Сфинкс (СИ) - Моисеев Валерий Васильевич - Страница 45

Когда, казалось, еще чуть-чуть и разбойники, врезавшись в нестройную толпу купцов и погонщиков, разрежут караван пополам, Эхнасет поднял свой лук и натянул тетиву. Быстро прицелившись, он выпустил стрелу на волю. Пропев свою смертельную песню, она глубоко вонзилась в грудь вырвавшегося впереди всех могучего кочевника и выбила его из седла. Скатившись с лошади, он несколько раз кувыркнулся через голову, прежде чем его затоптали копытами, стремительно мчавшиеся лошади.

Каждый воин Эхнасета успел выпустить по две стрелы, прежде чем разбойники поняли, что угодили в хитроумно расставленную ловушку. После того, как их ряды понесли ощутимые потери, они сделали попытку обойти караван и уйти в пустыню, но не тут-то было! Разгоряченные лошади, которых Крысы начали спешно разворачивать вынесли их практически вплотную на поджидавшую их конницу Эхнасета. С лязгом вынув мечи, они кинулись рубить разбойников.

Не привыкшие иметь дело с профессиональными воинами Крысы пустыни, и повели себя как настоящие крысы. Даже не пытаясь оказать сопротивления, они, не стали втягиваться в бой. Уворачиваясь от сыпящихся на них со всех сторон ударов, Крысы попытались уйти обратно в пустыню.

Оставшиеся в живых разбойники, сбившись в кучу, безжалостно погоняя лошадей на огромной скорости, уходили в сторону видневшихся вдалеке пирамид Гизы, вершины, которых уже посеребрила луна, взошедшая на смену дневному светилу.

Эхнасет во главе конницы несся сломя голову вслед за трусливо убегающими Крысами. По истечении некоторого времени он велел умерить бег коней, решив сохранить их сравнительно свежими для того, чтобы нанести заключительный удар по сбежавшему противнику. В оставленный далеко позади караван, который не успевал догнать их, был отправлен гонец с приказом идти маршевым шагом вслед за ними. Без запасов воды и продовольствия, которые находились в караване, и воинам, и их коням пришлось бы нелегко.

— Никуда Крысы от нас не денутся, — с усмешкой, не предвещавшей ничего хорошего, сказал Эхнасет своим ближайшим помощникам. — Им негде от нас укрыться. Видимо боги совсем отвернулись от них, если лишили разума их вожака. После того, как они загонят своих несчастных лошадей, мы спокойно доберемся до них и перебьем их всех до единого. Их отрубленные головы мы выставим на всеобщее обозрение возле Мемфисских ворот, чтобы никому не было повадно устраивать нападения на караваны честных купцов вблизи границ города.

Между тем, ночь накрыла своим покрывалом пустыню. Эхнасет не позволил зажечь факелы с тем, чтобы преследуемый ими противник не смог определить их местоположение. В отличие, от них разбойники оказались не столь мудры. Несколько горящих факелов, словно светлячки, путеводными звездами указывали путь, по которому Крысы уходили на своих конях, еле переставлявших копыта от усталости.

К этому времени расстояние между преследователями и разбойниками существенно сократилось. Пирамиды Гизы стали видны во всей своей ужасающей красе. Их чудовищный размер по мере приближения к ним подавлял человеческую волю и внушал страх.

— Так ли уж необходимо нам приближаться настолько близко к этим вместилищам ужаса? — хриплым от волнения голосом спросил Эхнасета один из его офицеров. — Наши люди не на шутку напуганы.

— Хорошо, что ты предлагаешь? — поинтересовался Эхнасет, которого также не прельщала пугающая перспектива оказаться посреди пирамид ночью.

— Я предлагаю, разделиться на два отряда и обойти пирамиды с двух сторон, — поделился своими мыслями старый воин. — Таким образом, мы отсечем им путь к отступлению с флангов. А так как сейчас наша скорость значительно превышает их способность передвигаться, то они, двигаясь вперед, неминуемо выйдут на нас, именно туда, где мы будем поджидать их в засаде.

— А, что мы будем делать, если они вдруг решат остановиться на ночь среди пирамид? — спросил с сомнением в голосе Эхнасет. — Ждать утра, чтобы их лошади за это время отдохнули, да и они сами набрались сил перед предстоящим сражением? Так что ли, по твоему?

— Я признаю, что предложил глупость, — после некоторого раздумья ответил офицер. — Давать Крысам время на передышку было бы непростительной ошибкой.

Эхнасет потрепал старого друга по плечу и дал команду продолжать движение в сторону пирамид. Для того, чтобы не напороться впереди на засаду, Эхнасет отправил вперед разведчиков. К этому времени Крысы неожиданно погасили все свои факелы.

Вскоре вернулся один из разведчиков. Его доклад напугал Эхнасета до рези в животе и если бы не окружавшие его солдаты, он не раздумывая слез бы с коня и отошел в пустыню для того, чтобы облегчиться. Разведчик сказал, что Крысы в спешном порядке спешились и теперь заходят в потайную дверь каким-то колдовским образом открывшуюся в статуе Большого Сфинкса. Видимо эти твари решили, пользуясь темнотой, укрыться и отсидеться в этом кошмарном изваянии.

Эхнасет, несмотря на то, что ему этого очень не хотелось делать, поднял руку с зажатым в ней мечом и зычно прокричал:

— Вперед в атаку! Перебьем трусливых Крыс, прежде чем они успеют заползти в сфинкса!

— 9 —

— Ничего не скажешь теплый прием! — рассерженно пробормотал Сенсей, напряженно вглядываясь в темноту.

— Любопытно, кто успел сюда забраться раньше нас? — подивился Иннокентий Павлович, после чего громко крикнул. — Вы что с ума посходили, мы свои!

В этот момент, из темноты, вместо ответа, со свистом вылетел боевой топор. Все произошло так неожиданно, что ни Сенсей, ни Иннокентий Павлович, не успели пригнуть головы, а только почувствовали, как что-то впритирку прошелестело у них над шлемами.

Топор, стремительно вращаясь, врезался в дальнюю стену тоннеля и со звоном отлетел в сторону, не причинив при этом никому вреда.

— Свети! — коротко скомандовал Сенсей и, сунув свой факел Абу, вытащил секиру, висевшую у него за спиной.

Молодой вор настороженно пригнулся и послушно поднял два факел повыше. Сенсей весь, подобравшись, медленно двинулся вперед. Неверный свет факелов, так и не высветив никого, плясал в пространстве тоннеля.

Едва Сенсей шагнул за угол, как на него из темноты стремительно и бесшумно выпал здоровенный нубиец с огромным топором, занесенным над головой. Сенсей прокрутившись на месте, ушел из-под удара и отскочил в сторону. Чернокожий гигант со свистом рассек пустоту топором. В следующий момент Сенсей, со всего маху нанес ему сокрушительный удар ногой в правый бок. Сломанные ребра гадко хрустнули, как пересохшие прутья ивовой корзины. Нубиец, отлетев в сторону, выронил по дороге свой топор и мешком рухнул на колени. Он широко открывал и закрывал рот, как рыба, выброшенная на сушу. Судя по всему, он начисто разучился дышать.

Сенсей опустив гиганту на затылок рукоятку своей секиры, проломил ему череп. Настороженно прислушавшись, он вглядывался в темноту, ему совсем не улыбалось получить пару стрел от неизвестных лучников, затаившихся в темноте.

— Милый! — Ольга коснулась напряженного плеча Сенсея. — Если кинуть вперед в тоннель пару факелов мы сможем разглядеть, кто там прячется в темноте. Однажды давным-давно я сталкивалась с подобной тактикой, и она себя полностью оправдала.

— Мне тоже почему-то кажется, что эти негодяи не стреляют по одной единственной причине. Они хотят подпустить нас поближе, чтобы бить наверняка, — поддакнул Иннокентий Павлович.

— Ольга и Абу приготовили луки, Палыч ты по сигналу кидаешь вперед факелы, как можно дальше! — скомандовал Сенсей. — Готовы? Палыч, давай!

Два факела взвились в воздух и с шумом, прочертив длинную дугу, упали метрах в десяти, впереди от наступающих. Нескольких секунд Сенсею хватило на то, чтобы увидеть и по достоинству оценить обстановку. Возле очередного поворота, который делал тоннель, стояли четыре человека, держащих луки наизготовку. Яркий свет, брошенных факелов, неожиданно метнувшийся в их сторону сбил лучников с толку и они промедлили всего лишь мгновение.