Видоизмененный углерод - Морган Ричард - Страница 6

Корпус чрезвычайных посланников смог обнаружить вас на Канагаве через двое суток после моего запроса о вашем местонахождении. Но, поскольку вы уволились со службы и занимались собственными делами, мне не дали никаких гарантий относительно вашей профессиональной пригодности. Однако я понял, что в настоящее время вы совершенно независимый человек.

Условия, согласно которым вы были освобождены, следующие.

Вы обязуетесь работать на меня в течение шести недель, причем за мной остается право по истечении срока продлить контракт, если возникнет такая необходимость. В течение этого времени я обязуюсь оплачивать в разумных пределах все ваши расходы, связанные с проведением расследования. Кроме того, я полностью оплачиваю аренду оболочки на этот период. В случае успешного завершения расследования оставшийся срок вашего хранения на Канагаве – сто семнадцать лет и четыре месяца – будет аннулирован и вы будете переправлены назад, на планету Харлан, с последующим немедленным освобождением в оболочке по вашему выбору. Если же вы изъявите желание остаться на Земле, я выплачу закладную за вашу нынешнюю оболочку, и вы сможете стать натурализованным гражданином ООН. В любом случае на ваш счет будет переведена сумма в сто тысяч долларов ООН или её эквивалент в любой валюте по вашему желанию.

На мой взгляд, условия более чем привлекательные, однако должен добавить, что со мной лучше не шутить. В случае, если ваше расследование закончится неудачей и меня убьют, или вы предпримете попытку скрыться, или другим способом нарушите условия контракта, аренда оболочки будет немедленно аннулирована и вас вернут на хранение – отбывать оставшуюся часть срока на Земле. К этому сроку могут быть добавлены дополнительные наказания за ваши возможные проступки. Если вы сразу же откажетесь от контракта, вас немедленно вернут на хранение, хотя в этом случае я не смогу обеспечить переправку обратно на Харлан.

Надеюсь, вы заинтересуетесь моим предложением и согласитесь работать на меня. Рассчитывая на положительный ответ, присылаю своего водителя, чтобы он встретил вас у терминала. Его зовут Кертис, и он один из моих самых преданных слуг. Кертис будет ожидать вас в зале прибытия.

С нетерпением жду нашей встречи на вилле «Закат».

С уважением, Лоренс Дж. Банкрофт

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Вилла «Закат» не зря получила свое название. Из Бей-Сити транспорт полчаса летел на юг вдоль берега моря, пока изменившийся рев двигателей не сообщил о том, что мы приближаемся к нашей цели. К этому времени правые иллюминаторы раскрасило теплым золотом клонящееся в море солнце. Мы начали спускаться. Прильнув к иллюминатору, я увидел внизу волны цвета расплавленной меди, воздух светился чистым янтарем. Казалось, мы опускаемся в банку с медом.

Транспорт накренился, делая поворот, и я увидел поместье Банкрофта. От берега моря отходили аккуратно ухоженные зелёные газоны, расчерченные вымощенными щебнем дорожками. Дорожки вели к приземистому особняку с черепичной крышей – достаточно просторному, чтобы вместить небольшое войско. Стены особняка были белые, крыша – кораллово-красная, а войска, если оно и существовало, нигде не было видно Охранные системы, примененные Банкрофтом, не поднимались на большую высоту. Когда мы опустились совсем низко, я разглядел неприметное марево силового забора, окружающего поместье с внешней стороны. Почти не портит вид из окон особняка. Очень мило.

Менее чем в десяти метрах над одной из безукоризненных лужаек пилот надавил на посадочный тормоз – как мне показалось, излишне резко. Транспорт содрогнулся от носа до кормы, и мы жестко коснулись земли, поднимая облака пыли.

Я неодобрительно посмотрел на Ортегу, но та не обратила никакого внимания. Открыв люк, она первой сошла на землю. Через секунду я присоединился к ней, спустившись на изуродованный газон. Ткнув ногой вывороченный комок дерна, я крикнул, перекрывая рев турбин:

– Зачем все это? Вы в обиде на Банкрофта, потому что он не поверил в собственное самоубийство?

– Нет. – Ортега осмотрела стоящий перед нами особняк так, словно подумывала о том, чтобы в него войти – Нет, мы в обиде на него не за это.

– Не хотите открыть мне, в чем дело?

– Вам вести расследование.

Из-за дома показалась молодая женщина с теннисной ракеткой в руке. Она направилась к нам прямо через газон. Метров за двадцать женщина остановилась и, взяв ракетку под мышку, сложила ладони рупором.

– Вы Ковач?

В ней воплотилась красота солнца, моря и песка; теннисные шорты и майка максимально подчеркивали производимый эффект. Золотистые волосы ниспадали до самых плеч; крикнув, женщина на мгновение показала молочно-белые зубы. На руках у неё были напульсники, на голове повязка, а капли пота на лбу показывали, что это не для красоты. Ноги у женщины выглядели точеными и мускулистыми, а поднимая руки, она продемонстрировала внушительные бицепсы. Пышная грудь распирала ткань майки. Мне захотелось узнать, её ли это тело.

– Да! – крикнул я в ответ. – Я Такеси Ковач. Меня выпустили сегодня.

– Вас должны были встретить у хранилища.

Фраза прозвучала как обвинение. Я развел руками.

– Вот меня и встретили.

– Не полиция. – Женщина шагнула вперед, не отрывая взгляда от Ортеги. – Вы? Я вас знаю.

– Лейтенант Ортега, – представилась Ортега, словно мы были на пикнике. – Полиция Бей-Сити, отдел по расследованию органических повреждений.

– Да, теперь вспомнила. – Голос женщины оставался откровенно враждебным. – Насколько я понимаю, это вы подстроили так, чтобы нашего водителя задержали под каким-то надуманным предлогом.

– Нет, это сделала дорожная полиция, – вежливо поправила её лейтенант. – Это не в моей юрисдикции.

Стоявшая перед нами женщина презрительно усмехнулась.

– О, не сомневаюсь, лейтенант. Уверена, у вас в дорожной полиции нет друзей. – Её голос стал снисходительным. – Знайте, мы сделаем так, что ещё до захода солнца наш человек окажется на свободе.

Я украдкой взглянул на Ортегу, желая узнать, какое это произвело на неё впечатление. Однако орлиный профиль был непроницаемым. Меня заинтересовала усмешка второй женщины – отвратительная, принадлежащая значительно более старому лицу.

Рядом с особняком маячили двое широкоплечих мужчин с автоматическим оружием за спиной. Стоя под навесом, они давно следили за происходящим, но лишь теперь, выйдя из тени, направились к нам. По тому, как едва заметно расширились зрачки молодой женщины, я догадался, что она вызвала их с помощью вживленного микрофона. Ловко. На Харлане люди без воодушевления относятся к тому, что в их тела засовывают провода и микросхемы, но, похоже, на Земле все обстоит иначе.

– Лейтенант, ваше присутствие здесь нежелательно, – ледяным голосом произнесла молодая женщина.

– Мы уже уходим, мэм, – недовольно буркнула Ортега.

Неожиданно хлопнув меня по плечу, она не спеша направилась обратно к транспорту, но на полпути вдруг обернулась.

– Эй, Ковач, чуть не забыла. Вам это понадобится.

Сунув руку в нагрудный карман, она бросила мне небольшую пачку. Машинально поймав предмет, я посмотрел на него. Сигареты.

– Увидимся.

Вскочив в транспорт, Ортега хлопнула крышкой люка. Я увидел, что она прильнула к иллюминатору, наблюдая за мной. Рванув с места, транспорт пропахал глубокую борозду через всю лужайку и, взмыв вверх, полетел на запад, к океану. Мы проводили его взглядом.

– Очаровательно, – пробормотала стоявшая рядом со мной молодая женщина.

– Миссис Банкрофт?

Она резко обернулась. Судя по выражению её лица, мне здесь были рады не больше, чем Ортеге. От женщины не укрылся панибратский жест лейтенанта, и она неодобрительно скривила губы.

– Мой муж прислал за вами машину, мистер Ковач. Почему вы её не дождались?

Я достал письмо Банкрофта.

– Здесь говорится, что машина должна ждать у терминала. Её там не было.