Сфинкс (СИ) - Моисеев Валерий Васильевич - Страница 71

— Да, — покосился на нее Сенсей. — Египтяне, тем более древние, такого авангарда не поймут и что самое обидное не оценят. Они просто попытаются тебя тупо оттрахать.

Он направился к виднеющемуся впереди темному дверному проему. Ольга последовала за ним.

Наверху была ночь. Поднявшись наверх по загаженной каменной лестнице, они огляделись. Они оказались посреди развалин какого-то крошечного храма. Часть стен полностью отсутствовала, от каменной облицовки пола осталось лишь несколько расколотых плит. На чем держалась крыша храма, было непонятно, так как от поддерживающих ее колонн почти ничего не осталась. Повсюду валялись огромные кучи мусора.

— Натуральный бомжатник! — проворчал Сенсей, подходя к пролому в стене, и осторожно выглядывая из него наружу.

Храм стоял на небольшой возвышенности. Повернув голову, Ольга ахнула от неожиданности. Примерно в километре от них возвышались огромные черные треугольники пирамид.

— Мы снова очутились в Гизе! — воскликнула она.

— Погоди, я совсем забыл сделать одну вещь! — пробормотал Сенсей, доставая из сумки два инжектора, переданных ему при прощании Иннокентием Павловичем. — А ну-ка иди сюда!

Ольга послушно шагнула к нему. Сенсей тем временем приставил к ее плечу инжектор и нажал на рычажок.

— Ой, больно же! — воскликнула Ольга, когда ей глубоко в мышцу вошла игла.

Больше она ничего не успела сказать, потому что глаза ее вдруг остекленели и она, внезапно забившись в судорогах, повалилась на Сенсея. Уложив выгибаемое жесточайшими спазмами тело подруги на песок, Сенсей с ужасом смотрел на дело рук своих. Только что он, слепо доверившись Иннокентию Павловичу, убил ту, которую любил больше жизни. Как можно было доверять этому чудовищу, в которое превратился старый добрый Иннокентий Павлович?

Изо рта у Ольги пузырящимися клочьями шла пена. Потом из Ольги полезла золотая проволока. Толстые жгуты скрученного желтого металла стремительно покидали женщину через все естественные отверстия тела. Прорывая кожу, наружу выбирались тонкие золотые нити. Извиваясь, они тут же уходили в песок. Раны на коже тут же затягивались, не оставляя шрамов. Наконец исход всего того, что делало Ольгу ксеносервусом, закончилось, и она болезненно застонала. Ее пропорции приняли свои обычные размеры. Вот только волосы по-прежнему отливали сверхъестественной белизной и светились при лунном свете.

Нет, старик не обманул его! Убедившись, что с Ольгой все в относительном порядке, Сенсей впрыснул себе в бедро содержимое инжектора, после чего отключился. Когда он пришел в себя, первое что он увидел, было встревоженное лицо Ольги над собой. Он, молча, притянул ее к себе, обнял и поцеловал в губы. Но женщина не была расположена к любовным играм и, вырвавшись, поднялась во весь рост. При этом она кивнула головой в сторону.

Только тогда Сенсей заметил, что неподалеку сидит на песке, прислонившись к спящему ослику незнакомый человек. Ольга уже успела накинуть себе на бедра какую-то застиранную тряпку, видимо одолженную у незнакомца. Груди ее были обнажены. Они приняли свой первоначальный размер и теперь казались маленькими и скромными.

Незнакомец увидев, что Сенсей пришел в себя поднялся и подошел к нему.

— Меня прислал твой друг Некра!

— Как, разве он жив? — невольно врывался у Сенсея радостный возглас.

— Жив, жив! — рассмеявшись, ответил незнакомец. — Твой друг хорошо заплатил мне. Я жду вас здесь уже много дней, чтобы сообщить эту радостную весть.

— Так чего же мы ждем, веди нас к нему! — вскричал Сенсей.

— Не так быстро, мой господин! У Некра есть кое-какие свои дела, которые заставили его покинуть на время Мемфис. Он велел мне встретить вас и устроить на ночлег. Как только он появится в городе, я приведу его к вам.

Внезапно землю тряхнуло, так что незнакомец и Ольга полетели в песок. Испуганный ослик принялся реветь и рваться с привязи. Раздавшийся затем из-под земли гул, перешедший в страшный грохот, возвестил о том, что началось землетрясение. Сенсей схватив в охапку Ольгу, бросился в сторону от пирамид, которые танцевали и подпрыгивали под действием ужасающей силы рвущейся наружу из-под земли. Посланник Некра не отставал от них, вместе со своим ослом.

Отбежав на безопасное, как ему показалось расстояние, Сенсей остановился и с бешено колотящимся в груди сердцем принялся смотреть на развернувшуюся перед ним сцену катаклизма.

Эпицентр находился прямо под пирамидами. Облицовка облетала с них, словно куски плохой штукатурки, сползая огромными фрагментами. Ольга, прижавшись к Сенсею, повернула его голову в сторону. Посмотрев туда, Сенсей с изумлением увидел, что на месте развалин маленького храма, в котором находилась шахта, ведущая в подземелье, образовалась черная дыра. Из нее высоко в ночное небо поднимался столб песка, смешанный с черным дымом.

— Это наш Координатор, включил-таки систему самоуничтожения этой подземной живодерни! — прокричал Сенсей Ольге в ухо, перекрывая страшный грохот, доносящийся из-под земли.

— Бедный Иннокентий Павлович и Абу! Они погибли! — разрыдалась Ольга.

— Лучше будет убраться отсюда как можно дальше! — предложил Сенсей.

Они успели удалиться на несколько километров, когда окрестности Гизы потряс мощный взрыв. Казалось, сами пирамиды перестали существовать, окутавшись гигантским многокилометровым облаком пыли. После этого все разом стихло.

— Ну, теперь все! — выдохнул Сенсей. — Пойдем, посмотрим, что там? Вдруг кому-то все же удалось выбраться?

Курьер Некра заартачился и ни в какую не соглашался пойти к пирамидам, после всего того, что там произошло. Тогда Сенсей уговорился с ним, что они будут ждать Некра завтра ночью, в час Ибиса, возле ворот Блошиного рынка в Мемфисе. После этого посыльный с явным облегчением покинул их общество, сел на ослика и поспешил в сторону города.

Добравшись до пирамид, Ольга и Сенсей с ужасом смотрели на последствия уничтожения подземного завода томиноферов. Страшным взрывом разнесло все вокруг на несколько километров. С пирамид была сорвана почти вся облицовка. Венчавшие их камни Бен-Бен, валялись расколотые и опрокинутые набок. Лицо Большого Сфинкса осыпалось и приняло привычный для Сенсея вид.

Он не удержался, от того чтобы не прокомментировать увиденное:

— Странно, везде и всюду говорится, о том, что это канониры Наполеона, во время его похода в Египет, изуродовали лицо Сфинкса! Оказывается они тут не причем!

— Знаешь, милый, мне кажется, что мы уже слишком долго находимся в гостях, — сказала Ольга. — Пора и честь знать!

— Ты это к чему? — покосился на нее Сенсей.

— Я это к тому, что мне здесь до чертиков надоело, и я хочу домой в Россию! — сварливо ответила Ольга. — Будем надеяться, что Некра сдержит свое слово и пожертвует остатки жучьего сока, чтобы вызвать скарабея и отправить нас домой.

— Будем, надеяться, — задумчиво кивнул Сенсей. — Сейчас это важно как никогда. Ты даже не представляешь, как много сейчас зависит от того, сможет ли он вернуть нас в наше время!

По дороге через ночную пустыню, Некра рассказал своей подруге все то, что поведал ему Иннокентий Павлович, ставший Координатором и получивший доступ к информации томиноферов относительно дальнейшей судьбы фермы «Терра». Теперь вся надежда была на то, что с помощью Некра они смогут вызвать скарабея, вернуться в свое время, для того чтобы успеть предотвратить нависшую над всем человечеством угрозу. Как именно они будут осуществлять эту миссию, у них не было ни малейшего представления. Главное для них сейчас было вернуться в Россию и желательно в свое время.

На подходах к городу они заметили разбитый прямо в пустыне шатер. Осторожно приблизившись, они залегли за песчаным барханом. Стоило Сенсею отвлечься, как он вдруг обнаружил, что Ольги нет рядом с ним. Его своенравной подруги уже и след простыл. Посмотрев прямо перед собой, он взвыл от бессильной злобы.

Ольга, скинувшая с себя набедренную повязку в костюме Евы, неторопливо подходила к яркому костру перед входом в шатер. Даже с такого расстояния все ее прелести были отлично видны