Чародей поневоле (сборник) - Сташеф (Сташефф) Кристофер Зухер - Страница 124

Род раскинул руки:

— Какие ладушки! Давай, сынок, лучше в «лови-поймай»! Гори они огнем, эти важные дела!

Малыш взвизгнул от радости и, покинув материнские объятия, перелетел по воздуху к Роду. Род поймал мальчика и перебросил Гвен.

— Нет, муж мой,— решительно объявила Гвен, поймав Магнуса и опустив на пол.— Ты прав. У нас важные дела. Возвращайся к своей нянюшке-эльфу, мой маленький,— довольно строго сказала она Магнусу.

Магнус обиженно выпятил губки:

— Хоцу тут остаться!

Род устремил на сына суровый взгляд:

— А ты будешь тихо себя вести?

Малыш радостно кивнул.

Гвен в отчаянии вздохнула и отвернулась:

— Муж мой, ты балуешь его. Скоро он станет верить, что может получить все, чего ни пожелает!

— Но только попробуй зашуметь! — пригрозил малышу пальцем Род.— Только попробуй нам помешать хоть капельку — и сразу отправишься домой!

Магнус просиял и весело закивал головкой.

— Ну все, иди поиграй.— Род откинулся на спинку стула,— Итак, учитывая, что уговорить Галена невозможно, что же нам делать?

Агата пожала плечами:

— Если уговорить его невозможно — делать уж точно нечего.

— Вот как раз в таких словах дружеской под держки я больше всего и нуждался,— проворчал Род.— Испробуем иную тактику. Как насчет других ветеранов колдовского фронта? Есть еще отшельники, прячущиеся в лесах?

— Магнус, ты обещал,— предупредила сына Гвен.

Агата нахмурилась, устремив взгляд к крыше шатра.

— Быть может, старуха Элида… Она, спору нет, зловредина известная, но сердце у нее все-таки доброе. Ну, еще старик Ансельм…— Она опустила глаза, взглянула на Рода, покачала головой.— О нет. В нем не только зло, но еще и страх. Элиду, лорд Чародей, мы, может, и уговорим, но только…

— Магнус,— повторила Гвен.

Род посмотрел на сына и нахмурился. Малыш, напрочь игнорируя замечания матери, продолжал заниматься тем, чем и занимался,— он жонглировал. Вот только странное это было жонглирование: он бросал перед собой яблоки, а те отскакивали обратно, подобно бумерангам.

Род обернулся к жене:

— Что он вытворяет?

— Да хватит вам! — взорвалась Агата,— Уж и поиграть ребенку нельзя! Он нам нисколько не мешает. Не плачет, не кричит! Он просто играет в мячики с моим сынком Гарольдом и очень хорошо себя ведет! Оставьте ребенка в покое!

Род развернулся к колдунье:

— Он… что делает?

— В мячики играет,— свирепо сдвинула брови Агата.— И в этом нет ничего дурного.

— Но,— еле слышно проговорила Гвен,— того, с кем он играет, не видно.

— Нам не видно,— медленно произнес Род,— Но, судя по всему, Магнус его видит вполне отчетливо.

Агата нахмурилась.

— Это ты о чем?

— А как еще он может знать, куда кидать мячик? — Род, прищурившись, обернулся к Агате.— А вы-то видите своего сына Гарольда?

— Нет. Я его видеть не могу. Но кто еще может бросать яблоки вашему ребенку?

— Вот и я о том же.— Род перевел взгляд на сына.— Я полагал, что ваш Гарольд — бестелесный дух.

— О да, так и есть.

— Но как же тогда Магнус может видеть его? — спросила Гвен, запрокинув голову и округлив глаза.

— Я не говорила, что он не рожден,— возразила Агата и пристально уставилась на летающие туда и обратно фрукты.— Но прежде мне никогда не случалось видеть моего сына воочию.

— Но Магнус-то как может его видеть?

— О, ведь это так просто! Ваш сын обладает могучим даром и способен видеть то, чего не вижу я!

Взгляды Рода и Гвен встретились. Агата была самой могущественной колдуньей в Грамерае!

Род посмотрел на Агату:

— Ладно. Стало быть, наш Магнус — выдающийся телепат. Но не может же он видеть тело там, где его нет.

— Мой сын говорил мне о том, что прежде у него было тело,— медленно проговорила Агата,— Наверное, он излучает воспоминания о том, каким некогда было его тело.

— Проективная телепатия,— пробормотал Род.— Быть может, не слишком сильная, но тем не менее проективная. И еще телекинез. Но я так думал, что это полозависимые генетические признаки…

Агата пожала плечами:

— Не знаю, о чем это ты лопочешь, но… кто знает, на что способен дух, когда он отделен от тела?

— Да… его тела,— тихо проговорил Род, не спуская глаз с того места, откуда отскакивали к Магнусу яблоки.— Но где оно, то тело, о котором он помнит?

Агата вздохнула и откинулась назад. Закрыла глаза, прижалась головой к высокой спинке.

— Ты тревожишь меня, лорд Чародей, ибо мне непонятно то, о чем говорит Гарольд.

— Так, может быть, Гвен сумеет понять? — Род обернулся к жене.— Милая?

Но Гвен покачала головой:

— Нет, господин мой. Мне не дано слышать мыслей Гарольда.

Род не спускал глаз с нее.

Через несколько мгновений он встряхнулся и сел прямее.

— Странно.— Он перевел взгляд на Агату,— Вы не знаете, почему это так? Почему вы можете его слышать, а Гвен — нет?

— Потому что я — его мать,— грустно улыбнулась старуха.

Род смотрел на нее, гадая, нет ли здесь чего-нибудь такого, о чем он не знал. В конце концов он решил рискнуть.

— Я не знал, что вам выпало счастье произвести на свет детей.

— Не выпадало — но я всегда мечтала об этом.

Род пристально глядел на старуху. Мысли его метались. Он пытался уразуметь, как это возможно: быть бездетной и при этом родить сына. Мало-помалу у него в уме выстроилась гипотеза.

— Но как,— осторожно проговорил он,— вы встретились с Гарольдом?

— Не я встретилась с ним,— сверкнула глазами колдунья.— Он сам ко мне явился. Все воистину так, как я говорю: он мой сын — мой и старика Галена.

— Но ведь Гален…

— О да, знаю,— скорбно поджала губы Агата,— Гарольд — тот сын, которого нам с Галеном суждено было иметь, но он не родился, ибо мы с Галеном никогда не касались друг друга.

— Прошу прощения, но… гм-м-м…— Род поскреб макушку, смущенно потупился, но все же заставил себя снова взглянуть Агате в глаза.— Крайне трудно зачать младенца, если… если держаться на расстоянии более пяти футов друг от друга.

— О да! — скривившись, кивнула Агата.— И все же мой сын Гарольд говорит о том, что Гален встречался со мной, ухаживал за мной и женился на мне и через некоторое время я выносила и родила его сына — Гарольда.

— Но это невероятно!

— Ты неимоверно догадлив,— сухо прокомментировала это восклицание Агата.— Тем не менее Гарольд существует и поведал мне об этом. Он поведал мне и другое: мы с Галеном растили его и всегда были вместе и очень любили друг друга.— Взгляд ее затуманился, стал рассеянным, она еле слышно пробормотала: — Все было так, как грезилось мне во дни моей юности…

Род молчал. Гвен, широко раскрыв глаза, смотрела на Агату.

Наконец Агата очнулась от воспоминаний. Она вскинула голову и гневно воззрилась на Рода:

— Неужто ты возьмешься спорить со мною и твердить, что это глупости? Если его тело не было сотворено из плоти, как ему суждено было быть сотворенным, неужто так дивно, что дух его существует бесплотно?

— В принципе, почему бы и нет? — Род откинулся на спинку стула.— Но если его тела никогда не существовало, откуда тогда взялся дух?

— Этого я и сама не понимаю,— призналась Агата.— Гарольд говорит, что, когда он вырос, он стал воином. Он сражался и был ранен, но выходил живым из сражений, и не раз, а десятки раз, и стал полководцем. А потом, в последнем бою, он получил тяжелую рану и смог лишь доползти до пещеры, что отыскал неподалеку. Там он лег и погрузился в сон — он и теперь лежит там, покоясь в смертной дремоте. Тело его подобно мумии, и дух покинул его, но не смог уйти последним путем на небеса…— Она содрогнулась, закрыла глаза.— Он жаждет этого пути, и жажда эта так сильна, что я не в силах передать этого словами. Он жаждал этого, но…— Она открыла глаза и нахмурилась,— Но не смог, ибо, хотя тело его и сковал сон, подобный смерти, все же это не смерть. Но и духу не под силу вернуться в это тело и пробудить его.

— Кома,— понимающе кивнул Род,— Но если его так и оставить, он умрет от истощения.