Странствия Иеро (дилогия) - Ланье Стерлинг - Страница 72

«Иди ко мне, любимая,— мысленно позвал он,— Прости, я был глупцом. Она лишь хотела спросить у тебя разрешения, не так ли?»

Лучар снова спрятала лицо у него на груди.

«Да, конечно! Так поступила бы любая честная женщина. У нее никогда не было мужчины, и она впервые узнала любовь с тобой. Она сказала, что ты — мой навсегда и она просит тебя лишь на одну ночь. Она так сказала это, что я отбросила всякую ревность! Но видишь… видишь… пережить то, что случилось, все же тяжелее, чем я думала!»

— О Иеро,— добавила девушка вслух, и голос ее стал печальным,— знаешь ли ты, что она сказала мне на прощание сегодня утром? «Может быть, у меня родится первый мальчик. Это было бы счастьем для нашего народа. Не забывай же меня — ты, которая всегда будет с ним!»

Священник нежно погладил ее по спине.

— Не плачь, милая,— прошептал он.— Я просто в восторге. Ведь у меня был такой чудесный сон!

Лучар взглянула на его лицо и поняла, что он шутит; но в глазах его таилась печаль. Тонкие пальцы девушки легко коснулись лба Иеро, погладили щеку. Потом она улыбнулась:

— Запомни, пер Иеро Дистин, я не хочу больше слышать об этом! И не хочу вспоминать! Договорились?

Иеро повернулся и отыскал глазами старого эливенера.

«Мы можем идти дальше»,— мысленно произнес он.

Брат Альдо взял под уздцы Клоца, уже навьюченного поклажей, Гимп махнул рукой морякам, они поднялись и зашагали нестройной колонной к краю поляны. В это время в тени гигантского дерева возник Горм. Итак, все были в сборе, и Иеро занял свое место во главе отряда. Тихо переговариваясь, позвякивая оружием, люди двинулись в путь.

Священник обернулся, надеясь увидеть лесную фею, что снилась ему в прошлую ночь, но не разглядел ничего. Над лесом висел серебристый птичий щебет, но различить в нем голос Вайлэ-ри он не мог.

«Они будут идти за нами вдоль опушки,— пришло сообщение от брата Альдо,— Они хотят знать, жив ли Дом, и думают, что ты сообщишь им об этом. Так сказала их властительница Лучар».

«Дом, разумеется, жив,— послал Иеро ответ.— И я надеюсь, что Господь убережет нас от встречи с ним».

Они шли на юг в сотне ярдов от опушки леса, который вздымался в отдалении словно изумрудная стена. В полдень отряд остановился для короткого отдыха и еды, затем священник подал сигнал двигаться дальше. К вечеру из затянувших небо туч на головы путников обрушился теплый ливень. Видимость сразу же стала очень плохой, почва превратилась в жидкую грязь, и люди свернули к краю джунглей. Здесь, под пологом огромных деревьев, был разбит лагерь, разожжен костер и приготовлена горячая пища.

Дождь шел почти всю ночь. Когда рассвело и путники двинулись дальше, стало ясно, что они достигли окраины лесного массива. Растительность изменилась: все чаще стали попадаться пальмы и заросли акации, деревья-гиганты, высившиеся подобно исполинам над низкорослым кустарником, уменьшились в числе и наконец исчезли совсем. Жара стала сильнее. К югу, насколько мог видеть глаз, раскинулась широкая, поросшая травой равнина. Слева от них песчаные языки вторгались в сочную зелень прерии, и вместе с этими первыми признаками пустыни появились уже хорошо знакомые мертвенные цвета. Плесень, огромные мухи, гниющий кустарник… Здесь владения Дома начинались в милях трех-четырех от края джунглей, нигде близко не подступая к лесу. Вероятно, отсутствие больших деревьев делало эту область менее привлекательной для него.

Дичь здесь, однако, водилась в изобилии. Животные, похожие на оленей, и большие грациозные создания вроде антилоп маячили тут и там в степи, неторопливо передвигаясь и освобождая людям дорогу; большинство из них были незнакомы Иеро. Однажды путники наткнулись на стаю короткохвостых полосатых зверей, напоминавших гиен, которые жадно обгладывали тушу какого-то животного, раза в три превосходившего Клоца размером. Они благоразумно обогнули хищников стороной — как и огромное существо, помесь медведя с гигантской рысью, которое встретилось им через несколько миль. Очевидно, зверь не был голоден; он испустил громовое рычание, но не пытался их преследовать. Вечером они воздвигли прочную изгородь вокруг лагеря и разложили большие костры. Рычание и рев, раздававшиеся вокруг стоянки ночью, доказывали, что такая предусмотрительность была не лишней: в этой местности звери не знали и не боялись человека.

На следующее утро рассвет был ясным и жарким, свежий воздух благоухал, словно дыхание весны. Цветущие травы, сквозь которые пробирался отряд, пахли медом. В этот день они повернули к востоку и шли медленно, не торопясь, внимательно изучая окрестности. По расчетам Иеро, наступило время для поисков заброшенного города; карты больше не были нужны.

Вскоре отряд достиг пустынной равнины, поросшей чахлым кустарником, за которой простиралась захваченная Домом территория. Иеро различал вдали многочисленные образования, подобные огромным шарам и поганкам; почва между ними была покрыта фестонами плесени, отливающей всеми оттенками желтого, фиолетового и грязно-багрового. Эта мерзость выглядела столь же отвратительно, как на севере, на границе с владениями племени Вайлэ-ри.

Священник остановил отряд.

— Не стоит рисковать,— произнес он, показывая на заросли огромных поганок,— Эта дрянь не больше чем в полумиле от нас. Слишком близко, если судить по моему собственному опыту.

Брат Альдо выглядел озабоченным.

— Мы уже добрались до нужного района, но я не вижу никаких руин,— Он положил руку на плечо Иеро.— Некоторые из этих древних городов захоронены так, что от них не осталось и следа. Надеюсь, ты понимаешь, сын мой, что наши поиски могут оказаться бесполезными. Кто знает, когда и кем были нанесены на карты знаки, обозначающие Забытые города? Сколько раз эти карты копировались и какие при этом сделаны ошибки?

— После такого длинного и опасного пути и с таким опытным командиром мы просто не можем потерпеть неудачу! — воскликнула Лучар. Несокрушимая вера в своего возлюбленного звучала в словах девушки. Иеро усмехнулся и, немного поразмыслив, сказал:

— Придется начать тщательные поиски. Мастер Гимп, объясни людям, что мы ищем древний город, скрытый под землей. Пусть они отмечают все признаки человеческой деятельности, любой след — все, что покажется им подозрительным.

Горм поднял мохнатую голову, медленно покачивая ею и нюхая воздух.

«Я чувствую, что когда-то здесь было много людей. Где-то, не очень далеко отсюда, спрятан человеческий город».

По команде капитана моряки растянулись длинной цепью, и через три-четыре часа отряд настолько рассеялся, что это стало беспокоить Иеро. Некоторые люди уже казались крохотными точками в безбрежном пространстве равнины. Хотя ни один из моряков, согласно полученным инструкциям, не приближался к границе владений Дома, кто знал, какие звери таятся среди травы и зарослей кустарника? Священник подал знак Гимпу, и, по сигналу корабельного горна, мореходы вновь собрались вместе. Иеро велел им отдыхать и готовить обед. Небо еще было ясным, но громоздившиеся на юге тучи снова обещали к ночи сильный дождь.

— Итак, можно сделать лишь один вывод,— произнес священник, обращаясь к своим спутникам,— Если мы не нашли здесь города, значит, он лежит восточнее,— Он вытянул руку к возвышавшимся на горизонте поганкам и фиолетовым шарам.

— Боюсь, что ты прав,— кивнул брат Альдо.

— Ты не пойдешь туда без меня! — с тревогой воскликнула Лучар, хватая священника за руку.— Я не пущу тебя одного!

— Ты будешь делать то, что тебе скажут, или я тебя отшлепаю! — Иеро говорил шутливо, но взгляд его был серьезен.— Кроме того, я не собираюсь идти один. Брат Альдо, мы используем прежнюю тактику: ты и Лучар — в арьергарде, а мы с Гормом попытаемся проникнуть дальше на восток. Остальные под командой Гимпа пусть готовятся послать огненные стрелы, как только получат сигнал от нас.

«Это наилучший способ,— заявил Горм.— Другого выхода у нас нет».

Иеро нежно поцеловал девушку и направился в сторону отвратительных зарослей, что громоздились на востоке. В нескольких футах за священником двигался Горм, нюхая воздух и негромко фыркая. Старый эливенер следил за ними взглядом, сжимая одной рукой узду Клоца и держа другую на плече девушки. Позади них стояли сбившиеся в плотную толпу мореходы. Дым клубился под горящими факелами, стрелки держали оружие наготове.