Сфинкс (СИ) - Моисеев Валерий Васильевич - Страница 74

Внезапно перед ним возникло Лицо Нефертау. Но на этот раз это было не просто Лицо! У него была шея, плечи и дивная левая грудь! При виде такого великолепия Некра застонал от охватившей его неземной тоски. Также внезапно, как и появилась, Нефертау вдруг заговорила. Собственно она даже не говорила, оно просто ласково шевелила губами, а нежный чарующий голос волнами вливался прямо в мозг Некра.

— Ты видишь, что я уже начинаю материализоваться? — спросила Нефертау. — Ответь, тебе нравится моя грудь?

Некра исступленно замычал и закивал головой в знак согласия. Танцовщицы в испуге отпрянули от него в сторону.

— Да, моя госпожа! — неожиданно в голос взревел он.

— Осталось совсем немного, — продолжил Голос Нефертау у него прямо в мозгу. — И процесс будет завершен! Но мне нужны еще жизни, молодые и здоровые! Чем больше, тем лучше! Тем быстрее я смогу соединиться с тобой, мой возлюбленный, мой герой!

— Да, моя госпожа! — вновь взревел Некра, внезапно пружинисто вскакивая на ноги.

— Слышь ты, нищий, а ну займи прежнюю позицию! — крикнул ему старый солдат и бросился с намерением свалить его на землю.

Но Некра неожиданно легко ушел от прямого удара ногой и в свою очередь крепко наказал легкомысленного ветерана крепким пинком между ног. Тот взвыл, согнулся пополам и рухнул на землю, оглашая близлежащие окрестности тоскливым нечеловеческим воем.

— Чего же ты медлишь, мой герой, или ты уже более не любишь меня? — продолжал нежно звучать Голос Нефертау в голове Некра. — Возьми же их жизни все до единой и отдай их мне!

— Я люблю тебя! — зарычал Некра и кинулся прямиком на застывших в недоумении воинов. Первого из стоящих к нему ближе всех солдата он смел одним ударом ноги. Тот подлетел в воздухе, причем ноги его оказались выше головы, после чего он рухнул, едва не сломав себе при этом шею. Второй кинувшийся на него противник, после того как Некра резко ушел в сторону нарвался горлом на хлесткий удар предплечьем. Дико захрипев, он опрокинулся на спину и принялся заново учиться дышать.

При виде такой прыти, Хнум недолго думая сунул обе руки за спину и вынул оттуда висевшие на ремнях палицы. Судя по многочисленным царапинам и выбоинам, эти темные деревянные дубинки с бронзовыми шишаками многое повидали на своем веку. К тому времени, когда Хнум вернулся к потасовке, Некра умудрился нейтрализовать еще одного солдата.

Завидев решительно направляющегося к нему вооруженного здоровяка, Некра на мгновение замешкался, но Нефертау тут же подсказала ему:

— Убей сначала его, это единственный кто может противостоять тебе! Убьешь его — с остальными справишься без труда!

Получив приказ от своей призрачной возлюбленной, Некра ни секунды не раздумывая, кинулся вперед. Он несся как разъяренный бык, низко опустив голову и выставив впереди себя руки плотно сжатые в кулаки.

Хнум спокойно встретил несущегося на него противника. В самый последний момент перед столкновением, он молниеносно перехватил палицу в левой руке обратным хватом и снизу встретил ею набегающего на него Некра.

Парасхит вдруг с изумлением обнаружил, что рука, который он только что намеревался нанести удар, совсем не слушается его. Более того, он совсем перестал ее чувствовать. В следующий момент он получил сокрушительный удар палицей сбоку по ноге, внутри которой хрустнула кость. Оставшись без опоры, он неожиданно завалился на бок. Некра попытался было подняться, но со сломанной рукой и перебитой ногой это оказалось не так, то легко сделать.

Хнум танцующей походкой двигался вокруг него, легко поигрывая двумя увесистыми палицами.

— Ну, что воины? — окликнул он своих парней. — Навалял вам нищий бродяга, как хотел? А если, кто об этом узнает? Нас же после этого не только бояться перестанут, над нами будут смеяться как стадо обезьян в брачный период!

Его солдаты, кряхтя, поднимались с пыльной земли, почесывая и потирая ушибленные места. Все это время Некра предпринимал отчаянные попытки подняться на ноги.

— Да, лежи ты уже! — недовольно проговорил Хнум и точным ударом палицы перебил ему голень второй ноги.

Некра рухнул на землю, но своих тщетных попыток подняться так и не оставил. Лицо Нефертау, трагически изломав брови, в немой скорби смотрело на него. По ее прекрасным бледным щекам стекали прозрачные как льдинки слезы.

— Я сделаю твое тело нечувствительным к боли! — прошептала Нефертау, слабеющим Голосом.

И действительно Некра совершенно не чувствовал боли. Ему было только мучительно больно за то, что он так и не смог оправдать доверия Нефертау. Он не смог вытащить свою возлюбленную с того света на этот! Эта задача оказалась ему не под силу, хотя он делал для этого все, что от него зависело!

Возможно, ему следовало пойти другим путем? Быть может, ему совсем не стоило превращаться в бродягу, а напротив нужно было стать одним из жрецов Амона, а также не стоило убивать верховного жреца Баксути? Возможно, в этом случае он смог бы более длительное время безнаказанно охотиться на людей? Но как бы, то, ни было, время было уже упущено и теперь ему только оставалось пожинать плоды своей бурной деятельности.

— Тащите эту сволочь на площадь, возле Блошиного рынка! — прокричал Хнум. — Подходите не бойтесь! У него только одна целая рука осталась!

— Так он же грязный весь! Как его брать-то? — возмущенно спросил один из солдат, приближаясь к Некра, который все еще пытался подняться на своих переломанных конечностях.

— Ты, что хочешь, чтобы его стражники забрали, отвезли в храмовую лечебницу, там подлечили, отмыли и выходили? — злобно спросил Хнум. — Совсем с головой дружить престал? Представляешь, какие слухи он потом по городу пустит? Все будут говорить, что грязный бродяга воинов фараона раскидал как каких-то щенят!

— Да кто же ему поверит-то? — исподлобья посмотрел на него ветеран, все еще держась за отбитую промежность. — Бродяга, он и есть бродяга!

— Заткнись! — прикрикнул на него Хнум. — Просто делай, то чего тебе говорят старшие! Я уже не говорю, что будет, если это позор дойдет до самого фараона! Ты, вообще, представляешь, чем это для нас может закончиться?

— Да! — немного подумав, ответил старый солдат.

— Вот и я о том же! — сразу успокаиваясь, сказал Хнум. — Поэтому берите эту падаль и тащите на площадь!

К тому времени, когда Некра притащили и бросили посреди площади, он уже перестал двигаться. Несмотря на то, что раздробленные кости ног прорвали кожу и теперь торчали наружу, он по-прежнему не чувствовал боли.

По мере того, как силы покидали Некра, Лицо Нефертау с застывшим на нем мучительным и скорбным выражением постепенно истаивало и вскоре стало совсем прозрачным. Голос совсем пропал, Некра видел лишь, что Нефертау шевелит своими губами, пытаясь что-то сказать ему, но как он, ни старался он не мог понять, что именно оно говорит ему.

Когда пьяные солдаты, начали поливать его маслом для светильников, из большого пузатого кувшина, он вдруг закашлялся и прикрыл лицо рукой, чтобы масло не попало ему в рот. Вонючее масло, в составе которого была нефть, ело глаза и их пришлось закрыть. Именно поэтому он не видел, того как Хнум ткнул в него горящим факелом. Просто после этого ему вдруг стало очень светло. Он совершенно не ощущал окутывающего его жара, стремительно разгорающегося пламени.

В какой-то момент он с умилением услышал слова детской песенки, которой учила его мать, в которой возносится хвала встающему над землей солнцу. Некра даже почудилось, что это вернулся Голос Нефертау и поет ему эту песню, словно колыбельную, убаюкивая его. Но Лицо Нефертау, по-прежнему сохраняя скорбное выражение, постепенно истаивало и проваливалось в темноту. Оно беспрестанно произносило, какую-то короткую фразу, состоящую всего из трех коротких слов.

Когда Некра стало казаться что он почти уже смог прочитать по губам и уловить смысл, скрытый в этих словах, он внезапно ощутил дикую всеохватывающую боль. Она безжалостно терзала его. Словно тысячи рыжих огненных муравьев вгрызлись во всю поверхность его тела одновременно. От неожиданности он открыл глаза, но они, так и не успев передать в его мозг никакой информации тут же лопнули от нестерпимого жара и вытекли из глазниц по его пылающим щекам.