкнул пряжки пристяжного ремня на внушительном животике и, испустив блаженный вздох, вернулся к прерванному чтению.

Явно подустав от изобретения устройств, способных совершить переворот в технике, Мак Аран переключился на поиски кладов. Он обнаружил массу сокровищ, которые уже многие столетия считались безвозвратно утерянными. Самой впечатляющей из его находок была сокровищница короля Иоанна, но указывалось также и на обнаружение крупных кладов времен расцвета города

Ур, то бишь около двух тысяч лет до Рождества Христова. Эти занятия, что вполне естественно, заставили Мак Арана заинтересоваться археологией, с одной стороны, и финансовой стороной вопроса — с другой. Видимо, таковой синтез увлечений пошел ему на пользу, и из жизни он ушел весьма и весьма состоятельным человеком.

Все это, на взгляд отца Эла, выглядело очень впечатляюще, но вроде бы не имело ровным счетом никакого отношения к магии. Как, интересно, этот человек мог безошибочно признать в ком-то чародея — даже в те времена? Отец Эл изучал историю со всей скрупулезностью и все же ни разу в жизни лично не повстречался с тем, кого мог бы назвать настоящим волшебником. Все, кто попадался на его жизненном пути, оказывались либо шарлатанами, либо эсперами, и в любом случае — несчастными, заблудшими душами. Конечно, в самые незапамятные времена могли существовать колдуны, орудия дьявола. А противостояли им, несомненно, святые. Но хотя в существовании святых отец Эл ни малейших сомнений не испытывал, он сильно сомневался в том, что когда-либо на свете существовали люди, по-настоящему владевшие черной магией. Если бы они существовали — следовательно, у дьявола явно не было никакого опыта в бизнесе. Но чтобы магия, колдовство существовали, не черпая силы ни у Бога, ни у дьявола? Невероятно. Для такого должен был бы потребоваться эспер, медиум, обладавший некоей безымянной силой, которая позволяла бы ему нарушать законы природы — нарушать всего лишь в силу своего желания. А уж это была полная чепуха и дребедень из детских сказочек. Ни наука, ни религия не допускали даже такой возможности. Не существовало в прочной стене здравого смысла ни единой, самой крошечной щелочки, сквозь которую могла бы просочиться такая сила.