Крайние меры - Макеев Алексей Викторович - Страница 37

Крячко слушал эту отповедь со все возрастающим изумлением. Он уже догадался, с кем разговаривает Гуров, но не мог понять, чего тот добивается от Дубравцевой.

– Итак, – продолжал Лев, – вас напугал не черт с рогами, а мельком увиденный когда-то мужчина, которого вы совершенно не знаете. Я делаю из этого вывод: зато вы знаете того человека, которого сопровождал ваш преследователь. Вот он-то и есть в вашем представлении тот самый черт. Я прав? Молчите… А меж тем я, чтобы помочь вам, должен знать по крайней мере не меньше вашего. Так кого же сопровождал человек, следивший за вами?

– Я… Я скажу. Но обеспечьте мою безопасность! Приезжайте прямо сейчас, всего по телефону не расскажешь! Дайте мне какую-нибудь охрану!

– Хорошо, – помолчав несколько секунд, ответил Гуров. – Сидите дома, носа не высовывая. Ждите нас. На месте что-нибудь придумаем. Диктуйте адрес.

Он положил трубку и повернулся к Станиславу:

– Планы немного меняются. Поехали к Дубравцевой. Возможно, это ложная тревога и Татьяне просто примерещилось, что ее выслеживают. Но рисковать я не хочу. Два трупа уже имеем в наличии, пропавший Белоед… Для полного счастья не хватает только, чтобы и с Дубравцевой что-нибудь стряслось. К тому же она сейчас так перепугана, что хоть веревки вей. Может быть, удастся выжать из нее что-то ценное, в молчанку играть она сейчас не будет. А вот оттуда рванем на Грузинский Вал. Не поздно будет? Не закроются они?

– Как ресторан уже закрылись, – взглянув на часы, ответил Крячко. – А так, для своих, всю ночь. Мы же не экзотическими блюдами типа "ужина вурдалака" там наслаждаться собираемся, так что не опоздаем. Эх, доля сыскарская! Поспать сегодня, похоже, нам не светит. А я, кстати, еще и голодный как собака.

– Не пыли! – утешил друга Гуров. – Раз такой голодный, схаваешь в «Жиле» ужин вурдалака. За счет заведения. За интересной, содержательной беседой с тамошними вурдалаками. Я сейчас над другим голову ломаю: что делать с Дубравцевой? Как ее пресловутую безопасность обеспечивать станем? Увезти ее с сыном от греха на нашу ведомственную хатку? Эх, не хотелось бы! А если она ничего не преувеличивает, если впрямь «хвост» за ней был? Появляется шанс поймать этот «хвост» в капкан и кое о чем его порасспросить. Но! Для этого надо кого-то с ней оставить, а с завтрашнего утра организовать грамотную «наружку». Но кого оставишь? Сейчас поздно уже, в управлении народу шиш да маленько, и у каждого своих дел и забот немерено. Звонить Орлову домой, подключать его генеральский авторитет? Петр, конечно, найдет кого послать на охрану Дубравцевой, но сколько времени это займет? Да и не хочется мне сейчас, на этом этапе, подключать Петра: стыдно даже – что мы, дети малые? Кому-то из нас оставаться с ней? Очень нежелательно! Нельзя нам сейчас разделяться, тем более что без тебя мне в «Жиле» делать нечего – у тебя есть выход на этих извращенцев, а я там не знаю никого, пока еще сориентируюсь… Посылать в "Жиль де Рэ" тебя одного, без страховки? Что-то у меня к такому душа не лежит. Да и не привык я уходить в сторону от главного направления розыска. А главное сейчас – быстренько сцапать Рыжикова. Эта фигура – единственное, что у нас есть конкретного на текущий момент, ты согласен? Как станем из положения выходить?

– Поехали к Дубравцевой, – решительно сказал Станислав. – На месте разберемся.

Но тут снова зазвонил телефон.

– Какой Павел? – переспросил в трубку Гуров. – Ах, это ты, майор! Что там нарыл у запойного главного инженера? Вот как… Нет, о Белоеде по-прежнему ничего не слышно. Слушай, Косицкий, приказать я тебе не могу, но попрошу: помоги нам со Станиславом. Сам понимаешь, дела наши переплелись. Ты нам нужен на сегодняшнюю ночь, подстраховать нас. Согласен? Вот и ладненько. Ты где сейчас? О! Совсем удачно, это рядом. Звони жене, предупреди, что домой сегодня… Ах, ты неженат? Экий ценный ты кадр! Диктую тебе адрес, добирайся туда в темпе, тебе в двух шагах, и жди нас. Там, на месте, я тебе все объясню, а ты подробно расскажешь про свои достижения.

Он продиктовал Косицкому адрес Татьяны, облегченно утер пот со лба:

– В жизни не знаешь, где найдешь, где потеряешь! Повезло нам с майором, я это сразу понял. На него я не побоюсь оставить Дубравцеву. Кстати, он сказал, что у Забугина есть предположение, кто такой наш таинственный "С.Х.". Поехали, что ли, а то собираемся, как воры на ярмарку!

Через несколько минут черный «мерс» Станислава с гуровским «Пежо» в кильватере плавно покинул "порт приписки" – служебную стоянку ГУ уголовного розыска. Ночное плаванье обещало быть бурным!

Глава 11

– Меня тут впускать не хотели, – со смешком сказал Гурову майор Косицкий, открыв дверь квартиры Дубравцевой, – как я удостоверением перед «глазком» не размахивал. Только когда на вас, Лев Иванович, сослался, дама поверила, что я – не переодетый бандит, пришедший по ее душу. Даже чаем с вареньем напоила. С бутербродами. Но объяснить мне, в чем, собственно, дело и кого она так боится, не пожелала. Сказала, что будет дожидаться вас.

– Дождалась, – коротко бросил Гуров, проходя вместе со Станиславом на кухню. – Сейчас будем расставлять все по местам. Приятно снова встретиться, Татьяна Тарасовна! Времени у меня мало, так что давайте без экивоков сегодняшнего утра. С кем вы видели человека, который следил за вами?

За стенкой кухни слышалась громкая веселая музыка: сын Дубравцевой, несмотря на поздний час, наслаждался американской комедией по видику. Эта музыка особенно резко подчеркивала перемены, произошедшие с женщиной за эти часы. Нет, выглядела Дубравцева по-прежнему элегантно, даже попыталась вымученно улыбнуться, только вот с первого взгляда было видно, как тяжело давалось ей кажущееся спокойствие. Под глазами залегли глубокие синеватые тени, пальцы слегка подрагивали.

– С Хруцким, – тихо проговорила она после очень долгого молчания. Зрачки ее глаз расширились, на щеках выступил лихорадочный румянец. – С тем самым "С.Х.", о котором вы, полковник, меня так назойливо расспрашивали. Есть такой человек, Хруцкий Сергей Аркадьевич.

– Э-э-э! – удивленно протянул Косицкий. – Но и мне главный инженер "Русского зодчего" назвал эту фамилию! Когда я начал расспрашивать Забугина о том, кто бы это такой мог быть, упомянутый в файлах Рашевского "С.Х.", он думал, думал, а потом в похмельной головушке, видать, колесики одно за другое зацепились. Не иначе, говорит, однокурсник Степы Белоеда, Сережа Хруцкий. Он сейчас руководит крупной посреднической фирмой "Самострой-сервис".

"Вот что за надпись была на борту "газельки", – подумал Гуров. – Еще один узелок в нашей сеточке завязался. Разрозненные фрагменты начинают складываться в целостную картинку. Хм!.. Майор-то еще не знает о результатах нашей беседы с аэрологами, то-то ему сюрприз будет! Но сейчас важнее Дубравцева. Не просто же из упрямства она молчала утром и раскололась только сейчас, после мнимой или реальной угрозы. Да чего там! Реальной, голову на отсечение даю!"

– Поставка стройматериалов, техники, комплектующих по Москве и области, – продолжал с гордостью делиться добытым материалом майор Косицкий. – Их «Зодчий» тоже сидел на поставках Хруцкого. Кстати, отзывался о нем Забугин весьма неодобрительно. Как о жадном и жуликоватом дельце, который в бизнесе никаких правил не признает. Вообще, по его словам, производство и перепродажа стройматериалов в России – сверхдоходный бизнес с очень жесткими нравами. Так вот, даже в таком крокодильем садке Хруцкого опасались. Забугин жаловался, что «Самострой-сервис» поставлял "Русскому зодчему" дрянной цемент и некондиционные электроды. Профили, опять же, из какой-то не такой, как надо, стали.

– Притормози, Павел, дойдет дело и до твоих успехов, – властно сказал Гуров, повернувшись к Дубравцевой и пристально вглядываясь ей в глаза. – А теперь, Татьяна Тарасовна, отвечайте быстро, четко и без вранья. Что связывало вашего любовника с Хруцким? Что связывает с Хруцким вас? Почему вы так боитесь этого человека? Почему вы были неискренни со мной?