Странствия Иеро (дилогия) - Ланье Стерлинг - Страница 122

Иеро прислонился к плетеному ограждению платформы; теперь он мог позволить себе расслабиться. Усилия Нечистого помогли ему найти новых союзников. Забавная ситуация! И вряд ли она порадовала бы С'дану!

Ночь убывала, восток разгорался первыми отблесками рассвета. Устроившись на краю воздушного гнезда иир'ова, священник слушал историю их пленения, случившуюся далеко отсюда, в иной земле, за сотни миль от вольной прерии. Он полагал, что адепты Нечистого вывели эту расу для битв — ментальных и тех, где используется более осязаемое оружие,— однако не стал делиться своими догадками с Помнящей.

Но какую ошибку допустил враг! Сражение мыслью требует мощного высокоразвитого мозга, а такой разум не способен к бездумному подчинению. И вскоре новосотво-ренное племя воинов поняло, что является лишь орудием в руке хозяина, ничтожной частью его великого зловещего плана. Боль и мучения научили иир'ова терпению, ложь их владык — проницательности, жажда свободы — сотрудничеству. Они объединились и восстали.

И наступил час отмщения, ночь крови и огня! Они застали врасплох своих владык и вырвались из пещер и пылающих лабораторий, потеряв многих; тех же, кому удалось выжить, преследовали долго и упорно. Они бежали, упрямые гордецы, бежали, пока их сердца не начали рваться из груди, бежали, пока их самки могли нести детенышей. Они были уже вне пределов досягаемости прежних хозяев, и разум их стал свободен от ментальных оков, но они шли день за днем, пока не достигли новых земель. Здесь они остались, но не забыли того, что минуло. Их история, трагическая и мрачная, повторялась все новым и новым поколениям; кровоточащий шрам воспоминаний не зарастал плотью забвения.

Когда первые группы переселенцев и странствующих пастухов появились в этих краях, внимательные глаза наблюдали за ними из тенистых рощ. Единственные представители рода людского, которых знали иир'ова, были слугами Нечистого, и горячие головы решили, что пришельцев нужно истребить — полностью и без жалости. Но мудрость победила. Понаблюдав за чужаками, они сообразили, что эти существа относятся к другой породе, безвредной и робкой. Пришельцы даже оказались полезны: мясо их животных было вкусным, молоко — восхитительным. Итак, поселенцам разрешили остаться в их деревнях; они жили под бдительным присмотром, обложенные данью.

Ни эта дань, ни тайное владычество детей Ветра не были обременительными, если не считать строгого исполнения немногочисленных законов. Любой человек, увидевший вблизи одного из своих неведомых повелителей, умирал; исключения тут не признавались. Старейшины иир'ова полагали, что пришельцы являются не только источником легкого пропитания; нет, они могли служить и другим целям. Они были живым напоминанием о прошлом и, при нужде, стали бы маскирующим фактором, если б слуги Нечистого появились в саванне. Итак, две расы, два племени жили бок о бок; насколько Иеро мог установить, это продолжалось две сотни лет.

После заката люди затворялись в своих жилищах, за деревянными заборами деревень. Ночь принадлежала детям Ветра. Искусные охотники, они истребляли опасных зверей, которые могли бы угрожать скоту или людям. В округе было три человеческих поселения, и по их числу племя иир'ова делилось на три рода, или прайда. Пришельцы скоро проведали о своих незримых покровителях — возможно, это знание пришло жестоким путем. Их жизнь проходила рядом с призраками. Вскоре они поняли, что должны в определенный час оставлять пищу и молоко в отмеченных местах; они узнали, что призраков можно увидеть лишь ночью и что слишком любопытные исчезнут навсегда. Страх надежно держал их за стенами деревень. Изредка, в предрассветных сумерках, сидевший на дереве часовой мог разглядеть стремительные фигуры охотников, скользившие среди высокой травы; он знал, что то были таинственные боги его народа, вершители безжалостного закона.

С философским спокойствием Иеро подумал, что он встречал немало племен, обладавших, на первый взгляд, тем, что они называли свободой, но живших много хуже. Когда-нибудь придет день, и он сам или другие поразмыслят над этим странным несоответствием человеческих культур и поищут пути их изменения.

История была завершена, и Помнящая разрешила человеку перебраться на одну из плетеных платформ, где он мог спокойно отдохнуть. Наступал день, период сна для иир'ова, хотя для этого им требовалось меньше времени,чем людям. Обычно в светлые часы они занимались какой-нибудь несложной работой — выделывали ремни из шкур, плели корзины и лепили грубые глиняные горшки.

Около полудня Б'ургх разбудил гостя. Восточный прайд собрался на поляне в центре рощи, и Иеро был представлен всем от мала до велика, не исключая совсем крохотных детенышей. К двум остальным родам отправили посланцев, чтобы сообщить о новом союзнике. После этого священник обрел полную свободу и смог удовлетворить свое любопытство.

Они были простым народом, эти иир'ова; их материальная культура примерно соответствовала уровню австралийских аборигенов. Они не имели даже оружия, кроме длинных ножей, обсидиановых или металлических; последние, несомненно, являлись частью взимаемой с деревень дани. Пожалуй, решил священник, они и в самом деле не нуждались ни в чем. Их невероятная подвижность да «ветер смерти» делали охоту слишком легкой! У них было все, что надо для жизни, и никто не желал большего. Иир'ова пользовались огнем, но только ради тепла и света; они предпочитали сырую плоть печеному мясу. Дикие груши и другие плоды разнообразили их стол; они ели растительную пищу, когда чувствовали необходимость в ней. Еще они знали несколько целебных трав; этим ограничивалась их примитивная фармакология.

Два пушистых малыша, обитавших на соседней платформе, показались Иеро очаровательными. Они, в свою очередь, решили, что этот странный безволосый чужак является превосходной игрушкой. Теперь Иеро, прогуливаясь вечерами по стойбищу, тащил на каждом плече теплый мохнатый подпрыгивающий комочек. Сзади тянулся хвост детенышей постарше и подростков, засыпавших гостя таким количеством вопросов, что у него гудело в голове от безуспешных попыток разобраться, кому и что он должен ответить. У любого костра его ждал радушный прием, и, обходя их изо дня в день, он старался разделить трапезу с каждым членом племени.

По вечерам он наносил обязательный визит Помнящей — иир'ова были весьма щепетильны в вопросах вежливости. Иеро проводил с ней не меньше часа; иногда к ним присоединялись Б'ургх и Младшая — та, которая познакомилась с его мечом на дереве вблизи деревни. Теперь он знал ее имя — М'рин; со временем ей предстояло стать новой Помнящей Восточного прайда.

Взаимоотношения между членами племени были тонкими, порой почти неуловимыми и непонятными. Встречались пары, питавшие друг к другу несомненную и глубокую привязанность, но многие не искали устойчивых семейных связей. Одни самки предпочитали постоянных партнеров, другие часто меняли приятелей. Впрочем, детенышам никакие любовные пертурбации старших не доставляли хлопот — они считались общими. Иеро выведал, что иногда дети Ветра устраивали нечто вроде праздников, во время которых переставали действовать все правила и законы. Они жгли на кострах какую-то траву, дым которой приводил их в дикое возбуждение, почти неистовство.

Помнящих тщательно отбирали среди молодых самок, и затем они проходили длительное обучение. Что касается Б'ургха, то, как предполагал Иеро, он завоевал свой титул главного охотника и военного вождя в поединке; в один из дней его мог вызвать на битву кто-нибудь из младших самцов, и если юный воин переживет такое сражение, то будет принят в почетный круг старших — тех, к чьим советам прислушивается Помнящая.

Иногда по ночам прайд устраивал нечто вроде хорового пения — Иеро не мог подобрать лучшего слова. На его взгляд, эти музыкальные фестивали были слегка шумноваты, так как песни иир'ова напоминали вопли огромных котов. Иногда завывания и протяжные мяукающие рулады становились чуть тоньше и мелодичнее, но тут же с новой силой обрушивались на человека, терзая слух. Иеро вежливо внимал, кивая головой, изображая безграничное удовольствие. Эти сборища устраивались в честь гостя и нового союзника; за неделю, которую он провел с прайдом, ему пришлось не раз в них участвовать.