Деловая психология - Морозов А. - Страница 57

а) Могу дать взаймы надежному приятелю: не исключено ведь, что и он ответит мне взаимностью в нужный момент;

б) дружба дружбой, а денежки врозь;

в) при нужде беру в долг, сам же – никогда, никому и ни под каким видом не даю, таков мой принцип.

9. На этот вопрос ответьте абсолютно точно: если станете миллионером, будете ли наслаждаться сознанием, что принадлежите к элите?

а) Несомненно;

б) буду демонстрировать свое наслаждение только тем, кто не верил в меня или относился свысока;

в) нет.

10. Куда бы вложили свои «свободные» капиталы?

а) В недвижимость, другое имущество, в предметы искусства;

б) в акции и ценные бумаги;

в) сделаю так, как решит моя жена (муж).

11. Если вы имеете на своем счету тридцать миллионов, будете активно продолжать операции по наращиванию своего состояния?

а) Может быть, если только дело окажется "верняком";

б) непременно;

в) ну его к черту! С меня хватит.

Теперь мы можем перейти к рассмотрению еще одной важной составляющей "внешней оболочки" личности – понятию и значению роли в психологической структуре человека.

Роль – понятие, обозначающее поведение человека в определенной жизненной ситуации, соответствующей занимаемому им положению.

От шекспировского сравнения мира с театром до создания психологической теории ролей прошло не одно столетие, но точностью этого сравнения психологи не устают восхищаться. Отвечая на вопрос "кто я?", люди очень часто описывают свои роли в устойчивых системах отношений с другими людьми: «мать», «жена», «преподаватель», «ученик» и так далее. Социальная роль как элемент структуры личности задается тем, что, попадая в определенную систему отношений с другими людьми в том или ином качестве (преподавателя, жены и т. п.), человек сталкивается с определенными требованиями, которые неизбежно и неминуемо предъявляются тому, кто попадает на это место, с системой ожиданий, что в определенной ситуации он будет себя вести определенным образом. Основой, на которой формируются эти роли, являются социальные нормы. Часто говорят через запятую "нормы и ценности". Основное различие состоит в том, что если ценности задают некоторые конечные цели, к которым надо стремиться, но которых нельзя достигнуть, то нормы – это некоторые ограничители, задающие конкретные установления, которым нужно следовать и которые можно выполнить или не выполнить.

Человек, как правило, является носителем ролей, связанных с нормами разных социальных групп, к которым он принадлежит. Порой эти нормы предъявляют к человеку взаимоисключающие ожидания, что порождает так называемый ролевой конфликт. За примером далеко ходить не надо. В нашем обществе, да и не только в нем, приобрел угрожающие размеры ролевой конфликт работающей женщины, разрывающейся между обязанностями, которые накладывает на нее роль жены и матери, и ожиданиями, предъявляемыми к ней как к полноправному члену трудового коллектива.

Необходимо различать два класса ролей: конвенциональные и неформальные. Конвенциональные роли – это шаблоны, которым должен следовать любой человек, оказавшийся в данной ситуации: профессиональные роли (учителя, продавца, милиционера), роли пассажира, покупателя, избирателя, роли семейные (отца, матери, старшего брата и др.).

Неформальные роли – это тоже некоторые устойчивые шаблоны, связанные с ожиданием от человека определенного поведения, но они не являются общими для всех требованиями, они более вариативны, зависят от того, что за человек выполняет эту роль. Например, конвенциональная роль матери может дополняться неформальными ролями заботливой матери, работающей матери и т. д., конвенциональная роль члена трудового коллектива – неформальными ролями лидера, знатока, марионетки, критика и т. д.

По сути, неформальная (или персональная) роль – это роль самого себя. К человеку предъявляют ожидания, что он будет вести себя так же, как вел и раньше в подобной ситуации. Если он будет вести себя иначе – пусть так, как полагается, так, как другие, но не так, как этого ждут именно от него, возникнет дискомфорт в межличностных отношениях и, весьма вероятно, конфликты. В определенном смысле мы оказываемся рабами собственного образа, "распяты на образе самого себя" [194, с. 17].

Очень часто в социальных группах существует достаточно четко определенная структура и иерархия таких неформальных ролей. Особенно жесткой она является в преступных сообществах. Впитывая, осваивая, усваивая, приобретая в общении с другими представления о нормах, существующих в обществе, человек тем самым формирует в себе определенную систему ролей. В детских и взрослых играх эти роли осваиваются, отрабатываются и оттачиваются.

Человек по сути всю свою жизнь занимается освоением новых и новых ролей: сначала он выполняет роль сына или дочери в своей семье, затем роль молодого неженатого человека или молодой девушки, потом роль мужа или жены и т. д. Каждую из ролей человек должен, во-первых, освоить технически, то есть воспринять для себя и овладеть ее содержанием – тем, что он должен делать в этом качестве, как себя вести, и, во-вторых, принять ее для себя. То есть существует сторона техническая и сторона смысловая (отношение к собственной роли). И в том, и в другом случае могут возникать сложности и внутренние коллизии. Первый типичный вариант – это неосвоение ролей, неосвоение определенной культуры поведения в той или иной конкретной социальной среде, социальной ситуации.

В старых романах часто обыгрывались ситуации, когда провинциал или человек из низших сословий не знает, как себя вести в так называемом "приличном обществе", да и что с него взять? Обычно осмеянию подвергался как раз человек, не умевший играть подобающую роль. Но эту ситуацию можно и повернуть совсем по-другому, как это было сделано в популярном в недалеком прошлом фильме "Данди по прозвищу Крокодил". Первая половина его построена именно по той схеме, которую мы только что назвали – простак в светском обществе, не знающий "правила игры", общающийся с шофером и швейцаром в отеле как с добрыми приятелями и повергающий их этим в шок. Однако именно его поведение и оказывается к концу фильма наиболее нормальным, а шофер и швейцар действительно становятся его добрыми приятелями, и мы неожиданно видим за ролевыми оболочками незаурядную личность каждого из них, личность, которой помогло выступить на передний план именно нарушение ролевых "правил игры".

Вторая типичная проблема – это проблема неприятия ролей. Человек может прекрасно знать и представлять себе всю систему ожиданий, которые к нему предъявляются, но принципиально не хотеть им следовать. В этом случае можно говорить о неролевом или антиролевом поведении. Причем нередко, особенно в подростковом возрасте, человек не желает следовать роли просто из принципа, чтобы самоутвердиться, чтобы показать, что он есть нечто большее, чем роль. Это очень острая потребность, которая существует у людей в этом возрасте; она является движущей силой многих, в том числе иногда внешне очень странных поведенческих проявлений.

Если обратить внимание на тонкости внутреннего отношения к собственным ролям, то можно говорить о внутреннем принятии ролей, когда человек полностью со своей ролью сливается и выполняет ее уже как бы автоматически, или просто об «игрании» роли, когда человек ее просто изображает. "В первом случае роль овладевает личностью, а во втором личность овладевает ролью, используя роль как инструмент, как средство для перестройки своего поведения в различных ситуациях" [19, с. 355]. Возьмем для примера роль любящего супруга. Человек может ее выполнять как нечто слитое с ним, а может вести себя точно так же, но просто иначе внутренне к этому относиться, как просто к игранию роли. Те, кто в годы массовых репрессий оказались в роли исполнителей этих репрессий, разделились на тех, кто полностью слился с этой ролью ("роль овладела личностью"), тех, кто, в совершенстве владея ею, использовал ее для достижения своих карьерных или других целей, и тех, кто старался по мере сил дистанцироваться от этой роли, отделить ее от своей личности. Различие – во внутреннем отношении.